В игре: июль 2016 года

North Solway

Объявление

В Северном Солуэе...

150 лет назад отцы-основатели подписали
договор с пиратами.

21 июля проходит
День Города!

поговаривают, что у владельца супермаркетов «Солуэйберг»
Оливера Мэннинга есть любовница.

Роберт Чейз поднимает вещи из моря и копит находки с пляжа после штормов.
У него столько всего интересного!

очень плохая сотовая связь.
Но в самой крайней точке пристани телефон ловит так хорошо, что выстраивается очередь, чтобы позвонить.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » North Solway » Личные отыгрыши » Когда легенды оживают


Когда легенды оживают

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s7.uploads.ru/u1Npm.png

http://kloppex.ru/kart/9/art_priroda_more_mayak_skaly_kamni_zakat_1680x1050.jpg

Лучший способ приободриться - подбодрить кого-нибудь другого. (с) Марк Твен

21 мая 2016 года, 2 часа после полудня

Keitline Hayes, Scott Godfrey

Отредактировано Keitline Hayes (2017-01-28 05:19:53)

+1

2

Золотистый диск солнца, который еще не прогревал Штормовой остров достаточно сильно, чтобы можно было облачиться в майки и шорты, уже перевалился через пиковую для себя точку, лениво сползая к горизонту. Легкие порывы весеннего ветра, приносили с моря бодрящий запах соли и йода. Если привыкнуть к жесткому и непримиримому нраву погоды в Северном Солуэе и быть готовым в любой момент прятаться от грозы, то этим днем можно было бы насладиться в полной мере.
Девушка брела по каменистому берегу, прислушиваясь к мерному шелесту прибрежных волн. Казалось, что сегодня умиротворение коснулось своей легкой ладонью каждого камня на острове. Несколько жителей города так же, как и брюнетка, оказались у моря. Вдалеке воздух взрывался от детского смеха и добродушного лая золотистого ретривера, с разбегу, влетающего в холодные волны вслед за брошенным мячиком. Тройка пар устраивали романтичную, пусть и будничную прогулку, наслаждаясь на редкость чистым небосводом. Кейтлайн криво улыбнулась и медленно вдохнула, стараясь не морщиться от тупой боли левой стороны рёбер. Врачи говорили, что на молодой девушке всё заживет как на дворовой псине, буквально за пару дней. Но, вероятно, в крови Хэйс было больше аристократизма, который препятствовал скорой реабилитации.
Взгляд скользнул по водной глади, вплоть до самого горизонта. Память благожелательно подбросила образы прошлого, которые полнились страхом и отчаянием, а сейчас отзывались благодарностью к тем, кто тогда был рядом. Зимой. Под струями ледяного дождя, на проржавелом сейнере, как на ореховой скорлупке, две девушки боролись за жизнь. Если до этого Кейтлайн относилась скептически к самому влюбленному дню февраля, то теперь испытывала к нему животную, тупую, неискоренимую ненависть. Машинально Хэйс сжала ладонь, прикрывая оставшуюся тонкую сетку шрамов. Тогда всё закончилось хорошо. Но в этой истории со счастливым концом был еще один человек, слова благодарности которому еще не прозвучали. Кейт собиралась, искренне собиралась зайти к смотрителю маяка раньше. Но всегда возникали обстоятельства непреодолимой силы, и она с горечью откладывала поход.
Сегодня пинка решительности дочери придала Маргарет, заявившись на заправку и выпроводив младшую из Хэйсов за дверь, вручив в руки пакет с домашними кексами. Именно поэтому сейчас Кейтлайн приближалась к сияюще-белой башне маяка. И чем ближе она подходила к этому строению, тем сильнее колотилось сердце.
Роберт Чейз был похож на отшельника. На человека, который самостоятельно похоронил все мечты обычного человека о семье и прибыльной работе, сжег все мосты к обыденным целям тех, кто однажды коснулся ритма метрополитена. Бывший моряк отдал свою душу и сердце морю. И, несмотря на то, что его профессия десяток лет назад исчерпала себя, городская администрация всеми силами поддерживала старика. Иногда Кейт думала, что Штормовой остров – это последнее пристанище обычаев и традиций, которые, бесконечной суетой были вытеснены из шумных городов.
Подойдя еще ближе к каменному колоссу, белоснежным копьем, устремленным в нежно-голубое небо, раскрашенное редкими обрывками ватных облаков, Кейтлайн смогла рассмотреть несколько фигур, суетящихся на лестнице. На губах отразилась ребяческая улыбка. Пока Хэйс-младшая была подростком, она частенько сбегала к Чейзу, чтобы послушать городские легенды или истории из его прошлого. И сейчас, когда рядом с просоленным бывшим моряком виднелся незнакомый силуэт, девушка со щемящим сердце чувством радости отметила – в Солуэе никто не бывает одинок.
- Роберт! Роберт! Здравствуйте, - просияв очаровательнейшей из улыбок и активно замахав руками, Кейт больше не сдерживала радости и на всех парах рванулась вперед, преодолевая оставшиеся ярды бегом, не обращая внимания на резкое напоминание о не такой давней драке. Благо ссадины и царапины уже сошли, отчего, девушка вернула себе прежний облик. Заключив в объятия растерянного смотрителя маяка, Кейтлайн, тяжело дыша, выпалила сразу всё, что так долго было не высказано.
- Роберт! Я так и не поблагодарила Вас! Да, знаю, я редкостная склерозная леди, которая с февраля не нашла и пары часов на то, чтобы заглянуть к Вам. Но сейчас, - Хэйс, наконец, отлипла от своего спасителя и протянула пакет. – Я принесла примирительные кексики. Их готовила сама Маргарет Хэйс!
- Кейти, Кейти! Рад видеть тебя! И что ты? Зачем вы заморачивались? Но от стряпни твоей матери никогда не откажусь, - по-отечески спокойно проговорил Чейз. Многочисленные мимические морщинки собрались у светлых, словно выгоревших под палящим солнцем, глаз.
Успокоившись, девушка медленно выдохнула, переводя сбившееся дыхание и, наконец, уставилась на подростка, которого подобное появление непрошенных гостей, если не напугало, то явно поставило в затруднительное положение. Протянув руку мальчишке, Кейтлайн по-дружески улыбнулась.
- Я Кейт. А ты? – и, не дожидавшись ответа от парня, но, все еще внимательно изучая его лицо и всматриваясь в карие, такие же, как у неё, глаза, обратилась к Чейзу. – Местные легенды по-прежнему привлекают молодежь или вы приманиваете их как в сказке братьев Гримм? На пряники и конфеты?

+4

3

Скотт с угрюмым видом ерзал на заднем сидении отцовского "Форда" и смотрел сквозь мутное стекло на сменявшие друг друга виды родного острова. Леса, поля и все такое - скука смертная одним словом. Вчера семейство Годфреев отправилось в кровати позже обычного. Стивен устроил семейный совет. И посвящен он был не обсуждению очередной поездки с целью отдыха, а выговору Скотту с дальнейшим вынесением приговора-наказания, над которым Годфрей-Старший долго ломал голову. Выбор лежал между домашним арестом, в который входил полный набор: лишение компьютера, телевизора, телефона, общения с друзьями и даже игр с Буллитом - и чем-то более действенным. Таким наказанием, которое способно было заставить обвиняемого задуматься над своим поведением. Учебный год в самом разгаре, а потому в полной мере осуществить первый вариант было сложно (забирать Скотта после школы - попросту лишняя трата времени и сил). Мистер Годфрей даже просмотрел административный кодекс и, тщательно взвесив все "за" и "против", решил отправить сына на "исправительные работы". Причем куда-нибудь подальше, чтобы у него не было возможности пересечься с друзьями.  Любовь к детям не должна была ограничиваться лаской. Следовало еще учить и воспитывать, иначе вместо мужчины вырастит какое-нибудь быдло, в роде Чейга Мактавиша и его выродков или, что еще хуже, размазня и избалованный неженка.
Стивен Годфрей заранее договорился с Робертом Чейзом, и теперь зеленый пикап оставлял резной след от протектора шин на дороге к маяку. С момента вынесения приговора отец с сыном не обмолвились ни словом. Это, своего рода, тоже являлось наказанием, ибо Скотта страшно бесило, когда о нем в его же присутствии говорили в третьем лице.
Годфрей-Младший перевел взгляд на отцовский затылок и принялся его сверлить взглядом обиженного ягненка. Он специально сел так, чтобы у Стивена не было возможности мельком поглядывать на сына в зеркало заднего вида. Настроение было ни к черту. А какого исхода он ожидал после того, что сделал? И ведь Скотт отчаянно искал предлог, чтобы не идти на то "дело", как назвал его Большой Кирст, словно они были какими-то гангстерами, а закидывание тухлыми яйцами дома Лоуренсов - настоящей разборкой. Но отказ мог сильно подорвать репутацию Скотта, а подобного нельзя было допускать. Его же могли засмеять, если бы узнали, что он пожалел слепую тупицу.
Младший Годфрей моргнул. Он страшно злился на Лоуренс, на друзей, на себя, в конце концов. На себя в особенности. А еще ему было стыдно. На самом деле он не хотел обижать эту маленькую девочку, которой так не повезло в жизни. Он знал ее лучше других и в какой-то степени привязался к ней за время их общения. Только никому бы в этом не признался, даже себе самому. А еще было много "но". И все они сводились к одному - к страху быть осужденным и засмеянным.
Неприятно скрипнули тормоза, и пикап остановился на обочине, там, где обрывалось широкое дорожное полотно, и начинался подъем к маяку. Стивен намеревался передать непутевого довеска из рук в руки, чтобы на корню пресечь всякую вероятность того, что Скотт улизнет. Условие было такое: каждую субботу на протяжении месяца Скотт Годфрей должен был работать на смотрителя маяка. Разумеется, бесплатно. Выполнять всевозможные поручения и так далее. Стивен как-то не задумывался, что таковых может не набраться и на один день. Однако подобная идея ему очень понравилась, а детали он оставил на старика.
- Доброе утро, Роберт! - приветствовал Стив смотрителя со слегка преувеличенной жизнерадостностью в голосе. Тот уже встречал гостей и охотно пожал протянутую руку.
- Привет, Стивен, я смотрю, ты как настоящий конвоир! - рассмеялся в ответ Чейз, а затем обратился к младшему Годфрею, - Привет, проказник, - и подмигнул, от чего Скотт скривился и ничего не ответил. Лично он не был знаком с Робертом Чейзом, да и с какой стати ему было иметь какие-то дела со старпером вроде смотрителя маяка, у которого явно были странности, раз он до сих пор здесь торчал. Но старикан хорошо подметил, что папа - конвоир. Ага, а Скотт настоящий заключенный. На нем разве что наручников не было.
- Спасибо тебе, что согласился помочь, - продолжил Годфрей-Старший, подталкивая сына вперед, - Не давай ему поблажек, пусть трудится, - А потом впервые за долгое время обратился к своему ребенку, - вечером тебя еще дело на ферме ждет. Ну, бывайте! - он махнул Чейзу и поспешно удалился. Задерживаться не было никакого смысла, тем более, что старик мог хорошо так сесть на уши.
Заключенный с нескрываемой обидой смотрел вслед своему конвоиру.
- Ну, что, пошли, Скотт Годфрей, - бросил смотритель через плечо, поднимаясь вверх по ступеням. Чейз до сих пор не представлял, чем бы таким занять малолетнего преступника, а потому спросил первое, что пришло ему в голову, - Слыхал легенду "О черном маяке"?
Скотти опять промолчал, словно воды в рот набрал. Что за дурацкий вопрос! Конечно же, он знал эту историю - бабушка столько раз ее рассказывала. И все же перспектива слушать сказки, пока он будет заниматься какой-нибудь фигней, Скотта порадовала. И полудня еще нет, а торчать ему здесь до вечера, так что любое развлечение сойдет. А там, может удастся уломать старикана отпустить его пораньше.

***
- И что, неужели прям в пять футов длинной? Да бросьте! Не верю! - смеясь, возразил Скотт. Вот уже больше часа он стоял со шваброй в руках и слушал росказни старика о его былых лихих моряцких годах вместо того, чтобы закончить мести ступени. Мальчишке и в голову не могло прийти, что ходить в море на ржавых суденышках оказаться такое увлекательное предприятие.
- Зуб даю, вот такой! - Чейз развел руки в стороны, наглядно демонстрируя размеры сома, что выловил когда-то. Может то были просто сказки, но зато какие! Поэтому Годфрей кивнул, нехотя соглашаясь с утверждением, а старик продолжил повествование.
Скотт оторвал взгляд от собеседника, краем глаза заметив движение со стороны дороги. Роберт запнулся и оглянулся в ту сторону, куда уставился его благодарный слушатель. А дальше перед мальчишкой развернулась сцена встречи старых знакомых, хотя разница в возрасте у них была огого какая.
Поначалу малец хмурился и никак не мог припомнить, где и когда видел эту девушку, которая с такой горячностью плясала вокруг Чейза. И только когда она обратилась непосредственно к Скотту, его осенило. Он сжал протянутую ему руку, которая оказалась очень горячей. Странно, что она еще не полыхала от того, как стремительно гостья преодолела ступеньки.
Скотт смерил свою спасительницу оценивающим взглядом. А она ничего такая. Все при ней. На губах мальчишки заиграла ухмылочка. Такая, какая возникала всякий раз, когда он видел перед собой такую милашку. И не только поэтому. Он то ее узнал, а она вот, по ходу, нет.
- Скотт Годфрей - медленно и внятно выговорил мальчишка, ожидая, какой будет реакция. Настроение его, и без того подскочившее до небес, теперь парило где-то в космосе. А когда девушка закончила говорить, добавил, - очень приятно!
- Ко мне редко захаживает ребятня его возраста, - с усмешкой, но не без горечи кивнул Чейз на мальчишку и пожал плечами. Сегодняшний визит мальца был тщательно спланирован и отнюдь не им самим. И все же старый моряк знал, что этот заключенный впредь будет отбывать свой срок с большим энтузиазмом. - Не то поколение, знаешь ли. - Ностальгия так и сквозила в этих словах. Невзирая на то, что Северный Солуэй был большой деревней, на дворе стоял 2016 год, а здешние дети не хотели ни в чем уступать своим сверстникам на больших островах в освоении цифровых технологий. А они, в свою очередь, отнимали слишком много времени.
Чейз скрылся в дверном проеме с расчетом на то, что оставшаяся снаружи молодежь последует за ним, и направился в угол кухни, поставил на плиту чайник. Он уже успел заметить непорядок в облике гостьи и теперь его интересовало, в какую еще передрягу могла влезть эта девчонка. Потому он как бы между делом поинтересовался:
- Как твое житье-бытье? - а потом обратился к Годфрею, - Скотти, иди сюда, помоги.
Все также ухмыляясь и поглядывая на Кейтлайн Хейс, мальчишка - уже ученый, где что лежит - полез в шкаф за чашками и тарелкой под "примирительные кексики" миссис Хэйс. Он так и держал швабру в руках, словно забыл о ее существовании.

Отредактировано Scott Godfrey (2017-02-16 08:58:57)

+4

4

Как быстро растут чужие дети. Именно эта фраза первая родилась в голове Кейтлайн. Взгляд внимательно скользнул по возмужавшему, по своему очаровательному лицу подростка. Улыбка едва тронула уголки губ. В памяти хранился совсем другой образ Годфрея-младшего. Можно сказать, что она даже очень хорошо знала этого шаловливого, непоседливого мальчишку. Пусть и только тогда, давно.
Хэйс-младшая не отличалась всеобъемлющей любовью к детям. Но, когда к Маргарет приходили подруги, вместе со своими карапузами, Кейт предусмотрительно избирала себе роль няньки. Носится с одним из малышей по двору перед домом или увлечь ребенка банальным изобретением игрушек из подручных средств было куда более увлекательным, чем вступать в очередной конфликт с сестрой. Девушка всегда задавалась одним вопросом. Почему ей было проще понять и простить капризы чужих детей, нежели своей Кэт. Но ни тогда, ни, тем более, сейчас, ответа на этот вопрос не находилось. Наверное, так и рождается настоящая любовь двух близких людей, родственников, проходя все тернии ссор и раздоров под крышей отчего дома.
- Скотт? Ты Скотт? – едва сдерживая изумление, очень риторически пробормотала Кейтлайн, заключая парня в объятия. Пусть только на мгновение, на долю секунды. Но сегодня, как ей казалось, Фортуна решила повернуться к ней своим прекрасным лицом, а не той частью, которой обычно. Поэтому день обещал получить приятное продолжение.
- Мистер Чейз, они просто не осознают, что теряют, - игриво подмигнув подростку, Хэйс искренне старалась искоренить те немногие печальные ноты, которые закрадывались в их встречу. Она сама прекрасно понимала, что сейчас на дворе совсем иное время. Время инновационных технологий, которые заменили молодому поколению всё то, что было уместным в её детстве. И пустующая коморка смотрителя маяка была немым тому подтверждением.
- Пойдем, - осторожно, как в своем детстве, и совсем зеленой юности парня, Кейтлайн взяла его за руку и увлекла за собой. В этом была вся увлекательность пребывания у Роберта Чейза. Не нужно было говорить лишних слов. Нужно было просто следовать желаниям. Ну, или знать норов старого моряка настолько хорошо, чтобы помнить – не стоит ждать отдельного приглашения. Двери его дома всегда открыты для тех, кто в этом нуждается.
Оказавшись в небольшом помещении, имевшем только примерное зонирование и служившем домом Роберту, Кейт будто на время перенеслась в детство. Казалось, что над этой крохотной кухней, небольшой спальней, расположившейся за шторой, и несколькими скамьями ничто не властно. В несколько запыленных окон, укутавшихся в разводы соляного налёта, проскальзывали солнечные лучи, окутывая комнату каким-то поистине магическим свечением.
- Позволь? – осторожно забирая явно мешающую швабру у Годфрея, Кейтлайн умостила её к стене. В этом доме невозможно было чувствовать себя чужим. Здесь хотелось говорить прямо. Открыто. Обо всем, что тебя беспокоит. Задавать глупые и неуместные вопросы. Для Хэйс здесь была территория той свободы, которой не всегда хватало под крышей отцовского дома.
- Житие, - слегка улыбнувшись, девушка обернулась к тумбочке, рядом с которой оказалась в ходе своих исследовательских блужданий. Она прекрасно помнила, что все видимые ссадины уже сошли с лица. По крайней мере, она доверяла зеркалу в своей ванной комнате. Единственное, что могло остаться напоминанием о том вечере, была маленькая царапина на нижней губе. Ничего примечательного, если не всматриваться в черты лица брюнетки излишне детально. Гораздо больше её беспокоили никак не сходившие, но заметно осветлившиеся синяки на спине и рёбрах. Но их-то Роберт увидеть не мог. Посему, расценив вопрос как, скорее, проявление вежливости, Хэйс на мгновение поджала губы, словно взвешивая все за и против такого откровения.
- Думаю, что вы помните ту Русалку, с которой мы угнали сейнер. Ну, или он нас угнал, - виновато улыбнувшись, Кейтлайн, подхватив белый, отполированный морем, камень, обернулась к хлопочущим мужчинам. – В общем. Она умеет находить себе приключения не только в море. А когда она их находит, отчего-то, рядом оказываюсь я, - смущенно спрятав взгляд в рассматривании находки, девушка продолжила. – Но это дело минувших дней, думаю, что мы еще вернемся к обсуждению этого происшествия. Лучше скажите, чем помочь? А то я не могу без дела стоять, - приблизившись к столу, журналистка устремила на подростка испытующий взгляд.
- Колись, Скотти, все девичьи сердца в Солуэе разбил? Или осталась парочка девчонок, которых ты пощадил? – искренняя улыбка должна была смягчить неуместность вопросов, однако, Кейт, неведомо почему, была уверенна, что этот мальчишка не сможет затаить обиду на неё. «Время меняется. Люди меняются», очень рационально откликнулся внутренний голос.
Достав из пакета пластиковый контейнер с выпечкой Маргарет, Хэйс приблизилась к шкафам в поисках тарелки. И, безмолвно прося помощи у Скотта, открыла верную дверцу. Та жизнь, которая сейчас наполнила дом смотрителя маяка, словно заставляла всё вокруг оживать.
- А как Ваши дела, Роберт? И, поведайте тайну мадридского двора. За что к Вам сослан этот юноша? – лукаво улыбнувшись, решила сменить тему Кейтлайн.
- А что я? Пусть парень сам поведает. Язык-то у него есть, - усмехнувшись, пробормотал Чейз, усаживаясь на потёртый стул со спинкой, во главе стола. – Ну, чего стоите? Садитесь! За чаем и беседа лучше клеиться будет. А потом и на разведку сходим, - задорно, почти по-детски, старик обхватил обветренными ладонями керамическую чашку и шумно прихлебнул чай.

+4

5

Даже ребенок, такой как Скотти, способен отметить одну особенность, присущую чуть ли не каждому жителю Штормового острова. Здесь рождаются, вырастают и покидают родные края, чтобы получить образование или просто в поисках лучшей жизни там, где и время течет быстрее, и возможностей больше. Но вот какая штука. Рано или поздно все они возвращаются, словно что-то притягивает их к этому месту.
В то же время, приезжих на Штормовом обходят стороной, как прокаженных, наверное, поэтому их не так уж и много. Конечно, дело не в самом острове, а в людях, которые здесь поселились. И все же, иногда создается впечатление, что Северный Солуэй - отдельный мир, который не впускает чужаков и не опускает на долго тех, кто здесь родился.
И вот рядом со Скоттом стояла Кейтлайн Хэйс - живое тому подтверждение. Протянула руку и забрала швабру, неизвестно по какой причине до сих пор остававшуюся в руках мальчишки. Годфрей-старший что-то говорил о том, как встретил младшую Хэйс еще пол года назад. Сначала не узнал даже, говорил, изменилась. Но сам Скотти не придал тогда особого значения его словам. Вернулась и вернулась. Все возвращаются.
Впрочем, теперь такая неожиданная и, несомненно, приятная встреча порадовала мальчика. Он уже понял, что старый Чейз не даст заскучать, однако, гостья, судя по всему, тоже располагала интересной информацией. К тому же, выглядела Кейтлайн шикарно, как сказал бы Большой Кирст.
Годфрей навострил уши и замер, с последней чашкой, так и не приземлившейся на стол. Слово "приключения" ассоциировалось с чем-то особенным и требовало внимания. А судя по тому, как Роберт качал головой, то были настоящие приключения. Из транса его вывели ехидные вопросы Кейти.
- Ты последняя, - с усмешкой парировал Скотт. Он расправил плечи, прибавив себе тем самым целый дюйм, и задрал подбородок вверх. Теперь он был почти одного роста с Хэйс. Странное дело. В обычной ситуации он бы обозлился на такую откровенную насмешку или как минимум смутился. Но здесь и сейчас на маяке, в этой самобытной обстановке, в компании этих людей Скотти чувствовал себя уверенно и непринужденно. И он нашелся, что ответить, хотя, щеки у него все же заалели. Он выпустил из рук чашку и передал Кейт глубокую оловянную тарелку, идеально подходящую, на его взгляд, под выпечку.
Чайник засвистел и Скотт метнулся снять его с плиты. Ему безумно нравился этот свист, потому что у Годфеев был совсем не такой, а ничем непримечательный электрический. И теперь малец был готов кипятить это механическое чудо хоть целый день. Он разлил воду по чашкам, в которых уже плескалась заварка. Рука Скотта едва заметно дрогнула прежде чем вернула чайник на прежнее место. Глупо было рассчитывать на то, что тему того, какими судьбами она здесь оказался, не поднимут. И все же эти двое застали мальчишку врасплох. Перевели, значит, стрелки, молодцы.
Скотт примостился на скамье по левую руку от старого моряка так, чтобы видеть море через мутное окно. Ему нравился этот вид. А вот чего он не любил, так это рассказывать истории. Тем более такие. Прежде чем заговорить, он воровато огляделся и утащил пышный кекс, который являлся верхушкой пирамиды из ему подобных.
- Это длинная и неинтересная история, - начал Скотт, откусив сразу половину кекса. Отчего-то ему казалось, что Кейтлайн не та аудитория перед которой стоило козырять подобными достижениями. Да он отнюдь не гордился тем, что сделал. И все же, выкладывать правду не хотел. А потому наврал с три короба. - Но если вкратце, словили меня. - Говорил он с набитым ртом. Приходилось запивать чаем, чтобы лучше глоталось. - Два месяца подряд прогуливал четверги! Ну, там, всякие тесты. Ты же сама понимаешь, на них лучше не явиться, чем завалить. - Он действительно умудрялся периодически прогуливать школу, правда, не в таких масштабах. Да, и родители об этом не знали. Скотт рассчитывал, что не узнают.
Чейз пристально исподлобья посмотрел на мальца, не отрываясь от чашки, но ничего не сказал. От Стивена Годфрея он слышал совсем не такую историю. Скотти этого не заметил или предпочел не замечать.
- А ты умеешь пускать "блинчики"? - внезапно спросил Скотт. Теперь пришла его очередь менять тему. Он с вызовом и ухмылкой посмотрел на Кейтлайн, - спорим, я тебя сделаю!
- Вот это мы и проверим! - подытожил Роберт, ставя свою чашку на стол. Звук отказался немного более громким, чем ему хотелось бы.

Отредактировано Scott Godfrey (2017-02-16 08:59:46)

+3

6

Малец не лез за словом в карман. А та самоуверенность, вкупе с вздернутым подбородком и расправленными плечами заставили Кейтлайн просиять. В такой короткой фразе она узнавала себя в двенадцать лет. Кажется, именно в этот период на брюнетку свалилось чувство первой влюбленности, благодаря которому мозги ушли в затяжной отпуск, а поля школьных тетрадей были прошиты вереницами сердечек. Хэйс-младшая мужественно терпела насмешки старшей сестры, которой имела неосторожность поведать тайну своего сердца, и наивно полагала, что её томные взгляды на объект обожания остаются не понятыми окружением. В общем, это была совсем другая история.
- Я уже слишком старая, мой герой! – девушка, не сдержавшись, усмехнулась и взъерошила волосы на голове Годфрея. Приняв из рук подростка необходимую тарелку, журналистка вернулась к столу. Выстраивание пирамиды из выпечки матери заняло не слишком много времени, однако, за сохранность вершины стоило переживать. Кекс, словно возомнив себя царём горы, как бы подбоченился и слегка качнулся вправо. Собственно, вся его опора сейчас заключалась в добром слове, но это было не так важно. Медленно сдвинув тарелку с угощениями к центру стола, Кейтлайн присела на табурет, ожидая повествования от младшего из мужчин.
Его рассказ, действительно, был недолгим. Девушка уверенно кивала в некоторых местах, искренне разделяя негодование подростка, адресованное еженедельным тестированиям от миссис Хоффман. Кейт даже не стоило уточнять, работает ли эта Урсула в школе. Казалось, что учеников от неё способно спасти ровно ничто. В свою подростковую бытность сестры Хэйс в крайней степени не разделяли её методов преподавания. Эта женщина всегда была резкой. Порой казалось, что дай ей волю, так она начнет применять средневековые пытки к школьникам. А это бы слишком хорошо вписалось в общий антураж Штормового острова, питающего слабость ко всему древнему и традиционному. Вот только то ли сама миссис Бернадет Хоффман не желала уточнять о возможности применения физической кары за невыполненное домашнее задание, то ли миссис Макрей сдерживала ретивые порывы самой старой преподавательницы – но обе сестры сумели выпуститься, так и не получив профилактической розги.
Взглянув на Чейза, готового в одно мгновение испепелить Скотта только взглядом, а затем спрятавшего лукавую улыбку за чашкой, Кейт в принципе догадалась, что история являлась подлогом. Вот только вскакивать, как в суде, и кричать, что допрашиваемый лжёт – ни капли не хотелось. Девушка, слегка прищурившись, зачесала рукой локоны назад и, будто просчитав в голове возможные вероятности, хитро прикусила губу.
- Ты? Меня? Скотти, пускать «блинчики» меня учил сам Логан Хэйс! Поэтому, можешь даже не надеяться! Победа моя, - авторитетно кивнув в подтверждение своих слов, Кейтлайн уже даже хотела заправски откинуться назад, но вовремя вспомнила, что её сидячее место – табурет, который спинкой, по природе своей, не наделен. Поэтому, ограничилась только серьезным выражением лица.
- Проверим, - вопросительно пролепетала Кейт в ответ на реплику смотрителя маяка. Она, в принципе, догадывалась, что здесь не клуб по интересам, где только обсуждается, кто и что умеет делать и насколько хорошо. Но теперь, всю самоуверенность сдуло ветром. Журналистка не практиковалась на этом поприще ровно с того момента, как впервые покинула родной дом и теперь стоило уповать только на мышечную память, которой так хвалятся спортсмены.
- А я же чай не допила, - взмолилась девушка, всё еще надеясь, что позорный проигрыш подростку есть возможность отсрочить. В подтверждение своих слов, она продемонстрировала поочередно мужчинам свою тару. Однако, поднявшийся из-за стола Роберт, оставался непреклонным.
- Дай тебе волю, ты до завтрашнего утра будешь сидеть и распотякивать. Так что – подъем! Нас ждут великие дела и не менее великие находки! А если мы задержимся здесь, то сокровища станут добычей чаек. Вот только с ними делиться я не намерен! – голос смотрителя звучал покомандному громко и четко, словно сейчас он находился на судне, а девушка с парнем были его матросами.
- Может, я хоть посуду помою? Это не долго! И я вас догоню, - заискивающе начала Кейт, но, ощутив на себе строгий взгляд старика, безмолвно поднялась. – Я всё поняла! И не надо так на меня смотреть, - очаровательно улыбаясь, оборонялась журналистка.
- Скотт, - Чейз явно вошел в раж, продолжая раздавать поручения. – Возьми мешок во-он в том углу. Слева от комода. А ты, Кейт, собери нам поесть, - старик кивнул на холодильник. – Нас ждет длинное путешествие! – мечтательные нотки, звучавшие в хриплом голосе Роберта, заставили молодежь шевелиться быстрее.
Контейнер с сандвичами уже был готов, а мужчины закончили сборы необходимого инвентаря меньше, чем за четверть часа. И теперь, испытывая оживление от предстоящего похода, компания высыпалась на площадку перед входной дверью. Солнце, в этот майский день, совсем не стремилось покидать небосвод, лениво подогревая редких гуляк на полосе пляжа.
- Это твоя первая вылазка с Чейзом? - заговорщическим шепотом спросила Хэйс у подростка. У неё в запасе имелась добрая дюжина историй об исследовании прибрежной зоны в компании смотрителя маяка и сейчас, подставляя лицо ласковым порывам ветра, ей хотелось поведать каждую из них, чтобы заразить этого парня тем же азартом, который овладевал девушкой в своё время.

+2

7

Скотти едва успевал за мыслью Кейтлайн, зато его челюсти перемалывали уже второй по счету кекс, и в этом он преуспел. Немудрено, выпечка миссис Хэйс всегда была на высоте! И чем он заслужил такую удачу? Хотя, если хорошенько подумать, Скотту по жизни везло. Любящие родители, хорошие друзья и какой-никакой авторитет в их кругу. Даже на таком пустяковом поприще, как образование, все было не так плохо, как могло бы. А то негативное, отрицательное, что случалось со Скоттом Годфреем в конечном счете оборачивалось не таким уж и плохим, каким представлялось на первый взгляд.
На его памяти это была вторая встреча с Кейт, когда дела у Скотта, казалось бы, шли хуже некуда, а в итоге он получал намного больше, чем мог рассчитывать. Он плохо помнил детали, причины и следствия, все-таки пять лет слишком юный возраст. Зато он хорошо помнил, как было больно и страшно, как лицо превратилось в маску из крови, мелких песчинок и солёных слез, когда вектор его движения резко сменился с горизонтального на вертикальный, направленный к центру земли. Он и без того перепугался не на шутку, ведь еще ни разу в жизни не оставался один, не говоря уже о том, чтобы потеряться, а тут еще такой полет. Неприятных последствий можно было бы избежать и отделаться содранными ладошками, вот только на дворе было холодно, морской ветер неприятно кусался, а малыш Скотти забыл рукавички, потому прятал ручонки в карманы. И бежал.
И кто бы мог подумать, что такой кошмар для маленького мальчика повлечет за собой столь полезное знакомство. Скотти обернулся оценивая фигуру своей спасительницы, которая сейчас хлопотала у холодильника. В тот раз она не растерялась, подхватила подмышки вопящего мальчугана, и уже через пятнадцать минут - по словам очевидцев в лице Кейти, все это время Скотти выл, не переставая - пострадавшему была оказана первая помощь. Потом еще неделю малец ходил с пятнистой зеленой мордахой и воображал из себя гепарда.
С тех пор Скотти не бегал со спрятанными в карманы руками и исправно носил перчатки, как только ощущал потребность защитить руки от холода.
Тем временем праздник живота подошел к концу. Скотти едва не забыл отправить свою чашку в мойку. Линда Годфрей вдалбливала эту истину в подкорку всем своим домочадцам сколько Скотт себя помнил. И каким-то немыслимым образом он все же умудрялся об этом забывать время от времени. Правда, не в этот раз.
- Ага! - оживленно ответил Скотт, направляясь к комоду. Он и представить себе не мог, что такого может быть в этом самом мешке и был несколько разочарован его незначительным весом. Мальчишка вопросительно посмотрел на Чейза, а потом сунул нос в недры мешка, что окончательно развеяло надежду на что-то из ряда вон выходящее. Куча смятых пакетов и только. Это, в свою очередь, наводило на мысль о том, что его исправительные работы продолжатся, только на этот раз в дело вступят пустые бутылки и мусор, оставленный не самыми чистоплотными посетителями пляжа. Зачем же еще может понадобиться такая куча пакетов! Ударяться в расспросы сейчас не было никакого смысла, а потому Скотт просто снял мешок с крючка, обмотав его лямками запястье и довольствовался собственными домыслами по этому поводу.
Содержимое сумки старого моряка заинтересовало Годфрея больше. Она не выглядела такой бесформенно-пухлой, и судя по венам, проступившим на предплечье старика, имела вес и не малый.
- Никак и правда за сокровищами собрались? - усмехнулся Скотти. Это был не только его первый визит на маяк непосредственно к Роберту Чейзу, но и первая вылазка за "сокровищами". А они, очевидно, могли быть спрятаны не где-нибудь, а в гротах. Подумать только, прожить почти тринадцать лет на Штормовом и ни разу не попытаться отыскать знаменитые пиратские сокровища! Впрочем, свои собственные тайники у Скотти были. Парочка на ферме и еще один за ее пределами. Несмотря на то, что поиск сокровищ не являлся самоцелью, в гротах Скотт бывал и не раз. Ни один уважающий себя мальчишка не мог не исследовать хотя бы одну пещеру. Но где по-настоящему мечтал побывать младший Годфрей, так это в шахтах. Хоть они не были сопряжены с таким риском как гроты, однако поговаривали, что там водятся чудовища и духи потерявшихся под землей. Совсем как в "Безнадеге" Стивена Кинга! Забраться туда днем - курам на смех, а вот осмелиться сунуться ночью... Такая дерзость требует настоящей отваги.
Подгоняемый бодрым настроем на настоящие приключения, Чейз двигался немного быстрее своих молодых спутников. Годфрей шел рядом с Кейти, размахивая мешком как ковбой своим лассо перед тем как накинуть оное на ретивого скакуна.
- Самая первая, отозвался Скотт тоже шепотом, чтобы поддержать атмосферу таинственности и заговора. Он посмотрел на девушку искоса, с лукавой ухмылочкой, - полагаю, в твоем случае... - он задумался, делая жалкие потуги к подсчету, - далеко не первая. И куда же мы держим путь? Каковы мои шансы вернуться оттуда живым и невредимым? - Этот вопрос прозвучал громче и не был адресован никому конкретно.
Компания во главе со смотрителем маяка вышагивала по каменистому склону к берегу. Всю дорогу Скотт то и дело выглядывал под ногами подходящие камушки, чтобы сделать Кейтлайн! Пусть мистер Хэйс будет хоть сто раз чемпионом, ей это не поможет.
- Готова ощутить горький вкус поражения? - выкрикнул младший Годфрей, подбирая приглядевшийся камушек. Он поднес находку поближе и принялся внимательно разглядывать голыш на предмет изъянов. Обнаружив таковые, Скотти отправил его в резерв, посчитав, что этот экземпляр не принесет победу. И продолжил выискивать выигрышный "блинчик".
Солнце играло яркими рыжими бликами на изумрудных волнах, которые отошли от берега, оголяя более крупные камни, и вершины их уже подсыхали. Скотти с радостным криком вскочил на один и едва не навернулся. Ему повезло, что подошва ботинок была не скользкая. Он подставил лицо по-летнему теплым лучам, балансируя на одной ноге.
- Кейти, ты рассказываешь истории так же хорошо, как бравый моряк Роберт Чейз? - громко осведомился Годфрей со своего постамента. На последних словах, в которых не было никакой насмешки, только искреннее восхищение способностью Роберта к повествованию, он глянул на бравого моряка с улыбкой, а потом добавил, обращаясь уже к нему, - покажете, что у Вас в сумке?

Отредактировано Scott Godfrey (2017-02-16 08:56:53)

+2

8

Девушка ощущала сейчас себя так, словно смогла договориться с ведьмой и получила шанс на несколько часов перенестись в своё детство. Все тело трепетало от погружения в окружающий мир. Она замечала то, чего не видела по дороге к смотрителю. И Хэйс прекрасно понимала, что если бы на самом деле встретила колдунью и получила возможность побывать в прошлом, то она бы выбрала один из этих дней, проведенных на маяке. Сердце сжалось от тоски по ушедшим временам, покрытым пылью минувших минут и часов, но тут же наполнилось теплотой оттого, что в крохотном Солуэе до сих пор есть такие люди, как Чейз.
- Скотт! Это звучало так, словно мне три сотни лет, как морской черепахе, - звонкий, искренний смех девушки взметнулся к нежно-синему небосводу, на котором медленно проплывали неровные мазки перистых облаков. Чайки чертили рваные траектории над бескрайним простором моря, то и дело, пикируя к густо-серой кромке воды. – Если будешь много болтать на такие темы, то мы с Робертом скормим тебя кракену. Тогда точно не вернешься, - голос журналистки звучал настолько невозмутимо, будто они с Чейзом каждую неделю занимались тем, что топили месячных младенцев в ближайших гротах.
- Кейт! Тебя никто не просил раскрывать наши маленькие секреты, - хриплым голосом бросил через плечо Роберт, по-мальчишечьи усмехаясь. Наверное, поэтому Кейтлайн и нравилось находиться в обществе бывалого моряка. Их юмор, порой, лёгкий как бетон, был понятен далеко не всем. Но в их словах не было никакой злобы. Напротив, за колкими и, очень часто, едкими фразами, таилась большая и чистая душа человека, который готов помогать каждому страждущему.
- Сейчас мы дойдем до тех камней, а потом, там пляж станет плохо проходимым, но мы посмотрим, чего нам море подарило среди во-он тех валунов, - горбатые спины прибрежной полосы, на которые указывала просоленная, испещренная многочисленными венами, ссохшаяся с течением времени рука моряка, будто ожив, бросили в небо нескольких раскормленных чаек. Если бы можно было дать волю фантазии, то этот жест природы следовало расценивать как приглашение. Птицы, взмывшие ввысь, расчертив несколько параллелей, устремились к изумрудно-сероватой водной глади.
Оказавшись у первого барьера валунов, Кейтлайн с улыбкой наблюдала за резвящимся Годфреем. Признавать своё скорое поражение ей не хотелось от слова совсем. Посему, на его каверзный вопрос девушка благоразумно, что для неё было не свойственно, промолчала. Она не решилась с таким же азартом штурмовать каменистые выступы, отчего, предусмотрительно осматривая неровную почву под ногами, пробралась ближе к кромке отступавшего моря. Хэйс готова была часами стоять здесь. Просто наблюдая за тем, как меняется цвет воды в лучах спешащего по своей траектории солнца. Как мир вокруг меняется. Вдыхать пропахший водорослями воздух и чувствовать эту свободу, от которой хочется кричать во все горло, просто испытывая не умещающийся в груди восторг.
- Я? Ой, не знаю, - вопрос мальчишки заставил журналистку отвлечься от созерцания мира. - Я никогда не пробовала себя рассказчиком. Хотя, с учетом того, что мечтаю, стать знаменитым писателем, мне стоит развить этот талант. А вообще, у меня в запасе не так много историй, чтобы соревноваться с Робертом в красноречии. Хотя, ты когда-нибудь слышал греческую легенду о кипарисе? Правда она грустная…, - оправдываясь, добавила девушка и снова обернулась к морю.
Водная гладь, окаймляющая Штормовой остров, всегда навевала грусть своим спокойствием. Но это было не траурное чувство потери. Это было сожаление о том, что всё богатство красок, всё разнообразие пейзажа, которое представало пред взором Кейтлайн, невозможно было запечатлеть, нарисовать, сфотографировать… Любым способом сохранить и забрать с собой. У неё был лишь миг на то, чтобы попытаться сохранить всё это в памяти, больше похожей на решето, которая, непременно, через пару лет исказит воспринятое сегодня в удобном для себя формате.
Девушка обернулась к сильным представителям мужского пола, склонившимся над сумкой смотрителя маяка. Она прекрасно знала этот волшебный предмет. Казалось, что там можно было отыскать всё, что только душе будет угодно. Начиная мотком ниток и иголки, заканчивая многочисленными инструментами для почти профессиональных раскопок. Множество баночек хранили в себе части ракушек, которым нужно было найти пару. В пакетах прятались клубы ваты и кусочки поролона, для особо ценных находок. В детстве, когда Кейт только познакомилась с Робертом Чейзом, зашедшем к отцу по какому-то делу со своей знаменитой сумкой, малышка была уверена, что сможет уместиться в неё целиком. Такой огромной и вместительной казалась ноша старого моряка.
Чейз, извлекая очередной предмет из своей бездонной сумки, что-то тихонько объяснял Скотту. Глаза старика блестели живым интересом. Он искренне хотел передать своё дело кому-нибудь. Ведь всю свою жизнь он отдал маяку, а сейчас, прекрасно понимал, что его век на исходе. И, как принято говорить в современном мире, ему нужно подыскивать себе достойную замену. Роберт не хотел, чтобы единственная надежда моряков, упиравшаяся шпилем в небосвод, канула в лету.
Кейтлайн, не желая встревать в разговор мужчин, побрела по каменистым выступам, внимательным взглядом рассматривая заиленные валуны под ногами. Здесь никогда нельзя было быть уверенным, что именно ты сможешь отыскать. Или потерять. Девушка замерла, всматриваясь в щель между камнями. Немного постояв, она наклонилась и, осторожно расковыряв мокрый песок кончиками пальцев, победно улыбнулась.
- Эй, копуши! Один ноль в мою пользу, - обернувшись к мужчинам, крикнула Кейт, демонстрируя свою находку. Это была длинная цепочка с серебряной подвеской. Наверняка, одна из нимф острова случайно обронила её на пляже и теперь, побывав в морских пучинах, пропажа вернулась на сушу.

Отредактировано Keitline Hayes (2017-02-18 15:12:41)

+2

9

Глаза мальца блеснули искрой интереса. Несмотря на то, что сам он, как уже выяснилось, не любил или просто не умел вести повествование так, чтобы это было интересно, он охотно пополнял копилку историй, услышанных прежде. Чего только стоили одни бабушкины сказки, впрочем, с того фронта уже давно не поступало ничего новенького, а потому Скотт с жадностью хватался за всякую возможность послушать ранее не мелькавшую в его коллекции историю. Как оказалось, сегодня Годфрей встретил не одного, а целых двух рассказчиков, способных удовлетворить его непомерный интерес.
- Нет, не слышал. Она о неразделенной любви и всяком таком? - предположил Скотти. В его тоне так и сквозила небрежность к данной теме. Но интерес скрыть все же не получилось. - В любом случае, я бы послушал.
- О, тут ты права, Кейт, - шутливо согласился с девушкой старик, - Меня не превзошел еще ни один мой ученик! - крякнув, он привалился к валуну. Так было удобнее демонстрировать содержимое своей волшебной сумки.
Чейз развязал тесьму, и этим простым действием тут же всецело завладел вниманием мальчика. Тот соскочил со своего постамента и закружил вокруг старого моряка, как акула вокруг ютящегося на обломке утопающего. Роберт с усмешкой поглядывал на суетящегося мальца и, казалось, тянул время. Его рука нырнула в темноту и принялась демонстрировать всякие разные штуки одну за другой. Здесь были и различные лопатки, и шила, и какие-то крюки, и клещи, и даже кирка.
- Я был года на четыре тебя младше, когда мне открыли и доверили тайны этого маяка. - задумчиво вещал Чейз, - Ты, должно быть, думаешь, что такие как я ничего не делают, верно? - он глянул мельком на Скотта, и тот тут же замотал головой, все отрицая. - Сейчас может оно так и есть, ведь существуют всякие навигационные спутниковые системы и все такое. А ведь еще до появления солнечного клапана, работа смотрителя маяка была тем еще сахаром. Поначалу, на маяки брали кого попало, но очень быстро выяснилось, что смотритель маяка - ответственная работа, всякий с ней не справится. Находились такие умельцы, которые специально гасили маяк и не подавали звукового сигнала, чтобы проходившие мимо торговые суда, груженые всяким добром, терпели крушение, а эти - Роберт фыркнул, - могли поживиться тем, что уцелело. Поэтому впредь за морскую катастрофу по вине смотрителя полагался тюремный срок, а кое-где - каторга.
Скотт слушал и вертел в пальцах баночку с красной крышкой, без особого интереса изучая ее содержимое. Внутри, стукаясь друг о друга и о стеклянные стенки, гремели обломки ракушек. Скотти все думал, что такое солнечный клапан, но спросить пока не решался. Наигравшись с домиком для ракушек, малец вернул его Чейзу.
Вкрадчивый рассказ старика прервал крик Кейтлайн, и Годфрей поспешил узнать, что там за кипеш. Он недоверчиво воззрился на покачивавшуюся, как маятник, подвеску, а потом с прищуром посмотрел на Кейт.
- Чем докажешь, что нашла ее здесь, а не сняла с себя или не прихватила с собой? - выпалил Скотт, подскочив к девушке ближе и внимательно разглядывая ее находку. Странное дело, он поймал себя на том, что пытается соперничать с Хэйс буквально во всем, прямо как раньше. А он уже и забыл, каково это.
Позади раздался радостный возглас Чейза. Кажется, тому тоже посчастливилось что-то найти. Скотти почувствовал себя ущербным. Его слабо, но все же утешал факт того, что это вылазка первая. В конце концов, он никогда не имел успеха в разного рода поисках, будь то походы по грибы или что-то более существенное. Раз уж на то пошло, то и прятки не были его любимой игрой. Водил он так себе. И сейчас он опустил глаза вниз, а видел только камни, водоросли и прочий мусор. Со стороны могло показаться, что он действительно сник. Мыском ботинка он попытался раскидать камушки в сторону, но результата это не принесло.
Морально подготовившись узреть в руках смотрителя кусочек золота, Годфрей обернулся. Сощурив один глаз, Чейз вытянул руку и разглядывал обломок двустворчатой ракушки так, словно тот действительно был самородком.
- Скотт, не стой столбом, где та баночка с красной крышкой, которую я тебе дал? - не отрываясь от осмотра, быстро говорил Роберт. Он широкими шагами направился к Кейтлайн показать свою находку, а заодно поближе взглянуть на ее. - Ну ка, а ты что нашла? - Обратился он к Хэйс.
Скотти поплелся к сумке, по дороге выкидывая из карманов куртки набранные про запас голыши. Камни бились о своих собратьев и, отскакивая в разные стороны, замирали. Все, кроме одного. Точнее тот, что был потревожен, внезапно отрастил ножки и ретиво так побежал по направлению к сумке. Мальчишка просиял. Уж на что, а на живность ему везло. Видать, его чуйка была не хуже, чем у Буллита. И если змеиные яйца можно еще было принять за птичьими, то панцирь краба нельзя было спутать ни с чем.
Годфрей действовал оперативно. Он не мог упустить шанс и проиграть этим двоим. Про баночку с красной крышкой он благополучно забыл, зато искал похожую, но непременно пустую. Взгляд его метался от содержимого сумки к беглецу, который не собирался останавливаться и держал путь к спасительному прибою. Отыскав, наконец, пустовавшую баночку, Скотт вооружился ею, и быстро нагнал свою жертву. Накрыть краба удалось не сразу, но, когда это все-таки произошло, мальчишка почувствовал себя настоящим охотником.
Запыхавшийся и красный, как рак, зато счастливый до усрачки он шагал к Кейт и Чейзу.
- А я добыл обед! - ликовал Скотт, сжимая в плотно завинченной баночке пойманного краба. Тот скользил по стеклу своими тоненькими ножками в поисках выхода.

Отредактировано Scott Godfrey (2017-02-26 22:01:43)

+1

10

Кейтлайн скептически хмыкнула. «О неразделенной любви и всяком таком», мысленно повторила она. Наверное, все легенды, так или иначе, были связаны с самым воспеваемым поэтами чувством. В семье Хэйсов более романтичной леди можно было назвать Маргарет, ну или Кэтрин, если брать самый крайний случай. Младшая из дочерей оставалась более реалистичной, поэтому слабо махнула ручкой на благородное предложение Годфрея всё же выслушать историю.
- Такие истории рассказывают под мерный ропот волн, всполохи костра…- Кейт умолкла, словно образы пленили её сознание. Через мгновение она мотнула головой, рассыпав локоны по плечам и невольно поморщившись от назойливой тянущей боли где-то под ребрами. – В общем, не сейчас, Скотти, - более бодро закончила Хэйс одной ей понятную мысль. Отголосок разума в очередной раз напомнил, что при обращении к врачу, следует выполнять его рекомендации больше пары дней, для банальной ликвидации опасных последствий ночных потасовок.

Прозвучавшие обвинения были вполне себе обоснованными, но именно поэтому звучали еще более хлестко, будто отрезвляющие пощечины. Она невольно нахмурилась. Мало кто воспринимает фразы с подтекстом о мошенничестве с юмором. В то же время Кейтлайн понимала, что подросток не хотел обидеть её. Это такой нрав. Такой возраст. Когда ты все подвергаешь сомнениям. Именно так удается постигать мир во всей его красе. Узнавать то, что другим остается неведомым лишь потому, что они постеснялись или не захотели задать сакраментальный, важный, а может даже глупый вопрос, когда этого требовало сердце. Девушка слегка смягчилась и морщинки, пролегшие между бровей, разгладились, будто их и не было.
- Она грязная, - безапелляционно парировала Хэйс, поднося раскрытую ладонь ближе к глазам юноши. – К тому же, смотри, - девушка провела пальцем вдоль череды звеньев, на которых витиеватыми узорами в серебро вплелись тонкие нити водорослей. – И вот, - она подковырнула подсохший налет ила с краешка кулона. – Эта вещь провела здесь как минимум пару недель. Хотя с точным сроком давности это, все же, к Чейзу, - она улыбнулась и, потрепав по голове Годфрея свободной рукой, обернулась к смотрителю маяка.
Видимо, недавний отлив оставил достаточно сокровищ на каменистых утесах и старик, словно коршун, внимательно осматривал щели между камнями, в поисках клада. Девушка машинально сжала свою находку в ладони и направилась ближе к разжившемуся находкой Роберту. Расстояние между ними хоть и было незначительным, ей не хотелось баобабом стоять на одном месте.
- Скотт, не отставай, - Кейт было жаль парня, которого явно не устраивал ход их экспедиции. Она и сама не сразу научилась видеть ценные, по мнению старика, находки. – Эй, парень, - поравнявшись с подростком, Хэйс чуть понизила голос, словно планировала поведать ему вселенскую тайну. Еще одну из множества тех, что он уже слышал от родителей и сверстников. – Учись видеть находки в самых обыденных, на первый взгляд, вещах. Тогда тебе точно повезет.
Кейтлайн понимала, что её слова могут прозвучать для подростка, сравни старушечьему брюзжанию и всем известным афоризмам из рубрики «большое видится на расстоянии», вот только не могла ничего с собой поделать. Пусть в далеком детстве Хэйс, и еще более беззаботном времени Годфрея, они умудрялись понимать друг друга буквально по взгляду, сейчас девушка чувствовала себя так, словно между ними находилась непроходимая чаща. «Может быть, стоит перестать пытаться понравится тем, кто видел, как ты кромсала любимую майку сестры?» вполне резонно уточнил внутренний голос.
- Вот, - Кейт протянула Чейзу свою находку, будто это ёмкое слово могло в полной мере ответить на озвученный вопрос. Ей всегда нравилось наблюдать за тем, с каким трепетом смотритель маяка относился к сокровищам прилива. Бережно подцепив просоленными пальцами тонкую цепочку, мужчина внимательным взором осматривал небольшой кулон, то и дело, наклоняя голову в сторону, улучшая обзор и едва заметно шевеля губами. Кейтлайн зачарованно наблюдала за происходящей магией. Порой ей казалось, что Роберт разговаривает с вещами, потому что по неведомым причинам у вещи, найденной на пляже, непременно находился хозяин. Девушка скользнула взглядом по каменистому берегу и с некоторым недоумением проследила за скачущим по камням подростком. Сейчас он напоминал ей котенка на своей первой садовой охоте.
- Сразу видно, кто не даст нам помереть с голоду, - слегка язвительно крикнула Кейт добытчику в ответ на его ликование.
- Этот кулон похож на тот, что потеряла юная Люси около месяца назад, - наконец подал голос смотритель маяка, внимательно рассматривавший подслеповатыми глазами несколько витых букв на кромке украшения. – А ну-ка, Скотти, давай произведем обмен. У тебя зрение как у сокола. Прочти, что здесь за надпись?
- Он такой симпатичный, - тихо пробормотала Кейтлайн, рассматривая пленника в стеклянной камере. – Только…, - она на мгновение осеклась, но, собравшись с силами, проговорила. – А он не задохнется? – в женском голосе звучало переживание за маленькое живое существо.
Самой Хэйс никогда не было дано поймать добычу, которая бегает чуть быстрее раненой черепахи. Поэтому она старалась не участвовать в подобных состязаниях. Попранная самооценка, слишком большая цена простому опыту. Однако даже восхищение чужими охотничьими талантами не стоило жизни обитателю моря. Почти молящим взором Кейт уставилась на Годфрея.

+1

11

Скотти вытянул шею, и прищурился, разглядывая кулон, перекочевавший из узловатых пальцев Чейза в детскую ладонь. Он только мельком глянул на находку Кейтлайн, выражая тем самым полное безразличие, мол, цепочка с висюлькой - что тут такого. В общем, скрывал любопытство как мог. Однако теперь изучал досконально. Хоть и нехотя, все же пришлось признать, что Кейти и впрямь обнаружила настоящее сокровище. Одно то, что эта вещица кому-то принадлежала, делало ее ценной. А принадлежала она, судя по-всему, кому-то по имени Люси Р. Выходит, Роберт был прав. По крайней мере, сам Скотт знал только одну Люси Р, которая жила в Северном Солуэе.
- Девчачья. Скорее всего эта висюлька Рокуэлл, одноклассница моей сестры. Других Люси Р не видел, - резюмировал Скотт, оторвавшись от разглядывания украшения, и просмотрел сперва на моряка, а потом на Хэйс, которая воззрилась на мальчика, как Буллит, клянчащий последний и самый вкусный кусок мяса. С непоколебимым видом Скотти вернул цепочку.
Никто, конечно же, не собирался есть краба, да и шутку все оценили, но Годфрей вдруг понял, что в этой компании ценятся находки иного рода. Из всех животных, которых он притаскивал домой, выжил разве что еж и то только потому, что пробыл в качестве питомца маленького Скотти Годфрея от силы пол дня. Мама тогда подняла страшный крик, и колючего пленника быстренько депортировали обратно в лес. В числе тех, кому повезло гораздо меньше, был не вылупившийся на свет змееныш, несметное число бабочек и жуков, полевка и даже ящерица, которой был отведен маленький аквариум из-под давно усопших рыбок, о которой Годфрей благополучно забыл и вспомнил только, когда она напомнила о себе характерным запахом. Так, стоило ли говорить о том, что краб не жилец. Но Скотти насупился и не желал просто так капитулировать, даже перед этим разоружающим взглядом карих глаз.
- Вот что, тащи шило, охотник, - со вздохом проговорил Чейз, наблюдая за монотонными движениями крошечных ножек. - До конца дня он побудет с нами, но потом ты его отпустишь, идет?
- Идет, - кивнул Скотт, сам он как-то не подумал о том, что крабу может не хватить воздуха, - но ему надо придумать имя, - добавил он, намекая на то, чтобы ему с этим делом помогли, ибо на ум приходил только Себастьян из диснеевской Русалочки. И озвучивать такие ассоциации Годфрей не собирался ни при каком раскладе.
- Я мог бы рассказать, как страшно умирать от асфиксии, но зачем травмировать ребенка, когда есть более действенные способы манипуляции, - подмигнул Кейт смотритель маяка, когда мальчик поскакал к волшебной сумке, - помнишь себя в его возрасте?
Копаться в мешке старика Чейза было настоящим удовольствием. Скотти быстро отыскал шило с широкой деревянной ручкой, но залип над маленьким диковинным компасом: крутил его и так и сяк, глядя на дерганную магнитную стрелку. Зато он вспомнил про баночку с ракушками и прихватил ее с собой. В планах было не только дать имя своему питомцу на один день, но и разузнать побольше о том, как следует правильно искать "сокровища". Вернулся он все так же вприпрыжку и в нетерпении сунул шило Чейзу под нос.
Всего каких-то пара минут - и в крышке образовалась вентиляция. Может быть, насекомые, пойманные Скоттом в далеком детстве, протягивали свой короткий век немного дольше, будь у них такой дом.
- Интересно, как так вышло, что кулон потерялся? - как бы между прочим спросил Скотт, внимательно изучая гальку у себя под ногами.
У всякой вещи есть своя история, если задуматься. Да, даже у кожуры от банана, похороненной под кучей прочего мусора в каком-нибудь контейнере для отходов, таковая имеется. А у цепочки с кулоном и подавно. Сам того не подозревая, Скотти затронул вопрос, который волнует всякого человека, отжившего на свете не два и даже не три десятка лет, помноженных на два. В школе и с друзьями нужно было из себя кого-то обязательно строить, а за такие вопросы его подняли бы на смех. Бухнуть и покурить - это, конечно, круто, но иногда хотелось побыть ребенком, а по-настоящему почувствовать себя ребенком получалось только среди взрослых. Возможно, поэтому Скотту нравилось такое общество.

Отредактировано Scott Godfrey (2017-07-12 08:06:46)

0

12

[indent] Солнце медленно клонилось к горизонту.
[indent] Хоть несмолкаемый рокот прибоя и был этим днём не слишком громким, для тех, кто стоял на самом берегу, он приглушал едва ли не все посторонние звуки, а потому собравшаяся у моря причудливая, издали похожая на счастливую семью компания, увлечённая разговором, не могла услышать негромкого рычания двухцилиндрового мотора. Серебристый мотоцикл, в профиле которого угадывался второй по популярности после кафе-рейсера в Великобритании тип – круизёр, выехал из-за маяка и остановился примерно в десяти метрах от них. Его торчащие в разные стороны цилиндры двигателя и бело-голубая эмблема, изображавшая стилизованный пропеллер, выдавали в нём звезду одного из фильмов об английском суперагенте – Джеймсе Бонде – «BMW R 1200 C», некогда весьма популярный, но ныне уже не один год как снятый с производства. Однако восседал на круизёре отнюдь не суперагент её величества, хотя и на законопослушного гражданина он походил мало – высокий, облачённый в видавший виды долгополый кожаный плащ с дождевиком, из-под которого выглядывали потрёпанные кожаные брюки, заправленные в стоптанные тупоносые байкерские кожаные сапоги, не слишком-то походила; рукава плаща были заправлены в кожаные мотоциклетные перчатки без защитных вставок; из-за воротника плаща выглядывал воротничок рубашки цвета хаки, перехваченный безвкусным серебристым галстуком-боло с изображением воющего волка. Лицо мотоциклиста скрывал тонированный визор шлема. С негромким щелчком выдвинулась подножка, и человек в чёрном отпустил руль. Чуть нагнувшись вперёд и уронив голову на упёршиеся локтями в бензобак руки, он устремил взгляд скрытых визором шлема глаз на троицу, занятую вознёй с какой-то небольшой банкой. Хоть его лица и не было видно, в позе человека в чёрном смутно угадывалось напряжение, словно он не был уверен в том, остаться ли ему на морском берегу или же исчезнуть так же незаметно, как он  появился.
[indent] Мотоциклист уже собирался сложить подножку, когда единственная девушка в собравшейся на берегу компании вдруг повернулась в его сторону. Она вздрогнула от неожиданности и подозрительно прищурилась, но почти тут же заливисто рассмеялась и помахала ему рукой.
[indent]  – Господи, Ундина! Вот зачем ты так подкрадываешься? – с притворным возмущением в голосе прокричала она. – Иди сюда, ниндзя!
[indent]  – Да, Дина, ты как раз вовремя! – поддержал девушку седовласый мужчина, проводя пальцами по короткой бороде. – Но сколько раз мне тебе говорить – если ты хочешь, чтобы тебя принимали за русалку, ходи пешком – хоть ты и появилась словно ниоткуда, твой железный келпи никак не вписывается в образ таинственной морской девы, – он поспешил продемонстрировать мотоциклистке открытые ладони, давая понять, что не пытался уязвить её.
Девушка в чёрном кивнула и привычным движением стянула перчатки, под которыми скрывались изящные бледные пальцы с коротко подстриженными ногтями, а потом расстегнула застёжку шлема и сняла его, открывая бледное, нетронутое косметикой девичье лицо, обрамлённое рыжими волосами. Она сложила перчатки в шлем и, застегнув ремешок, повесила его на руль мотоцикла, после чего расстегнула плащ и спешилась.
[indent]  – Добрый вечер, герр Чейз! Добрый вечер, Кейтлайн! – кивнула рыжая и направилась к старым знакомым. Тяжёлая походка с пятки на носок делала её шаги почти бесшумными. – А кто этот молодой человек? – в её голосе чувствовался сильный немецкий акцент.

+1


Вы здесь » North Solway » Личные отыгрыши » Когда легенды оживают


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC