В игре: июль 2016 года

North Solway

Объявление

В Северном Солуэе...

150 лет назад пираты похитили
жену основателя города с дочерью.

24 июня проходит праздник
День независимости Шотландии!

поговаривают, что у владельца супермаркетов «Солуэйберг»
Оливера Мэннинга есть любовница.

Роберт Чейз поднимает вещи из моря и копит находки с пляжа после штормов.
У него столько всего интересного!

очень плохая сотовая связь.
Но в самой крайней точке пристани телефон ловит так хорошо, что выстраивается очередь, чтобы позвонить.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » North Solway » Сюжетные эпизоды » Между небом и землёй


Между небом и землёй

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://s7.uploads.ru/u1Npm.png

https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/08/3b660f447d9a1e473f1a345e26813b0f.jpg
Больше всего это было похоже на землетрясение – земля внезапно разверзлась, чтобы пожрать выросшие на ней дома. Одним из них стало и это четырёхэтажное многоквартирное здание. В отличие от большинства своих соседей по улице, которым так же не повезло оказаться в центре катастрофы, оно устояло, обрушившись лишь частично. Вот только тем, кто оказался заперт на верхнем этаже от этого не легче…

Недалеко от центра города, 19 июля 2016 года

Ундина Крёнен, Джоан Миллс

+1

2

В длинном, лишённом окон коридоре было тихо. Из-под потолка лился приглушённый холодный свет тускловатых люминесцентных ламп, отражаясь в частично стёртых до блеска старомодных круглых дверных ручках. За одной из дверей играла песня какой-то популярной американской группы, но сквозь стену проникали лишь тяжёлые басы, коих в мелодии было не так уж и много.
Другим звуком, нарушавшим покой готовившегося в дневному сну в отсутствие жильцов дома, был едва слышный, а потому почти незаметный за музыкой шорох чьих-то шагов. Если бы не тяжёлая походка с пятки на носок, топот тупоносых чёрных кожаных байкерских сапог прогремел бы на весь дом. Из-под голенищ, вопреки всем ожиданиям, выглядывали немного не дотягивавшиеся до колен чёрные гольфы. Чуть выше колен заканчивался подол строгой зелёной юбки, уходившей под слегка помятый зелёный пиджак, надетый поверх белой рубашки, воротник которой перехватывал безвкусный галстук-боло с изображением воющего волка. Грудь и спину обладательницы чуть чудаковатого костюма перечёркивал чёрный кожаный ремень надетой через плечо чёрной кожаной сумки-планшета. Дополняли картину немного сальные рыжие волосы до плеч, высокий для женщины рост и нетипично чистая для рыжеволосых, бледная кожа.
Девушка в зелёном остановилась напротив одной из квартир и, внимательно посмотрев на табличку с номером, нажала на кнопку звонка. Из-за двери послышалось дребезжащее хрипение. Рыжая убрала руку со звонка и вытянулась по струнке. Прошла минута, две, но из квартиры не доносилось никаких признаков жизни. Никто не спешил посмотреть, кто же пришёл. Девушка ещё раз позвонила, и вновь ответом ей стала лишь тишина. Она положила ладонь на звонок, но ответом ей стала лишь дребезжащая трель. В квартире определённо никого не было.
Рыжая отпустила звонок и достала из планшета потрёпанную газету. Её длинные, тонкие пальцы быстрым движением развернули её на странице с объявлениями. Одно из них было подчёркнуто. Девушка внимательно перечитала адрес и сверила номер квартиры. Всё совпадало. Вот только хозяев не оказалось дома, несмотря на то, что именно это время они указали, как наиболее подходящее для визитов.
Рыжая мрачно вздохнула и с силой насадила газету на дверную ручку. Дешёвая бумага поддалась без особого труда. С досады пнув злополучную дверь, девушка зашагала было к выходу, когда свет в коридоре внезапно померк. В тот же момент стихла и музыка.
Пол вдруг зашатался, уходя из-под ног. Послышались треск бетона и шум падения чего-то тяжёлого, доносившийся буквально отовсюду. С потолка посыпалась извёстка. Всё это продолжалось несколько минут, а потом неожиданно стихло, сменившись далёким шумом воды.

+1

3

Клиенты у Джоан бывали разными. Впрочем, и отношение к ним тоже весьма разнилось. Бывали клиенты «вечные» - эти готовы были платить, лишь бы иметь возможность выговориться, а потом заявлять, что им так плохо, что приходится посещать психолога. К ним Миллс относилась философски, как к чему-то неизбежному. Бывали клиенты скучные до обыденности – тревога, депрессия, стресс от работы – стандартный набор, требующий отработанных схем. Появление подобных клиентов превращало работу в подобие конвейера. Бывали клиенты самообманывающиеся – в их случаях вечно всплывало что-нибудь эдакое, едва не заставляющее вернуться к диссертации. Бывали и вовсе клиенты уникальные – эти случаи тянули даже не на монографию, а на серию книг, возможно, не только научного жанра. А бывали еще и они… «Истерички»… И, ей-богу, пол не имел тут никакого значения. Они вечно не знали, чего хотят, не желали следовать советам и брать на себя ответственность, а еще вполне могли себе навредить, если вовремя не отреагировать на действительно безумный припадок.
Нынешняя клиентка Миллс была из последних. Санни… Милая заласканная девочка из благополучной семьи, недавно закончившая школу и порывавшаяся строить карьеру модели. Разумеется, семья, не смотря на всю свою любовь, оказалась против, твердя о необходимости получения дальнейшего образования. Скандал. Истерика. Уход из дома. Съемная квартира. Звонки психологу о невыносимости жизни. Отказ приезжать в кабинет. Угрозы выброситься из окна…
Джоан точно не могла сказать, что двигало ей, когда она прибыла в этот дом – желание помочь или намерение придушить. Несмотря на профессию и особенности собственного характера, находились люди, способные довести Миллс до бешенства. Санни оказалась из их числа.
- Итак, Санни, может, ты все-таки меня впустишь? – устало и уже почти обреченно спросила Джоан.
- Вам все равно меня не отговорить! – патетично повторилось из-за двери.
Разговор шел уже как бы не по пятому кругу. Санни никто не понимает, но она горда и не сломлена. Никакие советы ей не нужны, но, нет, не уходите, слушайте великолепную Санни. Джоан уже собиралась плюнуть на все и уйти, когда дом ощутимо тряхнуло, с потолка посыпалась известка вперемешку с самим потолком, а рухнувший кусок стены заставил рухнуть на пол и сжаться в комок в надежде минимизировать травмы, если ее завалит. Джо вовсе не была уверена, что и эти меры будут оправданы, но, кажется, ей все же повезло. Во всяком случае, ничего, кроме нескольких обломков, явно оставивших гематомы на руках и спине, ей не прилетело. Однако, подниматься на ноги и оглядываться было страшно. Хотя бы потому, что рядом не слышалось истерики. Джоан искренне не хотела, чтобы первым, что она увидела, оказался труп Санни.

+1

4

Дюжина зелёных человечков в ботинках со стальными носками отчаянно пыталась выбраться из черепа рыжей девушки. Той казалось, что она и в самом деле различает их сквозь затянувшую её глаза кровавую дымку. Вдруг в нос ей ударил какой-то даже слишком материальный для запаха тяжёлый аромат чего-то сухого и колючего. От него девушку охватило неудержимое желание закашляться, и повисшую в тёмном коридоре тишину разорвали характерные удушливые звуки.
– Вас ист лос?* – глухо пробормотала рыжая и открыла мутные глаза. Она лежала на полу на левом боку в какой-то неестественной позе, больше всего похожей на развёрнутого сильным ударом эмбриона – одна её нога подогнулась под тело, в то время как вторая, напротив, выпрямилась, левая рука вытянулась куда-то назад, а правая покоилась на её шее, словно замерев на своём пути к голове. Девушка пошевелилась и тут же застонала – голова отозвалась на попытку приподнять её тупой болью. Длинные пальцы рыжей скользнули по присыпанным цементной пылью волосам и нащупали на темени здоровенную шишку. Из груди немки вырвался глухой стон.
В воздухе витала скорее осязаемая, нежели видимая цементная пыль, от которой свербило в носу и хотелось кашлять. Пол усеяли бетонная крошка и даже обломки размерами от небольшого камушка до солидного булыжника. В темноте их не было видно, но стоило пошевелиться, и они тут же ощутимо впивались в открытые участки тела немки. Она вновь закашлялась и, пошатываясь, поднялась на ноги, сутулясь и выставляя над собой руки, опасаясь стукнуться об потолок, однако растопыренные пальцы нашли лишь пустоту, и девушка несмело выпрямилась во весь рост.
– Вас вар дас?** – негромко спросила она саму себя и на ощупь открыла свой планшет. Длинные ловкие пальцы достали массивный больше за счёт ширины, нежели толщины планшетофон, и во тьме обвалившегося коридора вспыхнул на первый взгляд яркий, но почти бесполезный в роли фонарика свет широкого дисплея, выхвативший из мрака обрамлённое присыпанными осыпавшейся извёсткой бледное лицо и почти тут же померкший, автоматически подстраиваясь под освещение так, чтобы не навредить глазам своей хозяйки. Пальцы девушки забегали по сенсорному экрану, и на задней панели гаджета загорелась фонариком вспышка встроенной камеры. Конечно, и это был всего лишь жалкий эрзац, но всё же справлялся со своей задачей куда лучше, нежели подсветка экрана.
Холодный свет озарил заметно покосившиеся стены коридора и покрывшийся недобрыми трещинами потолок. Пол и в самом деле был теперь усеян обломками так, словно дом стоял нежилым не один год. Могло показаться, что на дом упала бомба.
– Есть кто-нибудь здесь? – несмело позвала рыжая. – Ау!

*

*Что случилось? (нем.)
**Что это было? (нем.)

Отредактировано Undine Kroenen (2017-08-25 00:32:33)

+1

5

Женщина еще какое-то время лежала и прислушивалась. Где-то что-то падало, лилась вода… Вроде бы, сама она падать никуда не собиралась. Толи пол оказался крепким, толи она удачливой, но кусок практически уцелевшего коридора ей достался преизрядный. Видимо, удалось оказаться рядом с достаточно крепкими несущими стенами.
Долго лежать на полу и ждать чуда перспективным не было хотя бы потому, что, чтобы не случилось, но она в этом здании была не одна. И раз уж с ней самой все почти в порядке – наличие или отсутствие трещин в кости в нынешней обстановки было попросту недоказуемо – следовало посмотреть, не требуется ли помощь  товарищам по несчастью. Хотя бы той же Санни. То, что та не рыдала и вообще никак не давала о себе знать, беспокоило Джоан чуть ли не больше, чем почти постапокалиптический антураж.
Сесть удалось без труда. Приняв более устойчивое положение, женщина начала отряхиваться. Всю бессмысленность подобного действа она понимала, но выполнение простых привычных действий всегда помогало подумать о том, что предстоит выполнить в следующую очередь. А выполнить предстояло немало. Для начала встать, хотя ноги все еще дрожали от ужаса и перенапряжения. Потом попытаться определить с какой стороны искать квартиру, где забаррикадировалась ее злосчастная клиентка. Потом… Вот потом стоило действовать уже по обстоятельствам. Загадывать дальнейшие шаги было опасно…в том числе и для собственной психики.
Голос, раздавшийся где-то относительно недалеко вызвал одновременно чувство облегчения и паники. Другой выживший – это было хорошо. В одиночку можно было и рехнуться, ожидая помощи. О таких случаях Джо знала и даже видела нескольких потерпевших, когда стажировалась. Необходимость же перед кем-то держать лицо…дисциплинировала. С другой же стороны, обладателю голоса могла понадобиться помощь. И помощь отнюдь не психологическая. Пожалуй, женщина не была до конца уверена, что не начнет паниковать, увидев, например, лужу крови или оторванные конечности.
Коридор, казавшийся поначалу относительно целым, преподнес пару сюрпризов. Оголенные провода и прочая арматура не радовали, конечно, но вот продолжавшая то и дело крошиться стена и несколько дыр в полу вызывали все меньшее доверие к сохранности здания. Едва привыкшие к темноте глаза давали все меньше поводов для оптимизма. Передвигаться стоило весьма осторожно, перепроверяя каждый шаг.
Возникшая впереди вспышка стала неприятной неожиданность, о чем женщина не преминула сообщить отборной руганью в адрес того, кто додумался ее использовать. Впрочем, ругаться было тоже бессмысленно, так что, отведя душу, женщина, зажмурила заслезившиеся от света глаза и постаралась ответить как можно спокойнее.
- Эй, ты там! – разводить официоз и словоблудие было как-то не ко времени. – Если идешь сюда, смотри под ноги. В паре метров от меня частично просел пол.
Дальше из-за вспышки Миллс просто рассмотреть не успела. Возможно, впереди были препятствия и похуже. Хотя то, как распространялся свет, все же должно было обнадеживать. В теории.

+1

6

Холодный свет светодиода разгонял тьму лишь на несколько шагов, после чего его силы иссякали, впрочем, чего ещё можно было ждать от фотовспышки, пусть и переключённой в режим фонарика. Вторым недостатком импровизированного светильника стали его размеры – если обычные смартфоны, включив на них аналогичные приложения, было легко удержать рукой, как и настоящий фонарик, то массивный планшетофон, пусть и не отличался таким уж большим весом, всё равно был рассчитан на то, что держать его будут двумя руками, а потому девушке пришлось прижать его к груди, тем самым лишив себя возможности, не только светить хоть в какую-нибудь сторону, не поворачиваясь при этом всем телом, но даже посмотреть, насколько ещё хватит заряда аккумулятора.
Казалось, любой шорох отдавался в почти звенящей тишине разрушенного дома артиллерийской канонадой, и всё же тяжёлая походка с пятки на носок, как и всегда, делала шаги немки почти бесшумными, а необходимость ступать медленно, внимательно глядя то себе под ноги, то на потолок, лишь усугубляла эту совершенно бессмысленную в сложившейся ситуации непроизвольную попытку красться. Рыжая втянула голову в плечи и чуть ли не присела на корточки, когда на её пути вдруг возникла повисшая на вырвавшихся из треснувшего потолка проводах мёртвая лампа дневного света. Засмотревшись на неё, девушка чуть было не упала, споткнувшись о вывалившийся из полуосыпавшейся стены кусок бетона, ощетинившийся погнувшейся арматурой. Она замерла на месте и уже внимательнее осмотрела завал. Коридор оказался перегорожен не полностью, но перебраться через получившуюся гору обломков, некогда бывших стеной, было бы не так-то просто. Рыжая тяжело вздохнула, и тут откуда-то с той стороны завала послышалась отборная брань.
– Я вижу в темноте не так хорошо, как хотелось бы! – сердито отозвалась она и тут же замолчала, запоздало сообразив, что женский голос, говоривший с характерным шотландским диалектом ей определённо знаком. В её собственном же чувствовался сильный немецкий акцент.
Подействовало ли оправдание, или же невидимая пока женщина просто выпускала пар, но она почти сразу же обратилась к рыжей с куда более внятной речью.
– Тут завал! – отозвалась девушка. – Я попробую через квартиру, стена которой обвалилась, пройти! Не видите вы дверь справа… – она осеклась, сообразив что перепутала. – …то есть слева от вас?

0

7

То, что впереди завал, было скверно, но ожидаемо. Собственно, было бы странно, если бы после такой встряски ничего не упало бы. Учитывая дыры в полу, падало все вполне активно. Зато эти же рассуждения подводили к мысли о том, что могли обвалиться и лестничные пролеты. А вот это было уже ни черта не хорошо.
Впрочем, сидеть и ждать, пока кто-то спасет, могло оказаться еще опаснее, чем самой искать выход. Если произошли массовые обрушения, то даже при посильной поддержке населения, добраться до них могли и не успеть. Просто потому, что не хватит рук и техники. А раз так – стоило рискнуть. Миллс готова была даже вязать веревку из чужих простыней и спускаться по ней как герой третьесортного романа…если это окажется достаточно безопасно.
Голос обладателя вспышки оказался знаком. Впрочем, Джо старалась не пускаться в размышления откуда. Если удастся скооперироваться – сама увидит, не удастся – так об этом лучше и не думать.
Дверь слева от Миллс действительно была. Та самая, которую не открывала Санни. Сейчас, когда зрение восстановилось после знакомства со вспышкой, Джо видела, что былая преграда деформирована и висит на одной петле. Пожалуй, открыть ее сейчас было вполне возможно. Всего-то сеять со второй петли и остатки замка уже не помеха.
- Дверь вижу. Попробую открыть, - отозвалась Джоан, стараясь не думать о возможном зрелище.
Тянуло попросить посмотреть, нет ли в квартире белобрысого девичьего трупика, но женщина волевым усилием снова запретила себе от этом думать и направилась к изуродованной двери.
Выглядело все несколько проще, чем оказалось на самом деле. Дверь была тяжелой. Попытки ее приподнять отзывались тупой болью во всем теле, но бросать начатое Джо не стала. Наоборот подналегла. Наконец махина поддалась и с оглушительным по нынешним меркам грохотом рухнула на пол, чудом не придавив Джоан.
У двери Санни не оказалось. Пока что женщину это радовало. Еще бы заставить себя не думать о том, что легковесную девочку могло отбросить и изломать как угодно.
В квартирке было тихо и относительно цело. Дикий бардак не в счет. Попытка найти пролом в соседнее помещение, как и поиск девушки результатов не дали. Оставалось проверить балкон, который, видимо, и придется использовать для того, чтобы увидеть обладательницу голоса с акцентом.
Дверь на балкон была распахнута, что позволяло комнате быть наполненной неверным светом и звуками случившейся катастрофы. Где-то гудели сигналы с машин экстренных служб, кричали люди… Джоан медленно продвигалась в сторону двери. Вдруг где-то с боку мелькнула тень. Удар по голове заставил вскрикнуть и упасть. Прежде чем провалиться в обморок, женщина еще успела услышать взволнованно-испуганное «Доктор Миллс!» в исполнении Саннивы МакМилан.

+1

8

В рыжей голове всё ещё гудело, а перед глазами то и дело появлялся туман, стоило немке слишком резко пошевелить шеей, а то и всем туловищем. Во многом именно благодаря этому она так и не поддалась панике – лёгкое оглушение, всё никак не желавшее уходить, попросту не давало ей до конца осознать всю катастрофичность положения в самом прямом смысле этого слова. Необходимость сосредоточиться на том, чтобы просто оставаться в сознании, не давала девушке поддаться панике, но по мере того, как в её голове медленно, но верно прояснялось, она начинала осознавать, что ещё очень большой вопрос, стоит ли ей радоваться, что упавший на голову кусок бетона не убил её сразу. Дом мог обвалиться окончательно. А мог и просто упасть потолок. И ей бы очень повезло, погибни она при этом сразу, а не окажись обречённой на медленную смерть от удушья или отравления продуктами гниения собственного придавленного тела. От таких мыслей хотелось просто сесть и, обняв себя, ждать неизбежного конца под завалом.
Рыжая хотела было помотать головой, отгоняя отчаяние, но стоило ей всего лишь попытаться, как отступившая было боль вспыхнула с такой силой, что перед глазами всё заволокло красной пеленой. Немка застонала и, присев на корточки, пролезла в образовавшуюся в стене дыру. В некогда просторной комнате, в которой она очутилась, импровизированный фонарик уже не был нужен – потолок обвалился, перегородив помещение почти что наискосок и захватив с собой в одном месте ещё и часть крыши, благодаря чему внутрь лился дневной свет. Девушка поспешила закрыть приложение планшетофона и заблокировать его экран, чтобы сэкономить заряд батареи. Завал превратил комнату, по всей видимости некогда бывшую спальней – из-под бетонной плиты торчал конец переломленной пополам двуспальной кровати, на полу рядом с которой безвольными тряпками стелился порванный балдахин, – в подобие темницы. В уцелевшей межквартирной стене не было и намёка на дверь, зато в уличной красовался уродливый пролом, за которым в клубах не то дыма, не то тумана угадывались очертания покосившегося балкона.
Не рискнув выпрямиться во весь рост, немка на корточках пробралась через разрушенную спальню и несмело выглянула наружу. Балкон определённо держался на честном слове, а открывавшаяся с него картина отнюдь не внушала оптимизма – что бы ни привело к обвалу дома, оно же разорвало трубы коммуникаций под ним и вокруг него, а потому вырвавшаяся на свободу горячая вода подняла в воздух тучи пара, из-за чего любую попытку спуститься вниз с верхних этажей обречённого здания можно было приравнять к самоубийству. Но была и хорошая новость – балкон был один на две квартиры, а разделяла территории пожарная лестница.
Немка довольно улыбнулась и осторожно ступила на покосившуюся решётку. Балкон недобро заскрипел, но устоял. Девушка опустилась на четвереньки и потянула на себя пожарный люк. Тот, к её удивлению, легко поддался, вот только под ним никакой лестницы уже не оказалось. Как и балконов – тот, на котором очутилась немка, потому и покосился, что остался без опоры, рухнувшей куда-то вниз при обвале здания. Девушка осторожно поднялась на ноги. Теперь ей оставалось только одно – попытаться перебраться на другую половину балкона. Она взялась за останки пожарной лестницы и подтянулась, забрасывая ногу на перила.
Только теперь до её ушей донеслись какие-то причитания из-за распахнутой балконной двери. Немка уверенно упёрлась в перила обеими ногами и осторожно шагнула вперёд, не выпуская из рук пожарной лестницы. Пару минут спустя, она тяжело перевалилась на вторую половину балкона, от чего тот зловеще заскрипел, а её голова загудела словно колокол. Минуту или две рыжая так и лежала, чуть ли не свернувшись калачиком, а потому не сразу поняла, когда её начали яростно трясти за плечи, выплёвывая в лицо что-то бессвязное.
Когда перед зелёными глазами немного прояснилось, немка увидела перекошенное паникой и горем обрамлённое белокурыми волосами бледное девичье лицо, в голубых глазах которого стояли слёзы.
– Я убила её! Убила! Должна была умереть я, а не она! Что я натворила! Что я натворила! – срывалось с бледных искусанных губ, то и дело дополняясь брызгами слюны.
– Что? Кого? – с трудом проговорила рыжая, голову которой простреливало болью всякий раз, когда блондинка трясла её за плечи.
– Я убила доктора Миллс! – провозгласила девица, не то сокрушаясь, не то даже торжествуя. – Я говорила ей, чтобы она не мешала мне умереть, но я не хотела её убивать! Не хотела! Я… – она хотела продолжить свой драматический монолог, но звонкая оплеуха прервала её, заставив уставиться на рыжую как на злейшего врага.
– Хочешь умереть? – сердито спросила та. – Прыгай! – она жестом указала куда-то за перила. – А теперь прочь с дороги! – немка резко поднялась на ноги, отпихивая готовую вновь закатить истерику шотландку, но перед глазами у неё тут же всё поплыло, вынуждая нагнуться, упёршись руками в колени. Почти тут же к голове прилило приятное тепло, и девушка смогла вновь выпрямиться.
Сквозь дверной проём и вправду можно было увидеть распростёртое посреди на удивление целой комнаты женское тело. Рыжая, чуть пошатываясь, зашагала к нему.
– Видишь?! Видишь?! – послышались у неё за спиной истеричные вопли. – Я убила её! Убила! Ты что, не понимаешь?! – блондинка напрыгнула на немку сзади, едва не повалив. Та резко развернулась и с силой впечатала хозяйку обречённой квартиры в стену.
– Заткнись! Заткнись просто! – угрожающе прошипела она. – Или я отправлю тебя за ней!
Явно не привыкшая к подобному обращению девушка затихла, хотя и было ясно, что это ненадолго. Воспользовавшись моментом, рыжая опустилась на корточки рядом с женщиной и поднесла руку к её шее.
– Ты… Ты… – начала было блондинка, но рыжая тут же её прервала:
– Пульс есть, она жива.
– Правда? Так я…
– Заткнись, или я к двум трупам на моём счету третий добавлю!
– Третий?! – блондинка побледнела ещё сильнее, но и в самом деле замолчала, но, как можно было догадаться по её сморщившемуся от напряжённых мыслей лицу, своё действие возымела отнюдь не угроза.
Рыжая чуть приподняла ноги оглушённой женщины и легонько похлопала её по щекам.
– Доктор Миллс, очнитесь!

+1

9

Тот, кто в детстве не был записным отличником, зачастую прекрасно знает, какого это – огрести на орехи и разбираться с последствиями. Вот Джоан, в школьные годы успевшая поучаствовать далеко ни в одной драке. Поэтому знала, как себя вести, если у кого-то рука окажется тяжелой.
Придя в себя, женщина не спешила открывать глаза, прислушиваясь не столько к разговорам рядом с ней, сколько к ощущениям. Затылок ныл, но боль не была пульсирующей, да и тошноты, вроде бы, пока не было. Вполне возможно, что обошлось без сотрясения. Впрочем, вполне могло начать «вести» и при попытке встать.
Вздох, открыть глаза и проморгаться. Потолок почти не плывет и желудок не пытается выйти через горло – уже хорошо. А вот попытка подняться доказала, что голова все-таки кружится. Хорошо, что не сильно. Впрочем, в школьные годы бывало и хуже.
- Доктор! Простите меня, доктор!!! – от криков Санни голова еще и заболела. – Я не хотела!!!
Истеричный монолог все продолжался и продолжался, вот только Миллс воспринимала его уже как фон. Медленно встать, дойти до стены, привалиться и закрыть глаза, унимая дурноту. В мыслях навязчиво крутилось то, что, видимо, мозги у нее все-таки есть, раз нашлось чему сотрясаться.
- Доктор Миллс, ну скажите что-нибудь!!! – продолжал завывать источник шума. – Я…я на бухгалтера пойду учиться, только спасите меня от этой рыжей маньячки!!!
Маньяков в городе Джо не припоминала. Город маленький, даже все преступники наперечет.  Были воришки, даже один клептоман водился, а вот никого на гордое звание «маньяка» припомнить не удавалось.
- Мисс МакМилан, сбавьте обороты, - хрипло почти прошептала Джоан. – Какой еще маньяк? Где вы умудрились его откопать?
- Она сама пришла!!! Сама!!! Сама!!! Она мне угрожала!!! Она… - Саннива перешла на ультразвук и прицельно била по нервам.
- Заткнись!!! – гаркнула Миллс, не выдержав.
Как ни странно, помогло. Девчушка примолкла, но женщина не ручалась бы, что надолго. Претендента на гордое звание маньяка вскоре тоже удалось обнаружить. Как ни странно, Джоан ее знала. Эту злосчастную немку Миллс пришлось посещать в больнице, так как лечащий врач опасался нервного срыва или суицида после того, что той пришлось пережить. Благо, во время самого расследования Джо только опросили и в дальнейшем не привлекали, вызвав специалистов из Абердина. Участвовать в комиссиях и прочих консилиумах было всегда хлопотно. Не говоря уже о том, сколько бумажек участникам подобного процесса надо было писать. А так… Протокол, заключение и свободна.
- Меньше крика, - попросила женщина. – Сейчас не та ситуация, чтобы позволить себе истерику.

+1

10

То, как исказилось лицо рыжей, и как оно почти слилось цветом с волосами, недвусмысленно давало понять, что шумная шотландка и в самом деле рискует если не расстаться с жизнью, то получить серьёзные травмы, что в сложившейся ситуации было бы почти равнозначно. Однако оглушённая женщина всё-таки пришла в себя и даже поднялась на ноги, тем самым заставив державшуюся из последних сил немку всё-таки отвлечься от главного источника шума, что и спасло девице, которую, как оказалось, звали МакМилан, жизнь. Рыжая осторожно подошла к доктору Миллс и встала рядом, не предлагая помощи, но готовая подставить ей плечо. Сложно было сказать, испытывала ли она хоть какую-то симпатию к кому-либо в комнате, но женщина, пусть и оглушённая определённо казалась ей лучшей компанией, нежели истеричная девица, по всей видимости настолько напуганная катастрофой, что перестала её замечать.
– Доктор Миллс, это я – Крёнен. Ундина Крёнен, – на всякий случай представилась рыжая, хоть и догадывалась, что женщина и без того узнала её.
Снаружи вдруг послышался недобрый скрежет, а потом треск, и уже откуда-то снизу донёсся чуть слышный металлический лязг. Одновременно в комнате стало заметно светлее. Ундина повернулась на звук и выругалась на родном языке. Злополучный балкон всё-таки рухнул, лишив пленниц злосчастного дома одного из путей к отступлению, попутно захватив с собой оконную раму.
– Внизу какой-то ад, – кивнула немка на вздымавшиеся за новым проломом клубы не то пара, не то дыма. – Не спуститься с этого этажа. Доктор Миллс, сможете вы идти? – она вопросительно посмотрела на женщину, предварительно бросив испепеляющий взгляд на шумную девицу.

0

11

Разумеется, «маньяка» Джоан опознала. Как бы сильно не давали о себе знать постэффекты приветствия Саннивы, но немку и раскрутившуюся с ее появлением историю Миллс знала и помнила. Источники информации, разумеется, были разной степени достоверности. Собственные же впечатления от общения были…двоякими. Впрочем, эта Крёнен не приходилась Миллсам никакой родней, так что это было не столь важно. В конце концов, с той же Санни обещало быть куда как больше проблем…
Новый этап обрушения дома отозвался головной болью, однако мутить так и не начало, что заставляло надеяться на собственную мобильность. Впрочем, на себя-то Миллс еще вполне могла надеяться – в молодости ей еще и не так прилетало, когда тусовки заканчивались драками «все против всех» - то вот девица МакМилан воспринималась исключительно балластом…который бросить не позволяет совесть, клятва Гиппократа и законодательство…
- Идти – смогу, бежать – точно нет, прыгать – под вопросом, - резюмировала свое состояние Джо.
Уж чего-чего, а коротко отвечать на околоврачебные вопросы Миллс умела с детства. Впрочем, с родителями-врачами это, наверное, не было чем-то странным.
- Понять бы еще, по какому принципу идет обрушение, - начала рассуждать в слух женщина. – Не хотелось бы оказаться в центре здания, решившего собраться как карточный домик, или на краю дома, считающего себя костяшкой домино… Впрочем, несущие стены, кажется, в целом держатся…
Во всяком случае та, к которой привалилась Миллс, стояла ровно и шататься не пыталась.
- Мы все умрем, да? Умрем!!! О, Господи!!! Почему сейчас? – очередной виток истерики Саннивы вновь отозвался головной болью и женщина невольно начала массировать виски.
- Надо проверить, в каком состоянии лестницы, - обратилась она к немке, стараясь игнорировать накручивающую себя блондинку. – Даже если ступени пострадали, относительно устойчивыми могут оказаться перила…
А еще на лестничных пролетах с этажа на этаж спускаться было банально удобнее…и как-то привычнее, чем через новообразовавшиеся дыры в полу. Впрочем, до лестниц еще надо было дойти… А вот компания, в которой это предстояло делать, не очень-то радовала. Пациентки… Причем обе, хоть и в разной степени. Чертова профессиональная этика заставляла еще больше нервничать, что само по себе было не слишком-то хорошо… Оставалось надеяться, что эти двое в ближайшее время не доведут психолога до той грани, когда ее саму с распростертыми объятиями примет психиатр…

+1

12

Ответ доктора Миллс заставил и без того невесёлое лицо Ундины ещё больше помрачнеть. Нетрудно было догадаться, что её отнюдь не радовал тот факт, что из всех трёх пленниц обречённого дома меньше всех, судя по её поведению, пострадала внезапно начавшая бояться смерти несостоявшаяся самоубийца. И загоревшийся в зелёных глазах немки после заупокойных воплей молодой шотландки недобрый огонь не оставлял сомнений, что она близка к тому, чтобы и в самом деле пополнить своё персональное кладбище.
– Не думаю, что такой дом, как костяшка домино упасть может, – негромко произнесла рыжая почти на ухо женщине. – Слишком мало этажей. Но я – не архитектор, а всего лишь филолог, – хоть голос Крёнен и звучал почти спокойно, было очевидно, что она и сама почти на грани истерики, а потому пытается хоть как-то отвлечься, что и заставляет её говорить больше, чем следовало бы в подобной ситуации.
В ответ на вполне рациональное предложение доктора Миллс проверить, уцелела ли в обречённом доме хоть одна лестница, Ундина молча кивнула и направилась было к выходу из полуразрушенной квартиры.
– Куда?! Вы что, думаете я позволю вам меня бросить?! – завизжала МакМилан и поспешно бросилась за Крёнен, хватая её за руку. – Я не хочу быть одна! Слышите?! – почти выплюнула она той в лицо. Немка что-то неразборчиво прорычала и попыталась было вырваться, но шотландка вцепилась в неё так, что ногти побелели, хоть это и было едва заметно под цветным лаком.
На пару секунд повисла тишина, а потом её разорвал характерный звук удара, и блондинка отпрянула от рыжей как ошпаренная, обеими руками схватившись за нос. Ундина пару раз сжала и разжала кулак, шевеля при этом пальцами словно фокусник, и поспешно, насколько ей позволяла собственная контузия, вышла из негостеприимной квартиры. По тому, каким взглядом МакМилан проводила её, несложно было догадаться, что прощать незваной гостье такое к себе отношение она явно не намерена.
В дверях Ундина обернулась и, убедившись, что доктор Миллс поковыляла за нею, вышла в полуобвалившийся коридор. После пусть и тускло, но хоть как-то освещённой квартиры царивший в нём мрак казался непроглядным. Крёнен мрачно вздохнула и развернулась. Идти на ощупь по разрушающемуся зданию ей казалось не самой удачной идеей.
– Есть у кого-нибудь зажигалка или спички? – окликнула она подруг по несчастью. – А то мой планшет разряжается быстро.

Отредактировано Undine Kroenen (2017-10-12 15:29:58)

0

13

Джоан искренне хотелось верить, что дом все-таки достаточно устойчив…местами. Обвалившаяся стена явно спокойствия не добавляла.
- Будем надеяться, что все, что собиралось упасть, уже отвалилось, - попыталась улыбнуться Миллс…вышло ненатурально. Слишком свежие впечатления, слишком непонятная ситуация, слишком неясные впечатления…
Успокаивая себя своеобразной аутогенной тренировкой, Джоан пыталась настроиться на конструктивную деятельность, чему активно мешала девица МакМилан.
- Доктор, она напала на меня! Доктор, вы видели!!! – выла эта малолетняя банши, вцепляясь теперь уже в психолога. Стоило признать, что Джо едва нашла в себе силы, чтобы не повторить «подвиг» Ундины.
- Санни, уймись! – прикрикнула женщина, отцепляя цепкие ручонки Саннивы от своей одежды.- Кто, кого и за что будем выяснять, когда выберемся отсюда… Дом сам собой никого не выпустит!
Оставался, разумеется, вариант, вылететь в пролом стены при дальнейшем обрушении, но шанс остаться жизнеспособной при этом был невелик, так что думать об этом не следовало.
- Я не курю, - кое-то веки подосадовала по этому поводу Джо. – А мисс МакМилан…
- Я не стану помогать этой уголовнице! Не стану! Не заставите! – девица лихорадочно начала оглядывать комнату, видимо, надеясь найти чем и в кого запустить.
- Стоять! – не дав девушке вооружиться поломанным стулом, Джоан пребольно схватила ее за ухо. – А себе ты помочь не хочешь? Может быть, тебе хочется здесь остаться? Надумала записаться в приведения?
- Только не в привидения! Вечность быть такой уродиной? – взвизгнула девица, замечая не столько боль в ухе, сколько испорченный костюм. – Не хочу быть местной Плаксой Миртл! Не хочу!!!
- И не будешь, - женщина старалась говорить спокойно, чтобы не спровоцировать очередной виток рыданий и причитаний. – Просто нужно постараться выбраться, а в одиночку это сложно, так что всем придется друг друга потерпеть…
Продолжая увещевать Санниву Джоан особо на результат не надеялась. И без того эмоциональная и демонстративная девушка нынче была уже на грани состояния аффекта, если не в нем самом. Однако та, вроде бы, потихоньку начала успокаиваться. Правда Миллс не обольщалась, что это затишье продлится долго.
- Мисс МакМилан, постарайтесь вспомнить, нет ли здесь зажигалки или фонарика…
- Бетти не курит, - обиженно, но относительно тихо отозвалась Саннива.- И она не будет рада, что я отдаю всяким уголовницам ее вещи.
Джоан уже хотелоь побиться головой об стену… Что показательно, не своей… Актуальная ситуация была вне приличий и профессиональной этики, поэтому можно было позволить себе злиться на то, что кто-то только отнимает возможно драгоценное время своими внезапно обнаружившимися принципами.
- А она обрадуется, если у нее даже не останется возможности высказать тебе это в лицо? – Миллс понимала, что рискует спровоцировать очередной виток причитаний, но сил оставаться психологом в абсолютно психоделической ситуации уже не было.
- Не хочу быть клятым, мать его, призраком!!! – опять взвыло беловолосое чудовище. Впрочем, при этом Санни рванула к уцелевшей мебели и начала методично перерывать все ящики, коробки и дверцы.
- На! Подавись! – пихнула она в руки немки найденный фонарик и даже початую упаковку сменных батареек к нему. После этого девица наигранно брезгливо вытерла руки о собственные брюки и недружелюбно уставилась на самоназначенную врагиню.
Миллс просто уже не видела смысла что-либо комментировать, подхватывая это недоразумение под руку и вынуждая идти вместе с ней. В конце концов, бросить ее совесть не позволяла, дать свободу действий не давал здравый смысл, только и оставалось, что контролировать…

+1

14

– И почему знает современная молодёжь только «Гарри Поттера»? – негромко спросила Ундина, словно была старше всех присутствующих в полуразрушенной комнате раза в два, обращаясь при этом больше к самой себе, стоило младшей из шотландок разразиться новым витком причитаний.
Немка с удивлением и страхом ощутила знакомое чувство. Нечто подобное она испытывала в лесу, когда из дичи и жертвы превратилась в охотника и мстителя. Тогда она внезапно для себя осознала, что хочет не убегать, а убивать. И сейчас ей вдруг захотелось того же – прикончить бесполезную девицу, вставшую между нею и дорогой к выходу из обречённого дома. Она понимала, что если тогда, в лесу, у неё почти что не было выбора, да и те двое всё-таки заслужили свою участь, то сейчас это станет лишь бессмысленной расправой и демонстрацией собственной моральной слабости, но этого едва хватало, чтобы не дать себе распустить руки. Не будь в комнате доктора Миллс, всеми силами пытавшейся достучаться до разума успевшей за каких-то несколько минут смертельно надоесть Крёнен девицы, и дело могло кончиться плохо. Но, к счастью или нет, аргументы женщины всё же достигли цели, и истеричная шотландка, всем своим видом подчёркивая, что делает это лишь из жизненной необходимости, всё-таки потрудилась найти фонарик.
– Спасибо, – в свою очередь заставила себя сказать рыжая, хоть и горела желанием так и оставить скандалистку в разрушенной квартире в назидание за глупость. Смерив подруг по несчастью мрачным взглядом, она развернулась и, наконец, вышла за дверь, на ходу включая фонарик.
Холодный свет озарил завал, из-за которого Крёнен и пришлось перебираться по балконам. Она негромко вздохнула и обвела лучом фонарика коридор. Почти все лампы дневного света или повисли на проводах, покачиваясь в такт пробегавшим по ещё державшимся стенам обречённого дома вибрациям, или и вовсе покоились на полу, окружённые осколками не удержавшихся в патронах лампочек. Стены покрылись зловещими трещинами, а в потолке тут и там зияли дыры, некоторые из которых ощетинились зубьями арматуры, вероятно не так давно бывшей частью крыши. Пол, помимо осколков, был усеян обломками железобетона и тёмными провалами, от которых во все стороны тянулись не предвещавшие ничего хорошего трещины. Ундина нервно сглотнула. Прогулка по осыпающемуся буквально на глазах коридору обещала быть не безопаснее, чем по минному полю. Девушка замерла в дверях квартиры, глубоко задумавшись.
Самой ей быть первопроходцем совсем не хотелось. В идеале стоило отправить вперёд истеричную мисс МакМилан, которой определённо было не жалко пожертвовать, вот только вряд ли бы та согласилась на это. Оставалась доктор Миллс, которую можно было попытаться выпихнуть в предводители, надавив на то, что она была самой старшей их подруг по несчастью. Да и на врачебный долг можно было намекнуть.
Ундина бросила неуверенный взгляд сперва на женщину, а потом и на девушку. Она боялась и не отрицала этого, но показывать свою слабость перед двумя шотландцами сразу ей хотелось едва ли не меньше, чем умереть, а потому немка вновь нервно сглотнула и заставила себя расправить плечи.
– Я пойду первой, – заставив себя придать голосу уверенность, произнесла она. – Пол выглядит так, словно всё вот-вот обвалится. Не задерживаться лучше здесь, – рыжая развернулась и сделала осторожный шаг вперёд. Под подошвой её сапога захрустела бетонная крошка, но пол словно бы и не покачнулся. Осмелев, девушка пошла увереннее, стараясь не наступать на трещины, сплетавшиеся в причудливую паутину.

0

15

Выхватываемые неверным светом фонарика постапокалиптические картины женщину совсем не радовали. Завал – это половина беды. Трещины на полу были хуже. Как знать, на какое количество некогда съеденных лишних пирожных среагирует все это великолепие? То-то и оно…
По-хорошему стоило бы рассредоточиться и идти с интервалом. Но было одно малолетнее «но», слабо контролирующее язык, эмоции и прочие порывы… Невольно в голове крутились мысли о том, что маменькино «предсказание» рискует не сбыться – если Джоан и умрет, то явно не в одиночестве. Во всяком случае, если сие событие все же случится сегодня…
- Лучше держаться стены, - неестественно спокойным голосом озвучила свои мысли Миллс. – И…кто-нибудь помнит, в какой стороне лестница?
Сама Джоан была слишком взвинчена, когда направлялась сюда, так что не особо смотрела по сторонам.
- Справа, - сипло выдала Саннива, видимо все-таки сорвавшая голос во время очередной порции криков. – Лестница справа. Левая и так была перекрыта на ремонт…
Последние слова вновь сопровождались всхлипами. Пришлось не только весьма осторожно продвигаться, но еще и тратить время на то, чтобы хоть как-то уговаривать этого ребенка если не успокоиться, то хотя бы не спорить и слушаться. А еще приходилось идти замыкающей, чтобы в случае чего успеть предотвратить очередной сюрприз от мисс МакМилан. Право, Джоан хватило приветствия от этой милой девочки, чтобы здраво опасаться за ее адекватность…
Что ж… Неоспоримым плюсом было то, что лестница справа все-таки была…относительно доступна. Правда, оценить состояние сего объекта Джоан пока что не могла, так как вновь пришлось почти фиксировать руку Санни, чтобы та не понеслась в неведомую даль с надрывным криком. Женщина все же надеялась, что организм девушки вскоре утомится от столь ярких реакций. И лучше если после аффекта ее начнет клонить в сон, чем не выдержат сердце или сосуды. Слишком уж…экспрессивно мисс МакМилан реагировала на все в принципе, а уж в подобных обстоятельствах…
- Что там? – чуть более нервно, чем хотелось бы, поинтересовалась Миллс.
Может лестницу она и не могла разглядеть, но вот то, что чуть дальше по коридору пол просел и, вероятно, и без всякой лестницы уже вел вниз, Джо разглядеть успела…и это ее не радовало. К тому же неясно было, куда именно им надо. С одной стороны, можно было рискнуть добраться до первого этажа, а там хоть через окно… С другой, с крыши их могли бы заметить и снять. Оба варианта были ненадежны, имели кучу рисков и всевозможных «если», но телепортироваться из трех «счастливец» явно никто не умел, так что следовало попытаться выбрать какой-то менее надежный путь и следовать ему…ибо что еще остается в подобной ситуации? Ждать, пока откопают? Вот уж точно занятие бессмысленное…

+1

16

Ундина приглушённо выругалась – она уже успела сделать пару шагов налево, а заодно прикинуть, как безопаснее всего ступать, и потому необходимость двигаться совсем в другую сторону её отнюдь не радовала. Да и то, что у неё за спиной оказалась вовсе не внушавшая хоть какое-то доверие доктор Миллс, а неуравновешенная девица, которой стоило опасаться едва ли не больше, чем грозивших рухнуть на голову балок, отнюдь не прибавляло оптимизма. Немка даже начала было подумывать, не выпихнуть ли шумную шотландку в направляющие, но перспектива отдать ей единственный фонарик её радовала ещё меньше, и она медленно шагала вперёд, по совету женщины держась поближе к стене.
Откуда-то снизу доносилось зловещее шипение. Должно быть, пел свою лебединую песню бойлер. А то и не один. Оставалось только надеяться, что они мирно выпустят пар, а не взорвутся, тем самым превратив обречённый дом в погребальный костёр. Другим звуком, тревожившим почти могильный покой полуразрушенного здания, помимо шороха шагов его пленниц, был плеск воды, вырывавшейся наружу из разорванных труб.
Дорога к лестнице, которая каких-то четверть часа назад заняла бы у подруг по несчастью каких-нибудь пару минут, грозила затянуться на неопределённый срок. И дело было не только в ненадёжности покрывшегося трещинами пола и грозно провисшем потолке, но и в никак не желавших прекращаться истерических вспышках зарёванной девицы.
– Родителям стоило тебя Рейн назвать, – проворчала немка сквозь зубы после очередного пассажа той на тему, как ей рано умирать. – Никакая ты не солнечная! Ревёшь, как ураган какой-то! – она хотела было ускорить шаг, бросив подруг по несчастью во тьме, но тем самым пощадив собственные нервы, но тут пол начал уходить куда-то вниз, а луч фонарика выхватил из темноты зловещий провал.
Лестница сложилась, словно карточный домик, прихватив с собой перила, но пара площадок всё же уцелела. Именно над одной из них и нависала, словно огромный язык, прогнувшаяся и кошмарно растрескавшаяся, но так и не рассыпавшаяся, благодаря железному скелету в ней, бетонная плита, некогда бывшая полом верхнего этажа. Сверху над руинами лестницы свисали обломки арматуры, по которым, можно было рискнуть забраться на чердак, откуда смельчаки смогли бы попытаться выбраться на крышу обречённого дома. Путь вниз казался едва ли не более рискованным – железобетонный язык почти накрывал опасно покосившуюся площадку, а потому любое неверное движение грозило падением вниз – на ощетинившиеся прутами арматуры останками лестницы.
Ундина неуверенно остановилась на самом краю сравнительно ровного пола и обернулась к подругам по несчастью.

0

17

Эмоций почти не было. Отгорело. Как после нервного дня, когда остаются только диван и пустота. Или вовремя напряженной деятельности, превратившейся в утомительный конвейер. Так было проще. Ленивые и по-своему неповоротливые мысли хотя бы не метались из крайности в крайность, сводя с ума надежнее любых страхов. Оставалось только напоминать себе об актуальной цели и двигаться в ее направлении.
Рыжая немка шла впереди. Это не то чтобы внушало некоторую надежду. Но то, что она не проваливается куда-то с истошным криком несколько успокаивало. Во всяком случае, Джоан от этого точно было легче. Саннива же шла отдельным форматом. Эту девицу то накрывало, то отпускало, но нытье оставалось неизменным. Видимо, даже пережитый стресс не мог заставить пересмотреть ее взгляды на жизнь. Впрочем, женщина не видела смысла этому удивляться.
- Меня. Назвали. Даром. Солнца, - почти прорычала девушка на очередной выпад немки. Видимо, взаимная приязнь у них успела стать угрожающе взаимной.
- Мисс МакМилан, сейчас не время для… - попыталась изобразить из себя голос разума Джо.
- Не время? Да для меня всегда нету времени! – ярилась все больше девчонка. – Кому какое дело, верно? Подохну здесь, никто и не вспомнит!!!
Женщина возвела очи горе и постаралась не очень звучно выдохнуть. Как бы Миллс не относилась к концепции «пяти стадий» Кюблер-Росс, но Санни худо-бедно умудрилась в них практически попадать.
Сначала не желавшая осознавать происходящее, девушка теперь ярилась. Теперь, видимо, стоило ожидать того периода, когда она перейдет к «торгам». Хотелось бы верить, что их спасут до того, как мисс МакМилан скатится в «депрессию». Это можно было и не пережить…окружающим.
- Хочешь внимания к собственной персоне – веди, - женщина приглашающе махнула рукой в сторону темноты впереди. Не то чтобы она действительно хотела посмотреть на то, как Санни переломает себе ноги, но нервы были неказенными и оттого настроение и характер добротой и всепрощением не блистали.
- Молчу я! Молчу! Довольна?! – огрызнулась и набычилась девушка, но вперед не пошла. Видимо, какие-то зачатки инстинкта самосохранения были ей все-таки присущи.
Картина впереди не радовала. Джо даже грешным делом подумала, что зря они так рано покинули квартирку. Стоило соорудить из подручных материалов какое-то подобие веревки. Без нее лезть вниз по бывшей лестнице смысла не было. Впрочем, судя по подозрительным звукам внизу, туда вообще стоило идти весьма подготовленными.
- Видимо вверх, да? – поджав губы, то ли у себя, то ли у товарок по несчастью спросила женщина. Это тоже было рискованно, как и любой шаг в ставшим ненадежном доме. Мысли о том, что подобных домов в округе может оказаться много, а спасателей и техники на всех не хватить, Миллс нещадно гнала из головы. Как, впрочем, и мысль о том, что увидеть небо над головой, а не в проломе стены было бы славно, а потом…хоть умри. Вот уж кому точно не стоило разводить упаднических настроений. Эту миссию у Саннивы все одно отвоевать не удалось бы. Так стоило ли пытаться?

+1

18

Ундина молча обвела лучом фонарика своих невольных спутниц, после чего ещё раз посветила на руины лестницы. Лезть без хотя бы импровизированной страховки, что вверх, что вниз, казалось самоубийством. Рыжая вновь обернулась к шотландкам и пространно провела в воздухе фонариком.
– Не получится лезть в темноте ни вверх, ни вниз, – стараясь говорить безэмоционально, заметила она. – Кому-то придётся подсветить тем, кто первыми полезут, а потом фонарик вверх передать, чтобы уже ей подсветили, – немка вновь подняла луч фонарика и осветила поначалу незамеченную ею, ощетинившуюся арматурой, обвалившуюся стену, по которой они и смогли бы попытаться вскарабкаться на чердак. Погнутые железные прутья выглядели достаточно прочными, чтобы выдержать вес каждой из попавших в ловушку молодых женщин, но торчали они настолько хаотично, что ни о каких попытках забраться по ним вслепую не могло быть и речи. И всё же этот вариант выглядел куда лучше, нежели подтягивание на торчавшей из дыры в потолке арматуре или попытка сползти вниз по своеобразной железобетонной горке, слишком быстрый спуск по которой неминуемо окончился бы недолгим полётом до первого этажа, а то и подвала.
Крёнен подошла к похожей на изуродованного ежа стене и потянула за пару железных прутов. Те не поддались. Девушка чуть слышно вздохнула с облегчением. Она вновь осветила своих подруг по несчастью. Первым её порывом было отдать фонарик доктору и выступить первопроходцем, но почти тут же отказалась от этой идеи. Сказались сразу и страх, и гордость, требовавшая от неё хотя бы попытаться показаться благородной.
– Кто первая? – она вновь посветила на ржавые прутья.

0


Вы здесь » North Solway » Сюжетные эпизоды » Между небом и землёй


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC