В игре: июль 2016 года

North Solway

Объявление

В Северном Солуэе...

150 лет назад пираты похитили
жену основателя города с дочерью.

24 июня проходит праздник
День независимости Шотландии!

поговаривают, что у владельца супермаркетов «Солуэйберг»
Оливера Мэннинга есть любовница.

Роберт Чейз поднимает вещи из моря и копит находки с пляжа после штормов.
У него столько всего интересного!

очень плохая сотовая связь.
Но в самой крайней точке пристани телефон ловит так хорошо, что выстраивается очередь, чтобы позвонить.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » North Solway » Личные отыгрыши » Пусть завтра не наступит никогда


Пусть завтра не наступит никогда

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://s7.uploads.ru/u1Npm.png

http://sa.uploads.ru/2G0wM.jpg
Иногда разговор по душам сегодня может кардинально изменить завтра.

19 июля; вечер, плавно перетекающий в ночь; сначала больница, потом дом констебля Эванса

Джоанна МакАлистер, Джеймс Эванс

+2

2

На Северный Солуэй давно опустились сумерки и вечер уже вполне можно было назвать поздним, когда Джеймс въехал на больничную парковку на своем мотоцикле. Их смену отпустили отсыпаться, чтобы с утра они сменили дежуривших в ночь у обвалившегося здания коллег. Об этом Эванс и собирался сообщить напарнице, когда заехал к ней домой. Но там ее не оказалось. Дозвониться тоже не получилось. Капризная сотовая связь как всегда была крайне загадочна и непостоянна. Так что, сложив два и два, Джеймс решил, что будет куда быстрее и проще найти саму МакАлистер и сообщить обо всем ей лично, чем тщетно пытаться до нее дозвониться.
В больнице все еще было суетно и довольно людно, что само по себе было неудивительно, если учесть сколько народу было госпитализировано после инцидента. Кто-то ждал вестей о родных, а кто-то просто ждал, когда их уже можно будет навестить, несмотря на то, что время посещений давно прошло. Сегодня всем было не до правил, и персонал больницы, похоже, это прекрасно понимал. Джеймсу не пришлось ничего не объяснять. Необъятная Фиона Купер просто кивнула в нужном направлении, когда он вошел в фойе больницы. Она знала зачем он пришел. Более того, она ждала, когда он появится, чтобы забрать свою упрямую напарницу. МакАлистер нашлась на мягкой скамейке по соседству с палатой, в которой отдыхала после операции ее сестра. Она лежала, свернувшись калачиком, как приблудный котенок, и мирно сопела в свои растрепанные кудри, подрагивая от чего-то во сне. Джеймс опустился рядом с ней на корточки и какое-то время просто смотрел, как она смешно морщит нос из-за щекочущего его при дыхании локона волос. Он невольно заулыбался, когда она сделала это в очередной раз, и убрал щекотную прядку с ее лба, но стало еще смешнее, когда в животе у нее громко и грозно заурчало. Джеймс не удержался и фыркнул и, похоже, тем самым ее разбудил. Глубоко вздохнув, МакАлистер разлепила ресницы и посмотрела на него, щурясь от слишком яркого со сна света. Осмысленность в ее глазах проявлялась медленно и крайне неохотно.
— Привет, — улыбнулся Джеймс, когда она моргнула, сфокусировав, наконец, на нем взгляд. — Не самое лучшее место для ночевки ты выбрала. Не разогнешься ведь потом. И будешь скрипеть всю смену как бабулька. Клюка у тебя уже есть.
Он скосил глаза на ненавистную палку, что стояла тут же, прислоненная к стене, и снова посмотрел на напарницу. Не до конца уверенный в том, что ему вообще удастся уговорить ее поехать домой, Джеймс уже прикидывал другие варианты. Уж поесть-то он ее сманит точно, а там, может, ее сытую разморит и она сама попросит отвезти ее домой. Проходили уже. А еще он сомневался в том, что МакАлистер вообще стоит завтра выходить на смену. Выглядела она неважно. Бледная, осунувшаяся от переживаний, усталая... Повинуясь сиюминутному порыву, Джеймс пригладил ее растрепавшиеся волосы и только сейчас заметил небольшую шишку у нее на лбу у самой границы роста волос.
— Это что еще за нафиг?! — громче чем следовало бы поинтересовался он, ощупывая своими холодными пальцами горячую на ощупь припухлость. — МакАлистер, тебя вообще нельзя оставлять без присмотра! Колись. Опять навернулась из-за ноги? Или лбом дверь открыть решила? Ну, ты и...
Он шумно засопел, так и не закончив фразу, и прикрыл глаза, мысленно уговаривая себя успокоиться. Не время, да и не место для того, чтобы заводить старую-добрую песню о том, что кому-то вообще-то стоило бы поберечься после той скалы и нескольких недель в гипсе. К тому же лишняя нервотрепка ей сейчас ни к чему. Свой лимит она исчерпала где-то на год вперед. Хваток уже.
— Ладно, сделаю вид, что не заметил, — Эванс дернул уголками губ в подобии улыбки и выпрямился, стараясь не коситься на чужой лоб. — У нас с тобой завтра смена у провала. В ночь там Дана и Барри дежурят, следят, чтобы никто не лез на развалины, а с утра мы. Так что нас отпустили отсыпаться. Я тебе звонил, но ты была недоступна. Отвезти тебя домой? Или... — он пожал плечами. — Может, поесть хотя бы. У тебя в животе так урчало...

+3

3

[indent] Джоанна добрела до чертовой лавочки в каком-то закутке как во сне. Где-то за углом сновали взбудораженные непривычно большим наплывом больных и посетителей врачи, там была палата, где осталась Дженни. А здесь, во всеми забытом отростке коридора – только закрытый кабинет, возможно, являвшийся вообще каким-нибудь чуланом для швабр, и мягкая скамейка для посетителей. МакАлистер устроилась прямо на ней, свернувшись в клубочек и накрывшись своей форменной курткой. Идти домой не хотелось. Вообще никуда не хотелось – разве что куда-нибудь, где Джо догадались бы обнять и накачать теплым чаем. Её ощутимо потряхивало, но больше не от холода, а от эмоций. Девушка легонько коснулась подушечками пальцем горячо пульсирующего места на лбу и поморщилась от болезненных ощущений. Из палаты они с Кэти, присмирённые отцом, вышли вполне себе дружным сестринским коллективом. Папа умел всё же своим присутствием гасить искрящуюся проводку, когда дело касалось его дочерей. Но стоило сёстрам отойти от палаты Дженни, стоило ослабнуть благотворному влиянию его ауры, как между ними вспыхнула ссора, закончившаяся шишкой на лбу. Старшая МакАлистер хотела бы всё же выполнить данное отцу обещание проводить Кэти до дома и присмотреть за ней, но черта с два она успела бы со своей треклятой палкой за шустрым подростком, которому эмоции придали дополнительное ускорение. Джоанна проводила сестру взглядом и поплелась обратно. Сначала она хотела пойти к отцу и честно покаяться, но на это не хватило ни сил, ни смелости. Опять не справилась, опять всех подвела. Нога, выполняя роль кармы, вступила болью, от которой и пришлось упасть на первую подвернувшуюся скамейку. На ней девушка и заснула, свернувшись в клубочек, пытаясь хоть во сне спрятаться от беспомощности, вины, боли и разочарования. В первую очередь – в себе.
[indent] Накопленный за весь день негатив продолжал разъедать изнутри. Во сне МакАлистер дергалась, вздрагивала и хмурилась, как беспокойный хомячишка. Оставалось для полноты картины ещё начать попискивать. Чье-то прикосновение выдернуло Джо из объятий сна, но глаза упорно не желали открываться. Какое-то время она лежала, не подавая виду, что проснулась. Просто еще плотнее свернулась под курткой и прислушивалась к звукам чужого присутствия в надежде, что её оставят в покое. Знакомое фырканье над ухом подсказывало, что скорее начнут щекотать или закинут на плечо, как мешок с картошкой. МакАлистер неохотно открыла глаза и только спустя, наверное, минуту смогла сфокусировать взгляд на лице Джеймса напротив. Щурясь от слишком яркого света, она позволила себе ещё немного просто полежать, рассматривая напарника сквозь ресницы.
[indent] – Привет, - спросонья хрипло пробормотала Джоанна, тоже невольно улыбнувшись. – Мы будем идеальной парочкой. Скрипучая бабулька и ворчливый дедок, - девушка фыркнула от смеха и попыталась встать. Собственный организм тут же на практике показал, насколько Эванс был прав. – Оо-ох, - жалобно простонала МакАлистер, с трудом сев. Форменная куртка сползла с девушки, наполовину свесившись на пол, но куда больше волновали неприятные ощущения во всех мышцах, включая те, о существовании которых Джо до этого только смутно подозревала. Руку, которую она во сне подложила под голову, прошили сотни маленьких иголочек. Спина и бок отозвались неприятной болью. Но особенное беспокойство вызывала затекшая и словно чужая нога. – Твою же… Эванс, на кой… Ты накаркал?! – МакАлистер легонько пристукнула ладонями по широким плечам сидящего перед ней на корточках напарника в знак возмущения. Поморщившись, Джоанна потерла лицо ладонями, прогоняя липкие остатки сна. Волосы, некогда собранные в хвост, растрепались и разметались по плечам. Девушка пошарила рукой по лавочке, ища слетевшую во сне резинку, чтобы собрать их обратно.
[indent] - М? – вопросительно промычала Джо. Ещё секунду назад она машинально склоняла голову, подставляя кудряшки под ладонь Эванса, но тут же отшатнулась назад, прижавшись спиной к стене. Холодные пальцы напарника легли на налившееся болью место на лбу, которое завтра наверняка превратится в шишку. Попытка отмазаться бесславно затухла, так и не начавшись. – Нет, я… Точнее, не я, - девушка нахмурилась, чувствуя, как от одного воспоминания о ссоре с Кэти губы начинают предательски дрожать. Ей повезло, что Эванс прикрыл глаза и не видел выражения её лица. Джоанна сделала глубокий вдох, загнала все переживания куда подальше, чтобы разобраться с ними потом, наедине с собой, и обхватила руками колючие от щетины щеки Эванса. – Я тебе потом всё объясню, ладно? Это не нога и не дверной косяк, это… Сложно, в общем. Она не хотела… И спасибо за заботу, - смешав все в кучу, девушка порывисто подалась вперед, чтобы чмокнуть шумно сопящего напарника в кончик носа. Не делать так она обещала себе уже раз сто, потому что сердце от этого начинало выкидывать какие-то ненужные фортели, но такие выходки были её преимуществом. Джеймс умилительно смущался, его ворчание меняло тональность и вовсе сходило на нет. Вот и сейчас Эванс, собиравшийся было её распечь за шишку, сдулся и покладисто согласился пока ничего не замечать. Джоанна улыбнулась, когда уголки губ у напарника дрогнули, подсказывая, что он больше не сердится, хоть и всеми силами не подает вида.
[indent] – Домой? – растерянно отозвалась МакАлистер, словно не вполне понимала, о чем Джеймс вообще сейчас лопочет. Повисла неловкая пауза. Домой Джо не хотелось от слова вообще, но куда еще пойти она не представляла. Разве что к Макрею в паб и налиться до потери пульса и ощущений. Время шло, нужно было что-то говорить, и ответ брякнулся сам собой. – А можно я у тебя переночую? – девушка осеклась, только спустя пару секунд осознав, что ляпнула. Но тут же торопливо затараторила, просительно заглядывая напарнику в лицо. – Я тихо-тихо. Как мышка. Ты и не заметишь. Я могу даже ужин приготовить. Ну пожалуйста, - МакАлистер закусила губу, грустно шмыгнула носом и исподлобья взглянула на Эванса глазами побитого щенка. – Я не хочу оставаться одна. И вообще я тут за тебя, дурака, волновалась, - девушка замолчала, напряженно ожидая вердикта Джеймса. Её кидало из крайности в крайность, как утлое суденышко по штормовым волнам. И сейчас настроение прибилось к тому берегу, возле которого Джоанне, в общем-то, были не так и рады. Подумалось, что Эванса дома может ждать другая девчонка. Сердце кольнуло ревностью, непрошенной и непозволительной, но от того не менее ядовитой. Или ему может просто не захотеться возиться с напарницей, он и без того последнее время до неприличия много трясся с МакАлистер. Джо другими глазами посмотрела на Джеймса, заметив следы усталости, которых почему-то не видела раньше.
[indent] Надо было что-то делать, пока жалость к себе не превратилась в мокроту на ресницах. МакАлистер собралась с духом, оттолкнулась от скамейки ладонями с явным намерением встать и… Брякнулась обратно на задницу, шипя от боли в ноге.
[indent] – Да что же за день такой! – сунувшись было за обезболивающим, Джоанна обнаружила пустой пузырек. Она и не заметила, как выпотрошила все таблетки. Стараясь не смотреть на Эванса, девушка сердито бросила пустой флакончик на пол и пнула в угол здоровой ногой. Больная ныла от боли и не желала нормально слушаться. – Похоже, мне нужна будет твоя помощь, - со вздохом вынуждена была признаться МакАлистер. – На сегодня я сдохла.

+2

4

И без того смущенный дальше некуда очередной довольно коварной и, прямо скажем, не самой честной попыткой напарницы унять его недовольство ее новой травмой, Джеймс и вовсе выпал в осадок, когда она ни с того ни с сего напросилась к нему домой. То есть, ничего необычного в этом, конечно, не было, в конце концов они были напарниками вот уже почти два года и частенько бывали друг у друга в гостях, но это было совсем другое. Холодное пивко и барбекю воскресным вечером на заднем дворе его дома или марафон сериалов про американских копов под сладости у самой МакАлистер. Да что там, Эванс даже в гости к ее отцу иногда наведывался, правда, все больше по работе. Но почему-то сейчас он растерялся. Не потому что дома у него был бардак или ждала пристегнутая к кровати подружка, а потому что он уже давным давно зарекся оставаться с МакАлистер в одном замкнутом пространстве на целую ночь. Ему хватило одного единственного раза, чтобы уяснить раз и навсегда, что у его выдержки все же есть определенные границы, и повторять тот опыт Джеймс не хотел. Но и оставить напарницу одну в таком плачевном состоянии не мог. Кажется, впереди маячила еще одна бессонная ночь. И холодный душ бонусом. Ну и ладно, подумал Джеймс. В первый раз что ли?
Наверное, он слишком долго молчал. И, похоже, МакАлистер уже отчаялась дождаться от него ответа, раз попыталась подняться. Тщетно. Покачав головой, Эванс подошел и помог ей встать, закинув одну руку себе на плечо и придерживая за талию.
— Ты к врачу-то хоть обращалась, колченогая? — он фыркнул, заранее угадывая ответ, и кивнул на стоящую у стены палку. — Бери свою клюку и пошли. Так и быть, постелю тебе на диване. Марти все равно в питомнике ночует, так что... — он не стал заканчивать свою мысль и сразу же перескочил на другое, более насущное. — Но готовить буду я. Моя кухня - мои правила. Усекла? Ну, пошли тогда.
Изо всех сил делая вид, что его ничуть не беспокоит перспектива провести вечер и ночь в компании с расклеившейся МакАлистер, Эванс вел ее по коридорам больницы и молчал. Кивал попадающимся на пути медработникам, даже с Фи-фи лишь переглянулся, прежде чем покинуть пропахшее медикаментами и чужой болью здание. На улице пахло ночной росой и какими-то цветущими в вазонах у входа цветами. Едва добравшись до мотоцикла, Эванс всучил напарнице свой шлем.
— Надевай. Это не обсуждается.
Эту фразу он повторял каждый раз, когда катал МакАлистер на своем триумфе. Она уже давно стала почти машинальной и выскакивала на автомате. Но на этот раз в его голосе звенело то раздражение, что Джоанне совсем недавно удалось частично погасить. Джеймс почесал нос, едва ли осознавая, что пытается таким образом стереть воспоминание о том совершенно неожиданном и от того таком разгромном поцелуе, и оседлал свой триумф, попутно сбив подножку.
— Палку свою пристрой как-нибудь, чтобы не мешалась, — бросил он через плечо, когда Джо пристроилась за его спиной. — Или просто держи. Ехать недалеко.
Ехать действительно было недалеко. В Солуэе все было недалеко, если подумать. А когда ты еще и на мотоцикле, то проблема расстояний, больших и малых, вообще исчезала сама собой. Мотоцикл сыто взревел, когда Джоанна обхватила Эванса руками, давая понять, что держится крепко, а значит можно ехать, и тронулся с места. Сначала медленно, пока они выезжали с больничной парковки, но потом очень быстро набрал скорость. Прошло минут семь от силы, когда они добрались до его дома почти на окраине города. В свете уличного фонаря было видно, как подъездная дорожка, ведущая к гаражу, влажно блестит от росы. Джеймс сбавил скорость и заехал на нее. Фонарь над воротами вспыхнул при его приближении, а автоматические рольставни стали подниматься, глухо шурша. В довольно просторном гараже кроме мотоцикла самого Джеймса, проживала на постоянной основе еще и старая импала его отца. Когда-то давно изувеченная, но восстановленная пару лет назад, она была на ходу и, более того, выглядела очень даже презентабельно. Даже, можно сказать, роскошно. Но Джеймс все никак не мог заставить себя сесть за руль.
— Доковыляешь или помочь? — решил уточнить на всякий случай Джеймс, когда они спешились под шуршание опускающихся ворот. Дверь, ведущая на задний двор, была открыта. Оттуда тянуло запахом скошенной еще этим утром травы и мятых одуванчиков.

+2

5

[indent] – Посоветовал пристрелить, чтоб не мучилась и больше никуда не лезла, - фыркнула Джоанна ворчливо, с помощью Эванса поднимаясь на ноги. Для этого пришлось на него опереться, фактически повиснув на плече напарника. – Усекла, дорогой. Тогда буду болтаться на диване, скучать по Марти и смотреть, как другие готовят для меня.
[indent] Собственная вынужденная беспомощность бесила так сильно, что МакАлистер даже не сразу обратила внимание на странное поведение Джеймса. Он молчал. Обычно терпения Эванса хватало так ненадолго, что пауз в разговорах практически не возникало. Сейчас же он даже мелькавшим мимо знакомым только кивал. В душе зашевелилось нехорошее подозрение.
[indent] – Слушай, я же точно тебя напрягать не буду? Я тебе планы не поломаю? – девушка перестала перебирать ногами в направлении больничной парковки так резко, что они оба едва не споткнулись. – Нет, правда. Ты в последнее время столько возишься со мной и моей проклятой ногой, что я всё пойму. Если тебе хочется, наоборот, одному побыть или свалить там куда, то можешь отвезти меня домой, всё нормально, - МакАлистер пытливо заглянула в лицо Эвансу. Мысленно она скрестила пальцы, чтобы напарник не воспользовался любезно предоставленной ему возможностью сбыть её с рук и со спокойной совестью отправиться по своим делам. Но ответ ей был нужен, особенно, когда в голосе Джеймса, сунувшего в руки Джо шлем, скользнуло раздражение. Девушка даже не стала привычно бухтеть в шутку, молча надела защиту и пристроилась за спиной у напарника, обняв его за пояс и притихнув, как мышонок.
[indent] Что МакАлистер умела, так это чувствовать чужое настроение. И сейчас сердитый Эванс её неслабо так беспокоил. В последнее время что-то между ними творилось, закручивалась невидимая пружина напряжения, грозившая в любой момент отскочить кому-нибудь в лоб. Неловкость даже привычные знаки дружеской симпатии уводила туда, где кто-то начинал смущаться. Джо боялась, что однажды наступит разрядка, после которой их отношения уже не удастся держать в рамках привычного. И очень, очень страшилась проблемы, назревавшей, наверное, несколько лет, но только сейчас начавшей подниматься в полный рост. Пока её ещё удавалось игнорировать, но… Когда-то одному из них может стать мало дружеских попоек, сериальных марафонов со сладостями и шутливых объятий.
[indent] Притихнув и задумавшись, МакАлистер даже не заметила, как мотоцикл набрал скорость, выехал с больничной парковки и улочками Солуэя допетлял до добротного дома на окраине. Джо очнулась только тогда, когда байк вкатился на подъездную дорожку, а по глазам ударил яркий свет вспыхнувшего над воротами фонаря. Под шорох опускающихся рольставней девушка спешилась, не преминув снова воспользоваться помощью Эванса. Из приоткрытой двери тянуло ночной прохладой и влажной от росы травой. Где-то вдалеке слышались разгулявшиеся цикады.
[indent] – Дорогу найду, - хмыкнула Джоанна, стаскивая с головы горячо нелюбимый ею шлем и вручая его обратно владельцу. Нога, получившая небольшой отдых, согласилась ковылять без посторонней помощи, хоть при этом и ныла так, что сводило зубы. Пригладив встрепанные волосы, девушка неспешно похромала в сторону заднего двора, стараясь при этом ещё и не припадать сильно на одну сторону.
[indent] МакАлистер пересекла задний двор и, чуть поотстав от обогнавшего её Эванса, завалилась на его кухню. Там уже горел свет. Аккуратно притворив за собой дверь, Джо уронила себя на ближайший стул и машинально начала потирать ноющую ногу. К этому моменту её раздражало уже практически всё – так и не разморозившийся до конца напарник, дергающая боль в перенапряженных мышцах, характерный неприятный зуд в области недавно сделанной татуировки и собственное же паршивое настроение, от которого хотелось свернуться в жалкий клубочек. Заперев всё это клокочущее непотребство в уголок подальше, девушка натянула беспечную улыбку. Минуты три она следила за перемещениями Эванса по кухне, как кот за вращением барабана стиральной машинки. Он смотрелся здесь до того гармонично и правильно, что становилось даже удивительно.
[indent] – А ты хорошо смотришься в роли повара-домохозяина, - одобрила МакАлистер, прервав как-то подзатянувшееся молчание. Она перебралась за стол и теперь сидела, подперев щеку кулаком. Нужно было говорить что-то дальше, и Джо выпалила первое, что пришло ей в голову. – Слушай, а тебя же вроде целая куча татуировок, мм? Эти штуки всегда так противно заживают? Рене предупреждала, что будет неприятно, но я не думала… В общем, я готова выть на Луну от того, что мне натирает форма, - девушка скуксила умильную рожицу и демонстративно выглянула в окно в поисках ночного светила.

Отредактировано Joanna McAlister (2017-11-15 14:22:07)

+2

6

Проводив МакАлистер напряженным взглядом, Джеймс рассеянно покрутил в руках шлем и, мысленно перекрестившись, последовал за напарницей. А то с нее станется навернуться по пути, споткнувшись на ровном месте, и заработать себе еще одну шишку. Так сказать, для симметрии. Скорости у этого эелектровеника фирмы "Папа Феликс и Ко" с недавних пор серьезно поубавилось, так что обогнать ее особого труда не составило, и в свой дом Эванс вошел первым. Не вошел даже, а влетел и, стряхнув с плеч куртку, с ходу взялся шарить по полкам и шкафчикам кухонного гарнитура, сердито хлопая дверцами и бурча что-то себе под нос. Слова МакАлистер он тупо проигнорировал. В конце концов, он был у себя дома, а, стало быть, ничего удивительного в том, что он тут гармонично смотрелся, не было.
— Вот, выпей пару штук. Только не спрашивай, откуда они у меня.
Джеймс поставил перед устроившейся за столом девушкой желтый пузырек с таблетками, подозрительно похожий на тот, что он когда-то давным давно отжал у Макрея, которому в пору уже было заделаться дилером по поставке запрещенных в Соединенном Королевстве препаратов. Спустя еще несколько секунд Эванс водрузил на стол перед носом напарницы запотевший стеклянный кувшин с холодным чаем и высокий стакан. Оба они красовались нарисованными на прозрачном стекле ярко-красными божьими коровками.
Джеймс сразу же принялся закатывать рукава рубашки, чтобы как следует вымыть руки и приступить уже, наконец, непосредственно к приготовлению ужина, как и обещал, даже придумал, что можно приготовить побыстрее, когда МакАлистер вдруг ни с того ни с сего заговорила про татуировки. Джеймс так и замер, недоуменно моргая, пока смысл ее слов доходил до нужного раздела мозга. По мере того, как это происходило, его хмурое лицо разглаживалось, а взгляд светлел, приобретая то самое выражение, которое всегда делало его похожим на маленького ребенка. Очень-очень любопытного ребенка, которого только что серьезно так заинтересовали, поманив пальцем. Раздражение, которое кипело в нем до этого самого момента, схлынуло само собой и без остатка. Где-то на периферии маячило вполне четкое понимание того, что МакАлистер снова это сделала, снова заставила его переключиться, щелкнув каким-то известным ей одной рычагом, отвечающим за резкую перемену настроения в его довольно таки сложном в этом плане организме. На этот раз она, по крайней мере, не стала давить на его очевидные слабости, как та же нездоровая к ней привязанность или забота, которая в последнее время как раз претерпевала какое-то жесточайшее хроническое обострение. На этот раз Джоанна подловила его на другой, совершенно новый  и от того неожиданный крючок. Татуировки, может, и не были его по-настоящему серьезной слабостью — те, что остались после его работы под прикрытием, были продиктованы скорее необходимостью, нежели его собственным желанием, — тем не менее ценителем нательной живописи Джеймс был вполне осознанным.
— Ты что, татуху набила? — голос его неожиданно охрип, но Джеймсу было пофиг. Он смотрел на МакАлистер неотрывно и торопливо заворачивал рукава своей рубашки, как если бы собирался готовить ее саму и боялся, что она сбежит, если он не поторопится. Взгляд сам собой перекочевал на смятую и местами грязную форму напарницы, словно он через одежду мог увидеть и оценить ее новое приобретение, но почти сразу же вернулся к лицу девушки. В глазах Эванса уже вовсю плясали черти.
— Чего сидишь-то? Показывай! — он даже стол обошел ради этого дела и навис над Джоанной, нетерпеливо жестикулируя, мол, давай-давай, не ломайся. — Только не говори, что это розочка на попе или какая-нибудь бабочка на лопатке, а то я расстроюсь.
Как не прискорбно, но в плане татуировок современные девушки особой фантазией не отличались. Бабочки, розочки, кошечки... Ну и птички еще временами.

+2

7

[indent] - Я и так знаю, что Макрей тебе их подкидывает, - спокойно хмыкнула Джоанна, протягивая руку за пузырьком. Обычный желтый флакончик с белыми кругляшками без маркировки. – Водички дай?
[indent] Вместо стакана Эванс поставил перед напарницей целый кувшин холодного чая. МакАлистер тут же налила себе целый стакан, закинула в рот пару таблеток и запила их жадным глотком. Складывалось ощущение, что она провела последние несколько часов не в больнице, а в раскаленной пустыне под палящими лучами злого солнца. За первым стаканом сразу же последовал второй и половинка третьего. Напившись, Джо отодвинула от себя кувшин и вытерла тыльной стороной ладони мокрые губы. Потом, подумав, стащила с себя форменную куртку, бросив её на соседний стул и оставшись в одной футболке, и продолжила наблюдать за напарником.
[indent] Сердитое хлопанье дверцами, бряканье посуды на стол и злобное шарканье ногами в исполнении Эванса неприятно действовало на нервы. За годы совместной работы они на вполне неплохом уровне изучили друг друга. У Джеймса это, правда, получалось скорее неосознанно – он иногда сам не понимал, как сильно может повлиять его хмурое выражение лица или раздраженное сопение на напарницу, удивительно чутко ловящую мельчайшие признаки эмоций. Но корректировать полёт этого электровеника умел вполне сносно. МакАлистер манипулировала вполне осознанно, зачастую почти точно зная, в какое положение переключится тумблер настроения Эванса от какой-нибудь её выходки – случайного жеста или невзначай оброненного слова. Ей просто было важно, чтобы он на нее не сердился и не дулся. Очень важно. Про татуировки Джо ляпнула на автомате, но уже сказав, поняла, насколько удачно подловила напарника.
[indent] Морщинки на эвансовском лбу разгладились практически моментально, а взгляд голубых глаз заискрился той самой хитринкой, какой он светится у детей, которым только что доверили страшный секрет. Раздражение выветрилось из атмосферы на кухне, позволив губам Джоанны расплыться в счастливой улыбке.
[indent] – Почаще оставляй меня на Макрея, - посоветовала девушка абсолютно серьезно, немного помолчала и продолжила уже куда более возбужденно. – Ещё с нашей первой встречи можно было понять, что ничем хорошим наше общение не может закончиться по определению. В общем, я заходила по работе, а в пабе Рене правила Макрею татуировки. Где-то в промежутке мы с ним поспорили и забились на то, что я не сделаю себе татуху. Рене нарисовала её мне, не отходя от кассы, прямо в пабе, - как на духу выложила историю появления на ней нательной живописи МакАлистер и уставилась на Джеймса сверкающими глазищами, как ожидающий похвалы щенок. Его реакция была бесценна. То как у Эванса подсел голос, как изменилось выражение его лица – всё это лилось на душу целительным бальзамом, вымывавшим скверные впечатления последних часов.
[indent] – Ээээ! – рассмеялась девушка, рефлекторно отклонившись назад, когда обошедший стол Джеймс грозно навис над ней. Для пущей убедительности она ещё и отрицательно помотала головой, но полыхнувшие краской щеки выдали её вчистую. – Это турецкий огурец, знаешь узор? Но с местом расположения ты почти угадал – татушка практически на заднице, точнее, на крестце. И как прикажешь хвастаться обновкой? Я могу, конечно, но потом не жалуйся, что моя пятая точка тебе в кошмарах снится! – продолжая хохотать, МакАлистер встала со своего места, будто бы она на самом деле планировала сейчас приспустить штаны и все-таки показать напарнику то, про что он спрашивал. В процессе она оказалась с нависшим над ней Эвансом нос к носу. Смутившись и почувствовав, как сердце заколотилось в груди, Джоанна тут же смущенно отступила на шаг, запнувшись о стул и едва его не свалив. – Так что, показывать? – в глубине потемневших глаз затаился вызов. Она была почти уверена, что Эванс решит соскочить.

+2

8

— Погоди-ка, правильно ли я тебя понял? Ты набила на заднице... огурец?
Закоротило Эванса знатно. Он заржал во всю глотку, вторя хохоту МакАлистер, которая в свою очередь продолжала сбрасывать на него бомбочки поменьше, поддерживая и без того живо полыхающий огонь неожиданного веселья.
— Твоя пятая точка и без того мне периодически снится, так что хуже уже не будет. Показывай давай уже.
Джеймс резко прекратил смеяться, когда Джоанна встала со стула и оказалась с ним почти нос к носу, но улыбка с лица не сползла, а черти не прекратили свою пляску. МакАлистер явно рассчитывала на то, что он смутится и пойдет на попятный. За два года могла бы уже запомнить, что уж кто-кто, а он отступать был не приучен. В итоге она отступила первой и чуть не свалила стул в процессе. Не человек, а одна сплошная катастрофа.
— Или ты показываешь мне татуировку добровольно, или я нахожу и рассматриваю ее сам, — он пожал плечами с видом игрока, у которого в рукаве был припрятан не один и даже не два туза, но почти сразу же подло заухмылялся. — Сопротивление бесполезно.
Отработанным до автоматизма движением, Джеймс развернул напарницу к себе спиной и, несильно толкнув между лопаток, заставил упереться руками в стол, как если бы она была преступницей, а он задерживал ее прямо на месте преступления. Стоило ему задрать ей футболку, как самая главная улика тут же попалась ему на глаза. Темная по цвету, но едва ли полноценно черная, скорее уж темно-коричневая, словно сделанная хной или чем-то подобным, татуировка пристроилась на самом спорном месте. Вроде еще и не задница, но уже и не спина. Грубый пояс штанов, которые как и вся полицейская форма были пошиты из износостойкого материала, явно раздражал и без того поврежденную иглой кожу, но не так сильно, как мог бы. Татуировке было уже несколько дней и она довольно таки быстро заживала. И зажила бы быстрее, если бы кое-кто подержал заживляющую пленку малость подольше. Но что взять с МакАлистер, если она даже с больничного на работу не вышла, а выковыляла раньше положенного срока.
Прошло довольно много времени прежде чем Джеймс выпал из созерцательного транса и обнаружил, что все еще держит напарницу в неоднозначной позе, уперев руками в стол, а сам осторожно трогает любопытными пальцами замысловатый узор на ее коже в опасной близости от задницы, что по его же собственным словам ему неоднократно снилась. Как-то это было слишком уж... странно что ли.
— Симпатично, — заметно охрипшим голосом резюмировал Джеймс, отпустив напарницу и даже одернув ей футболку в процессе. — Кто бы мог подумать, что огурцы могут быть такими... Ну, такими, короче.
Эванс все еще улыбался, но черти в его глазах заметно поутихли и вообще затерялись в накативших сумерках. И, тем не менее, возвращаться к готовке, которую даже не успел толком начать, он не торопился и продолжал стоять, нависая над напарницей и о чем-то раздумывая. Выражение лица при этом у него было таким сосредоточенным, словно он пытался решить задачку из высшей математики. Задачка действительно была та еще, но к высшей математике она не имела никакого отношения.
— От тебя больницей несет, — выдал он, наконец, и даже не постеснялся поморщиться. — Ванная на втором этаже. Можешь взять что-нибудь из моего, чтобы переодеться. Там в прачечной есть свежестираное. Мятое, правда, но утюг там же стоит. Короче, не маленькая, найдешь и разберешься. А я пока приготовлю нам что-нибудь.
Джеймс вернулся за стол-стойку как ни в чем не бывало и нарочито загромыхал посудой. Кастрюли, сковородки, дуршлаг... Еще вспомнить, что он вообще собирался готовить, и будет совсем хорошо. В голове царил полнейший бардак, а перед глазами все еще стояла татушка МакАлистер, эти трогательные ямочки по бокам и выглядывающее из-за пояса форменных штанов кружево белья. Ризотто. Точно, он собирался приготовить ризотто. Ну, хоть какой-то прогресс.

+2

9

[indent] –Не хочу добавлять твоим снам реализма. Иди к черту, Эванс, - искренне посоветовала Джоанна, за усмешкой скрывая чувство неловкости, возникшее от неожиданной близости напарника. Она могла ощущать его тепло и исходящий от него аромат одеколона. И это было… Разобраться она не успела.
[indent] - Или что? Что ты сделаешь? – прищурившись, МакАлистер внимательно посмотрела Джеймсу прямо в лицо, ловя его реакцию на открытую провокацию со своей стороны. Нужно было обратить на чертенят, танцующих джигу в его взгляде, и на коварную ухмылочку, но мысли подло скакнули на анализ собственных переживаний от близости Эванса. Поэтому тот момент, когда он резко развернул Джо к себе спиной, девушка упустила. Легкий, однако неожиданный толчок между лопаток заставил рефлекторно наклониться вперед и упереться ладонями в столешницу, чтобы не поприветствовать её же, но уже носом.
[indent] – Ты офона… - договорить фразу МакАлистер так и не смогла, потому что как раз в этот момент Джеймс задрал футболку и отправился на поиски чертовой татуировки. Кто же её только за язык-то тянул?!
[indent] Распрямиться мешали сразу две вещи – тот факт, что Эванс – не дурак, и фиксировал положение жертвы своего любопытства, и острый приступ смущения. Воздух с шумом вышел из груди, когда чужие пальцы коснулись оголенной кожи. От них в стороны разбегались колкие искорки тепла. Так что пришлось чуть прикусить нижнюю губу, чтобы сильно не сопеть и худо-бедно скрыть ворох эмоций, взметнувшийся от действий Джеймса. Нужно было сосредоточиться на чем-то ещё, например, на том, какого черта он творит? Неужели не отдает себе отчета в том, как влияет происходящее на Джо? Не замечает ничего? Или… Мысль о том, что Джеймс может воспринимать напарницу не больше, чем младшую сестренку, была как ушат холодной воды, выплеснутый на голову. МакАлистер даже показалось, что она чувствует попавшие на кожу льдинки. Если бы как раз в этот момент Эванс не отпустил девушку, умудрившись одернуть попутно футболку, то смог бы ощутить, как она дернулась, чтобы освободиться. Уже раздраженно.
[indent] – Ну и что вбрело тебе в башку? – сердито возмутилась Джоанна, для верности ещё и толкнув напарника в плечо. При виде его дурной улыбки вспыхнувшее было в груди колкое раздражение заметно поугасло, свернувшись в клубочек, но не уйдя совсем. – Или ты это мне так мстишь за то, что я тебя пару раз обыскивала на предмет курева? – девушка ещё разок ткнула зависшего Эванса, чтобы он уже подтвердил или опроверг её догадку. Но парень задумался так крепко, словно искал корень кубического уравнения в уме. Чувство неловкости продолжало витать в воздухе и щипать за задницу пригревшееся было в душе раздражение.
[indent] – Дурак ты, - резюмировала МакАлистер. – И неандерталец. Но я рада, что татуировка тебе понравилась, - рефлекторно девушка ещё раз дернула футболку, натянув её пониже. По поясницу и крестцу там, где Эванс касался кожи, продолжали бегать мурашки. Но насчет больничного запаха парень был прав – он пропитал и волосы, и одежду. Казалось, что даже в кожу въелся. От него надо было избавляться.
[indent] – А я уж думала, что ты не догадаешься предложить! – фыркнула Джоанна, скрывая за очередной подколкой одновременно и раздражение, и остатки смущения. – Но ты молодец, додумался, - ухмыльнувшись, девушка почесала напарника под подбородком, как большую псину. – Разберусь как-нибудь, ладно.
[indent] Поднырнув под руку так и продолжившему над ней нависать напарнику, МакАлистер бодро уковыляла в ванную. Где она находится, девушка примерно знала. Прачечную отыскать тоже не составило большого труда. Основательно подзависнуть пришлось только с тем, что из свежестиранного белья выцепить. Все футболки Эванса, несмотря на разницу в росте, на Джо сидели, как туники – неприлично коротко. Пришлось перетряхнуть всю корзину и хорошенько в ней покопаться, пока на самом дне не обнаружилась удобная клетчатая рубашка, севшая как короткий, но все же халатик. Хмыкнув и ещё раз оценив длину, девушка перекинула её через согнутую в локте руку и похромала в ванную. По идее, прохладный душ должен был вместе с усталостью смыть ещё и все ненужные эмоции. А из-за них сейчас в голове творился самый настоящий кавардак.

+2

10

Едва шаги МакАлистер стихли на лестнице, а где-то на втором этаже следом хлопнула дверь, Джеймс с грохотом швырнул крышку от кастрюли в мойку и, уперевшись руками в ее гладкие жестяные края, застыл как был, устало опустив голову и прикрыв глаза. Что же он, черт возьми, делает? Что она делает? И что за день сегодня такой вообще?
Ничего особенного ведь не произошло. Ничего такого, что они не делали прежде. Тычки, щипки, взаимные подколки... Все это было частью их взаимоотношений с самого первого дня их совместной работы. Сегодня просто был еще один рабочий день, пусть довольно напряженный из-за случившегося в центре города обвала, травмы мелкой МакАлистер и всего остального, что осело неприятными осадком в душе, как это обычно и бывало, когда случалось что-то нехорошее с хорошими людьми. Но что-то изменилось. Незаметно и в то же время внезапно. Не из-за татуировки же его так трясет в самом-то деле. К черту!
— К черту... — ругнулся Джеймс уже вслух и, затолкав все ненужные сейчас мысли куда подальше, приступил уже, наконец, к готовке. Остаточное напряжение сказывалось на посуде, которой он гремел порой специально, чтобы не слышать, как наверху в ванной шумит вода, но по мере того, как его затягивал сам процесс, нужда в этом отпала. Не зря многие говорят о том, что готовка это все та же терапия, только с последствиями, которые еще нужно съесть. К счастью, с этим у Эванса проблем никогда не было, а с наличием в квартире такого прожорливого элемента, как МакАлистер, они и вовсе исключались. В отличие от всех остальных.
Стараясь не углубляться в детали и возможные сопутствующие сложности, Эванс наметил план действий на ближайшие несколько часов. Если повезет, то они с Джо разбредутся по углам отсыпаться сразу же после ужина. Все таки денек выдался тяжелым, а завтрашний обещал быть ему под стать, так что хорошенько выспаться было первоочередной задачей. Все было предельно просто и понятно. Но только на первый взгляд. Пока МакАлистер оставалась вне зоны видимости и напоминала о своем присутствии в его жилище только скачущим время от времени напором воды в мойке, все действительно казалось простым. Джеймс понимал, что сложности начнутся, как только она спустится вниз, и он был почти готов к этому.
Он выпаривал из риса остатки бульона, когда на лестнице послышались шаги. Он так и не обернулся, продолжая помешивать рис, но краем глаза заметил отражение МакАлистер в стеклянной дверце навесного шкафчика. Она надела его любимую рубашку. Из всего, что там было, выбрала именно ее. Как будто специально. Скрипнув зубами, Эванс подхватил вторую сковородку, на которой дожидались своего часа обжаренные в оливковом масле лук, грибы и кусочки курицы, и стал выкладывать все это в уже готовый рис, смешивая все в одну массу.
— Как нога? — это было первое и единственное, что пришло ему в голову. — Таблетки хорошие, должны быстро подействовать. И эффекта обычно надолго хватает. По крайней мере до утра точно, если на ночь пить. Только алкоголь нельзя, так что выбирай, что пить будем. Есть холодный чай, газировка где-то, кажется, была, какао еще можно сварить. Ну, чего хочешь?
На этом Джеймс обернулся, и это оказалось его главной стратегической ошибкой, потому что отражение это одно, а реальная МакАлистер в его рубашке, с мокрыми волосами и с голыми ногами совсем другое дело. Подвиснув на несколько блаженных секунд, Джеймс все же нашел в себе достаточно сил, чтобы снова отвернуться к сковородке.
— На стол не накроешь? — он снова повернулся, но только для того, чтобы указать в сторону обеденного стола, что стоял в стороне от кухни в так называемой обеденной зоне, образованной эркерным окном. — Где тарелки, знаешь. Можешь даже скатерть постелить, если прет на эстетику. Все там.
Он снова махнул рукой с зажатой в ней лопаткой куда-то в сторону шкафа с посудой и сосредоточился на ризотто, которое было уже вообще-то готово, но кому какая разница.

+2

11

[indent] Душ действительно помогал. Стоя под бьющими в лицо упругими струями горячей воды, Джоанна смывала с себя всю дрянь этого дня, мелкой пылью осевшую на коже. Налить на ладонь густого шампуня, намылить волосы и спустить в водосток вместе со стекающей с них пеной все воспоминания о бледной Дженни, мечущейся по кровати, и о ссоре с Кэти. Девушка потрогала пальцами шишку на лбу, ещё отзывавшуюся болью, и ожесточенно взялась за мочалку. Содрать с себя все мысли о том, что Эванса неожиданно начало морозить по непонятным причинам. Это был ещё один рабочий день, но в то же время он отличался от других. Не только из-за обвала – городская трагедия стала просто катализатором, который приблизил тот момент, когда незримо сгущавшееся между ними напряжение достигнет пика и выплеснется. МакАлистер ощущала, что это случится уже пугающе скоро.
[indent] Выбравшись из душа и насухо вытеревшись, Джо набросила на себя рубашку с эвансова плеча и взяла курс на кухню. Мысль о том, что теперь она даже пахнет его шампунем и его мылом, почему-то девушку невероятно грела и забавляла. Ещё на дальних подступах её встретили потрясающие ароматы готовящегося ужина. До того смиренно молчавший желудок начал тихонечко поднывать. Поглаживая себя по бурчащему живота и улыбаясь, МакАлистер впорхнула в кухню. На несколько минут она подвисла, просто наблюдая за тем, как Эванс готовит.
[indent] – Пахнет просто потрясающе, - девушка демонстративно втянула носом воздух и расплылась в ещё более беспечной улыбке. Вот только та тяжесть, которая почти физически давила на плечи, снова начала возвращаться. На душе скреблись кошки таких размеров, что их можно было заподозревать в принадлежности к семейству тигров. – Есть хочу так, что готова слопать даже тебя. Что ты там такое вкусненькое приготовил? - продолжая натягивать на лицо улыбку, Джо попыталась было подлезть к Эвансу под руку и сунуть нос в сковородку, но быстро получила порцию Ценных Указаний и шмыгнула в направлении обеденной зоны.
[indent] – Нога уже намного лучше, - немного удивленно отозвалась девушка, только после вопроса Джеймса осознав, что последние полчаса боль её практически не беспокоит. Почти ушли даже неприятные ощущения. – К какао нужно печенье или ещё какая-нибудь сдоба, так что лучше, по ходу, холодный чай.
[indent] Присев на корточки, МакАлистер закопошилась на нижних полках шкафа с посудой, куда Эванс припрятал скатерть. На эстетику её не перло, как выразился напарник, но не покидало неуютное ощущение сгустившихся над головой туч, грозившихся вот-вот пролиться грозой. Нужно было либо решать проблему, либо продолжать упорно игнорировать все тревожные звоночки, забивая их болтовней и ненужной суетой. Можно было не сомневаться, что Джоанна выбрала последнее.
[indent] – Кстати, обалденная рубашка. Только у нее оторвана верхняя пуговка. Если хочешь, я потом пришью, - девушка потянула за ворот рубашки, в вырезе которого виделись острые ключицы. Застелив стол скатертью, она полезла за тарелками. Шкаф покупался и заполнялся посудой под рост Эванса. И для Джо полка с тарелками стала досягаемой высотой только тогда, когда она встала на носочки и потянулась, придерживаясь за полку пониже пальцами. К счастью, обошлось без жертв, если не считать опасно задравшуюся рубашку, почти обнажившую бедра.
[indent] – Готово почти, - отрапортовала МакАлистер, умудряясь одновременно нести в одной руке две тарелки и две чашки, опасно держа их за ручки мизинцем, и приглаживать рубашку на нормальную длину. Оставалось только расставить всё это добро на столе и разложить приборы.
[indent] Ужин как-то откровенно не задался. Атмосфера продолжала сгущаться, вполне просторная кухня казалась слишком тесной для двух сидящих друг напротив друга людей. Ризотто было восхитительно, о чем Джоанна не забыла сообщить напарнику, но сейчас она уныло развозила остатки риса по тарелке. Темы для разговора не находились, он быстро вял на корню и сходил на нет.
[indent] – Это Кэти мне засветила, - зачем-то ляпнула МакАлистер, когда тишина начала откровенно давить на уши. Чтобы Эванс не перепутался и точно понял, о чем речь, она намекающе коснулась кончиками пальцев шишки на лбу. – Мы разругались. В который раз за сегодня, - голос дрогнул, и пришлось сделать глубокий вдох, чтобы не поддаться эмоциям.

+2

12

Даже из сервировки стола МакАлистер умудрилась устроить целое представление. Эвансу хватило одного единственного взгляда в ее сторону, чтобы остаток времени, пока ризотто дозревало под крышкой, провести в упорном игнорировании самого факта присутствия напарницы на кухне, в этом доме и в его жизни вообще. Теперь он в жизни эту рубашку не наденет. Просто не сможет.
— Можешь забрать себе, — сухо буркнул Джеймс, не оборачиваясь. — Вместе со всеми пуговицами.
Зарывшись с головой в холодильник, он выудил заныканную уже давно банку вишневого компота и взялся разбавлять слишком концентрированный напиток холодным кипятком из чайника. Достойная замена холодному чаю, которого осталось совсем немного, а на то, чтобы заваривать еще уже не было времени. К моменту, когда МакАлистер закончила с сервировкой стола, Эванс закончил со всем остальным. Он водрузил сковородку с ризотто на подставку в середине стола и снял крышку, выпустив целое облако аппетитного пара. Получилось куда больше двух порций, но, как говорится, лучше больше чем меньше.
— Накладывай сама, сколько нужно, — Джеймс отошел за компотом, но почти сразу же вернулся и с ходу разлил его по стаканам. — Что останется, на завтрак пойдет. Вообще не люблю, когда еда остается, так что ешь давай.
У самого Эванса аппетита не наблюдалось от слова "совсем", но он все равно ел, потому что в желудке было пусто на протяжении нескольких часов, а организму требовалось хоть какое-то топливо. Вкус и запах еды едва-едва бередили рецепторы, словно он оглушил их чем-то крепким вроде того же виски. Короче, никакого удовольствия от ужина Джеймс не получал. Все попытки напарницы завести разговор пропадали впустую. Он только кивал и натянуто улыбался, когда она хвалила еду. Судя по тому, с каким «энтузиазмом» Джоанна ковыряла вилкой в своей тарелке, пасмурное настроение Эванса передалось и ей. Нужно было притвориться, запоздало подумал Джеймс. Нужно было просто сделать вид, что все в порядке, как он делал всегда. Но сегодня у него не оставалось сил даже на это.
Время пошло как будто быстрее, когда МакАлистер снова заговорила, решив наконец-то прояснить обстоятельства появления очередной свой травмы. Машинально проследив за движением ее руки, Джеймс, наверное, впервые за все время, что они сидели за столом, посмотрел на Джоанну по-настоящему, напрямую, а не вскользь, почти воровато. Шишка была небольшой и уже не такой яркой, как ему показалось в больнице. День, может два и все пройдет. А вот неприятный осадок от перепалки с сестрой мог оказаться куда более долгоиграющим. Это было видно по тому, как Джоанну перекосило при одном только воспоминании о ссоре.
— Да, я слышал, как она кричала на тебя.
Джеймс поморщился, слишком живо вспомнив все то, что произошло у машины, которая едва не раздавила Дженни, и на какое-то время подвис, только теперь припоминая все в точности. Все то, что кричала Кэти и то, что кричала Джо ей в ответ. Прошло несколько напряженных секунд, прежде чем Джеймс понял, что смотрит на МакАлистер неотрывно и так сосредоточенно, словно забыл, кто она вообще такая, и теперь мучительно пытается вспомнить это. Высокий стакан с остатками компота, который он держал, вдруг хрустнул, пошел трещинами и раскололся прямо в его руке, осыпав скатерть мелкими осколками. На белоснежной ткани расплылись розоватые пятна от вишневого компота. Пара капель крови расцвела следом.
— Черт... — ругнулся Джеймс. — Из чего их только делают?
Отряхнув ладонь, он критически ее оглядел. Жалкая царапина, не более. Он даже боли не почувствовал, только раздражение, да и то по большей части от того, что так неосторожно позволил себе предположить, что речь действительно шла о нем. Бред же.
— Она просто испугалась за сестру, — продолжил он, поднимаясь с места. — И сама не знала, что говорит. И ты тоже.
Джеймс хотел сказать еще что-то, даже открыл для этого рот, но потом вдруг передумал и, покачав головой, отошел к мойке, чтобы ополоснуть липкую от компота руку.

+2

13

[indent] Проклятую рубашку хотелось не оставить себе, а запихнуть Эвансу куда-нибудь, откуда бы он её достал только с очень большим трудом. МакАлистер раздражали его сухие попытки её игнорировать, бесила вянущая беседа и витающее в воздухе напряжение. Если в Джеймсе и было что-то, за что Джоанне хотелось приложить напарника по затылку чем-нибудь в меру тяжелым, так это его привычка запираться в себе и молчать, когда всё шло не так. Сейчас всё кубарем летело к чертям, но Эванс уперто ковырялся со смурным видом в тарелке, развозя по ней ризотто, и замыкался. МакАлистер много бы дала за возможность узнать, что творится у напарника в голове. Атмосфера накалилась настолько, что хотелось вскочить из-за стола, грохнуть об стену тарелку и убежать, жалея, что вообще напросилась в гости. Что угодно, лишь бы спровоцировать хоть какое-то развитие сложившейся ситуации, похожей на болото, в котором Джоанна тонула. На волне окончательно испортившегося настроения, ощущения давящей неловкости и острого желания заполнить пустоту болтовней, пусть даже ни о чем, МакАлистер выпалила про ссору Кэти. Пожалела о сорвавшихся с губ словах она спустя буквально через мгновение, но забрать их обратно было уже невозможно.
[indent] – Ты не мог слышать, к счастью, - хмуро возразила Джоанна и, натолкнувшись на непонимающий взгляд, пояснила. – Мы поругались второй раз. На выходе из больницы. Я должна была отвезти Кэти домой, но вышла безобразная ссора. Она от меня убежала, - девушка замолчала, исподлобья посмотрев на Эванса. Она ждала, что он осудит её несдержанность, скажет, что нужно было найти в себе мудрость вовремя за молчать или ещё нечто в этом духе. Но неожиданно поняла, что не факт, что Джеймс вообще услышал. В груди с новой силой вспыхнули раздражение и обида, мешавшиеся с непониманием. МакАлистер искренне недоумевала, с чего так подвис Джеймс.
[indent] – Хэй! Ты… - договорить и щелкнуть пальцами перед носом напарника, чтобы заставить его прийти в чувство и вернуться к паршивой реальности Джо не успела. Стакан с компотом, который он сжимал в руке всё сильнее и сильнее, не выдержал и с хрустом лопнул, осыпав скатерть мелкими брызгами стекла. Пару секунд МакАлистер заторможенно смотрела, как на белой ткани расползается розовое пятно с центром из двух капель потемнее. Кровь?
[indent] – Из стекла, но, увы, не бронируют, - выдала Джоанна на автомате. Клокотавшее в груди напряжение схлынуло, уступив место тревоге. – Ты что творишь?! Дай посмотрю!
[indent] Эванс последнюю просьбу проигнорировал, встав со стула и направившись к раковине. Но МакАлистер за этот чертов вечер настолько успело встать поперек горла его избегание неудобных моментов, что сейчас она буквально вспыхнула.
[indent] – Ты меня слышишь вообще? Дай я руку твою посмотрю, - на этот раз Джоанне было плевать, что Джеймс может попросту оттолкнуть её вместе с её ненужной, но зато навязчивой заботой. Она перехватила его ладонь, которую он собирался сунуть под кран, и сама открыла холодную воду. МакАлистер с детства боялась вида крови, чужой крови, но тревога сейчас была намного сильнее, чем дрожь в руках и завернувшиеся в узел внутренности.
[indent] – Я всё прекрасно знала и понимала, - не подумав, брякнула Джо. Увлекшись промыванием раны и прощупыванием царапин на ладони Эванса на предмет осколков стекла оставшихся в них осколков стекла, девушка даже не подумала, как прозвучали сорвавшиеся с её губ слова. Ни тогда, ни сейчас она на самом деле не понимала истинного смысла сказанного, того насколько это было близко к той правде, которую она всеми силами заставляла замолчать, забивала в дальний уголок души. Они просто хорошие друзья, как же.
[indent] – Просто царапина, - пробормотала МакАлистер больше для себя и, отпустив ладонь Эванса, выключила воду. Руки продолжали подрагивать, выдавая накопившееся внутри напряжение. Всё также по инерции она продолжила болтать. – На самом деле, Кэти приревновала меня к тебе. Оба раза, - девушка осеклась, почувствовав себя неловко. Щеки почему-то окрасил пока ещё бледный, но уже заметный румянец. – Вот что я всё время делаю не так? Чем я сегодня обидела тебя? Я же чувствую, что ты на взводе, – не выдержав, прямо спросила Джо, не заметив, что в порыве раздражения умудрилась припереть напарника в угол у раковины. Сверкая на него глазищами, МакАлистер ждала ответа. И лучше было Эвансу его всё-таки дать. – Я знаю, что ты на меня сердишься. Просто скажи, что не так, - уперто повторила девушка, внутренне готовясь к тому, что её выставят вон. Дрожащие руки пришлось сжать в кулаки, чтобы они не портили картину.

+1


Вы здесь » North Solway » Личные отыгрыши » Пусть завтра не наступит никогда


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC