В игре: июль 2016 года

North Solway

Объявление

В Северном Солуэе...

150 лет назад отцы-основатели подписали
договор с пиратами.

21 июля проходит
День Города!

поговаривают, что у владельца супермаркетов «Солуэйберг»
Оливера Мэннинга есть любовница.

Роберт Чейз поднимает вещи из моря и копит находки с пляжа после штормов.
У него столько всего интересного!

очень плохая сотовая связь.
Но в самой крайней точке пристани телефон ловит так хорошо, что выстраивается очередь, чтобы позвонить.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » North Solway » Личные отыгрыши » Пусть завтра не наступит никогда


Пусть завтра не наступит никогда

Сообщений 31 страница 36 из 36

31

[indent] МакАлистер подумалось, что она и сама напоминает пригревшуюся возле тепла кошку. Одна рука Эванса продолжила машинально поглаживать её по спине, а вторая зарылась в волосы, легонько перебирая их возле затылка.
[indent] – Да у тебя что-нибудь дрогнет, - промурлыкала девушка в ответ на шуточку напарника и, чуть подтянувшись повыше, потерлась кончиком носа о его подбородок. Хищная ухмылка на лице Джеймса заставила её усмехнуться и заинтересованно приподнять бровь. – Скажи ещё, что ты железный и у тебя силы остались, - фыркнув, как благовопитанная кошка, которую ребенок попытался цапнуть за усы, Джоанна уронила себя обратно и снова растеклась по Эвансу, прикрыв глаза. Вырвавшийся откуда-то легкий сквознячок пробежался по обнаженной коже, всё ещё покрытой капельками пота, и девушка поежилась. Накалившийся от эмоций и напряжения воздух в спальне, казалось, остывал вместе с ними, и на смену почти горячечному жару приходила прохлада. – У тебя ведь есть одеяло, ммм? Холодно, - пожаловалась МакАлистер, не поднимая головы. При попытке укрыть напарницу Джеймс едва не спихнул её с себя, так что хохочущей девушке пришлось покрепче обхватить его руками. – Ты такой неуклюжий, Эванс. Удивительно, что травмы в итоге получаю я, а не ты, - хмыкнув, Джо поудобнее устроилась поверх напарника и замерла, прикрыв глаза. У неё под щекой мерно и гулко билось сердце Эванса, она чувствовала, как вздымается и опускается его грудь, а ладонь, замершая чуть пониже спины, обжигала кожу теплом. Сначала в её голове суматошно витали мысли. Этот вечер был богат на события, то, что произошло между ней и Джеймсом, то пламя, что вспыхнуло из долго тлевшей искорки… Нельзя было закрыть глаза и отмахнуться, продолжив самообман. Но и признать свои чувства к Эвансу, признать их взаимность и тот факт, что дело не ограничится одним бурным секс-марафоном, ибо, как минимум, Джеймс этого попросту не позволит и не заслуживает. Вот это уже было страшно. МакАлистер иногда казалось, будто Эйдан и его предательство остались где-то в прошлой жизни. Но сейчас воспоминания снова всколыхнулись – любая мысль о начале новых отношений имела явный панический оттенок. И Джоанна всё никак не могла заставить разум сосредоточиться на одолевающих её страхах и сомнениях. Вместо этого девушка игралась, пытаясь выровнять свое дыхание в такт с дыханием Эванса. В какой-то момент ей показалось, что у них даже сердца застучали в унисон. Сквозь полудрему, в которую МакАлистер неумолимо проваливалась, она довольно заулыбалась.
[indent] Голос Джеймса пробрался сквозь окутывающую его напарницу пелену сонливости, заставив её завозиться, как разбуженного щенка. От его голос по телу побежала щекотная вибрация, и девушка усмехнулась, но открыть глаз или поднять голову так и не потрудилась. Только перестала посапывать.
[indent] – Ризотто меня не вдохновляет, а вот печенье… - МакАлистер мечтательно вздохнула, когда Эванс упомянул про овсяное. – Люблю. Особенно такое, с кусочками шоколада. У тебя оно всегда дома есть, ты сам его любишь.
[indent] Только тогда, когда Джоанна сказала это вслух, в мозг вдруг ткнулась любопытная мысль – а любит ли? Овсяное печенье с кусочками шоколада было не первой и не единственной едой, которую они любили вместе и которая почти всегда оказывалась в доме Джеймса. А ещё он частенько покупал напарнице вкусняшки, даже не задумываясь, что выбрать. Эванс просто брал с полки, как будто знал. Наблюдал? Запоминал? МакАлистер всё же заерзала и, приподняв голову и уткнувшись подбородком в грудь парня, обожгла напарника подозрительным взглядом. У неё накопилось так много вопросов, что они сцепились в мозгу, как огурцы в банке, и дружно пытались сорваться с губ все одновременно. Серьезному разговору быть, но ей нужна была отсрочка.
[indent] – Его ещё вкусно запивать молоком. У тебя молоко ведь есть? – девушка состроила умильную мордашку и даже очаровательно трепыхнула ресницами. Шевелиться отчаянно не хотелось, но она всё же скатилась с теплого тела Эванса на кровать, едва не свалилась на пол и шустро принялась запутываться в одеяло. – Иди, мой герой, и добудь нам еду, - Джо хихикнула и подтолкнула напарника к противоположному краю, мол, двигай уже на кухню, друг. Провожая его голую спину взглядом, она чувствовала, как тщательно запираемая внутри паника  вырывается наружу. И чем дальше шлепанье босых пяток по полу – тем сильнее.
[indent]  Остро захотелось вдруг убежать. Не метафорически, методом ухода от разговора, а вполне физически. Ещё неприятнее было ощущать, что нагота начинает казаться уязвимостью, почти беспомощностью. МакАлистер села на кровати, скрестив ноги по-турецки, и закрыла глаза. Вдох-выдох. Глубже, разгоняя зачастивший пульс и бьющееся вместе с ним чувство паники. Усилием воли девушка заставила себя посмеяться, что так кипишнула из-за ерунды, но тем не менее к моменту возвращения Эванса Джо была плотно обернута в сдернутое с кровати тонкое покрывало на манер парео.
[indent] – Я опять мерзну, - улыбнувшись, оправдала перемены в своем внешнем виде девушка и похлопала ладонью по кровати перед собой. – Иди сюда, я голодная и вообще.
[icon]http://se.uploads.ru/maqVy.jpg[/icon]

+2

32

— Печенье с молоком, — Эванс коротко хохотнул, когда МакАлистер ткнула его в бок, и, перекатившись к краю кровати, нехотя встал. — Прямо как детская пижамная вечеринка. Может мультики потом еще посмотрим?
Выпрямившись, он посмотрел на оставшуюся лежать на разоренной постели напарницу и покачал головой. Ничего детского тут не было и в помине, что уж говорить о мультиках и пижамах. Особенно о пижамах. Рассекать голышом Джеймс, тем не менее, не собирался и потому первым делом натянул первые попавшиеся под руку тренировочные штаны и уже потом отправился на поиски пропитания. Совсем как древний человек. Только дубину на плечо осталось закинуть, да в шкуру завернуться до полного сходства. Голодная женщина в пещере уже имелась.
Спустившись, Джеймс принялся подбирать разбросанную вокруг раскуроченного стола одежду. Рубашка, которую облюбовала Джоанна и которую он уже мысленно похоронил, все же выжила, хоть и лишилась почти всех пуговиц. Придурковатая улыбка не сходила с лица Эванса, пока он бродил вокруг обломков стола, собирая одежду по полу и вешая ее себе на локоть. Произошедшее укладывалось в его голове медленно и не без труда, но это было даже приятно. Куда приятнее, чем мысли о неведомом завтра, которое неминуемо наступит, что бы они не делали. И то, как они с МакАлистер встретят это завтра, нужно было решить уже сейчас, как бы им обоим не хотелось оттянуть этот разговор.
Обратно в спальню Джеймс вернулся груженный по самое не хочу. Вся собранная им одежда болталась у него на локте, в одной руке была двухлитровая пластиковая канистра с молоком, в другой два стакана, а пакет с печеньем болтался в зубах, зажатый за самый уголок. Картина маслом. Он не преминул покрасоваться на пороге в таком виде, прежде чем войти и, разомкнув челюсти, уронить пакет с печеньем МакАлистер прямо на колени.
— И вообще? — переспросил Джеймс, стряхивая одежду с локтя прямо на пол. — Что значит "и вообще"? Просто признайся, что об меня можно погреться. Мерзлячка ты.
Забравшись на постель с ногами, он устроился рядом с напарницей и принялся разливать молоко по стаканам. Он понятия не имел, как хочет пить, пока не сделал первый глоток. За первым стаканом последовал второй. И только утолив чувство жажды Эванс вспомнил о голоде. Какое-то время они с МакАлистер только и делали, что аппетитно хрустели и переглядывались, но долго так продолжаться не могло. Это понимали оба. Когда молчать уже было как-то странно, Джеймс подвис с надкусанной печенькой в руке и, поразмыслив немного, все же решился заговорить.
— Я тебе не говорил, что сдавал на сержанта? Еще в прошлом году, в конце августа. Помнишь? Я уезжал посреди недели.
Вопрос был риторическим, потому что Джеймс никому этого не говорил. О том, что он вообще сдавал на повышение, знал только Феликс МакАлистер, который, собственно, и сообщил ему результаты тестов. Они пришли уже в начале сентября вместе с запросом о переводе новоиспеченного сержанта Эванса обратно в Лондон, потому что в полицейском управлении их городка сержантов хватало.
— Меня должны были перевести, но твой отец предложил подумать, — Джеймс криво усмехнулся, глядя в почти пустой стакан. — Выбор был простой. Или я остаюсь здесь, но в качестве констебля, или перевожусь обратно в столицу в качестве сержанта. И я решил подумать. Почти две недели я только и делал, что думал, оставаться или нет. А потом мы с тобой весело отметили твой день рождения, и это все решило.
Он посмотрел на Джоанну и улыбнулся. Ей можно было и не напоминать о прошлогоднем дне рождения. Такое не забывается. Ту утопленную тачку им до сих пор вспоминали при каждом удобном случае все кому не лень. Зато они доказали свою непотопляемость. Веселый выдался денек.
— В итоге я остался. Результаты экзамена официально признали недействительными, а твой отец даже не спрашивал, почему я так решил, — Джеймс мотнул головой, уже привычно удивляясь той легкости, с которой главный инспектор принял его отказ от нового звания. — И даже если бы спросил... Что я мог ему сказать? Что остаюсь, потому что влюбился в его дочь? Боюсь представить, что бы он тогда со мной сделал.
Нервный смешок Эванс зажевал печенькой и запил остатками молока.
[icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/33950.jpg[/icon]

+2

33

[indent] – Мой герой и добытчик! – с чувством воскликнула МакАлистер, когда на пороге картинно нарисовался Эванс, умудрившийся в один заход принести с кухни всё: еду, посуду, даже одежду. При одном взгляде на пакет с печеньем, зажатый у напарника в зубах, в желудке тихонько заворчало, а рот наполнился вязкой слюной. Паника недовольно огрызнулась напоследок и отступила, утонув в здоровом смехе. Выходка Эванса смыла, как волна слизывает с берега песочный замок, поселившуюся внутри тревогу. Джоанна схватила пакет и нетерпеливо им зашуршала, пытаясь поддеть тугой узелок короткими ногтями. Развязываться он не желал, и девушка попросту порвала пакет, остро желая добраться до вожделенных печенек. Одну она тут же прикусила.
[indent] – Мы, кролики, не только сентиментальные, но и мерзлые, - вкрадчиво поделилась с напарником МакАлистер. В глазах у нее едва ли не танцевали джигу игривые чертенята. Воспоминание об услышанном пару дней назад обрывке разговора Эванса с дежурным всплыло в голове ещё тогда, когда он минут пять назад бросил про мультики, а сейчас оно просто оказалось к слову и само вскочило на язык. – Ты ведь не думал, будто я не в курсе, какое погоняло прилипло ко мне за глаза? Наверняка ведь с твоей легкой подачи, - прежде, чем Джеймс успел что-то сказать в свое оправдание, Джо сунула ему в зубы печеньку, пресекая все его попытки отболтаться. Забрав у напарника полный стакан с молоком, она сделала отпила глоток. Только тогда, когда холодная жидкость полилась в горло осознав, насколько сильную жажду испытывала. Жадно глотая и не замечая, как молоко стекает по подбородку и шее и вымачивает покрывало, девушка осушила стакан практически залпом и тут же подставила его Эвансу, в этот момент наливавшему себе добавку. Вторая порция молока вливалась в организм уже с несколько меньшим энтузиазмом, но зато была тут же закушена вторым печеньем. Действительно её любимым – овсяным, с шоколадной крошкой.
[indent] Утолив первый голод, Джоанна озаботилась мокрой тканью, липнущей к груди. Скосив глаза на жующего напарника, она отряхнула крошки с себя на постель и неохотно сползла на пол.
[indent] – Где тут у тебя можно футболку найти? – вопрос, очевидно, был чисто риторическим, потому что фразу девушка заканчивала, уже занырнув в шкаф с вещами. Искомое обнаружилось быстро. Выцепив на свет первую же футболку, МакАлистер приложила её к себе, красуясь перед Эвансом. – Как думаешь, мне подойдет? – ответа на этот вопрос она тоже не стала дожидаться, натянув вещь прямо поверх завязанного вокруг тела покрывала и потом жестом фокусника выдернув его из-под одежды. Чисто женское умение сродни таланту вытащить лифчик через рукав.
[indent] Ещё пара фраз, так и повисших в воздухе, аппетитный хруст овсяного печенья и тепло, исходящее от напарника казались почти идеальным завершением этого вечера. Снова забравшаяся на кровать с ногами и укрывшая их пледом Джоанна привалилась к боку Эвансу, уютно устроив голову у него на плече. Веки смеживались, а печенье уже жевалось через раз. Молчание немного напрягало, но не настолько, чтобы нарушить его первой. МакАлистер малодушно надеялась заснуть и отложить висевший над ними дамокловым мечом разговор хотя бы на завтра. Не вышло.
[indent] – Нет, не говорил, - нахмурилась, сведя бровки к переносице, Джоанна, чуть запрокидывая голову, чтобы видеть лицо Джеймса. У них не было секретов друг от друга или, по крайней мере, она наивно полагала, что не было. Поэтому осознание того, что такая важная веха жизни напарника прошла мимо нее, неприятно царапнуло. Где-то внутри шевельнулось понимание: Эванс не просто заполняет эфир фоновой болтовней и прерывать его сейчас не нужно. Незаметно затаив дыхание, девушка выслушала его до конца. Эмоции на живом личике сменяли друг друга, будто картинки в калейдоскопе. Непонимание, удивление, почти шок. Она тогда что-то чувствовала, словно Джеймса что-то мучило и угнетало, но так и не решилась спросить. Зря.
[indent] В комнате опять повисло тягучее молчание. МакАлистер переваривала новую информацию, с трудом укладывая квадратные мысли в круглой голове. Значит, сам себе обрезал крылья, чтобы остаться с ней? Джоанна запустила пальцы руки, не занятой опустевшим стаканом, в волосы и зачесала их назад, чувствуя уже знакомый приступ паники. Всё выглядело слишком серьезно, чтобы ограничиться одной ночью. И это был первый раз за последние годы, когда от намечающейся перспективы быть с кем-то долго не очень-то и хотелось бежать сломя голову.
[indent] – Почему? – наконец, спросила девушка, бросив стакан на одеяло. Смесь нервов с эмоциями не давала усидеть на месте спокойно, и МакАлистер переползла по кровати, устроившись теперь аккурат напротив Эванса. – Почему я так запала в душу? Когда это все началось? – окончательно запутавшись, Джоанна запустила уже обе руки в волосы, пропуская мягкие пряди, пахнущие чужим шампунем, сквозь пальцы. Пару минут она помолчала, собираясь с мыслями. – Дурак ты, - фыркнула девушка, резко качнувшись вперед, чтобы обнять ладонями лицо Эванса и запечатлеть на его губах поцелуй. – У меня же на лбу написано большими буквами: «Девчонка-беда». Я же ходячая катастрофа, а ты… Влип, - девушка усмехнулась, выпрямившись и убрав руки от напарника. Невзначай она коснулась кончиками пальцев горящих и ощутимо припухших губ. – Ты ведь понимаешь, что попал, да? Быстро я тебя не отпущу, одной только ночи мне будет мало, - сказать это вслух было почти физически трудно. Джоанна метнула на напарника взгляд исподлобья, как затравленный, загнанный в угол зверек. МакАлистер и сама не знала, что сумеет дать или хотя бы пообещать дать Джеймсу. Может, у них всё отгорит, когда они удовлетворят желания тел. Может, всё завяжется надолго. Но даже озвучить вслух, что завтра всё не будет таким, каким было сегодня утром, жглось.

Отредактировано Joanna McAlister (2018-01-21 00:05:01)

+2

34

— Почему? — Джеймс хмуро уставился на напарницу. — Что значит «почему»? Я что, за свои чувства теперь оправдываться должен?
Вот уж чего он действительно не любил, так это оправдываться. Шла ли речь о поступках или мотивах, без разницы. А уж про то, что он чувствовал, и речи не шло. Это просто не поддавалось объяснению. Оно просто было, и Джеймс это принимал. Безропотно, как то, что невозможно не только объяснить, но и избежать. Однако, на вопрос, когда именно все началось, он ответить пусть со скрипом, но все же мог. Потому что сам не раз задавался вопросом, в какой именно момент его перемкнуло по-настоящему. Точного ответа у него не было. Были только смутные предположения.
— Ну, понравилась-то ты мне сразу же, как только я твое фото в личном деле увидел, — пожал плечами Эванс и, неожиданно усмехнувшись, ткнул в напарницу пальцем. — И это было взаимно. Даже и не думай отрицать. Мы же чуть не переспали тогда в Абердине, а ведь прошло всего несколько дней. Едва знакомые люди с такими проблемами с доверием как у нас в одной постели так скоро оказываются не просто так, — Джеймс помолчал, катая по бедру пустой стакан и разглядывая сидящую напротив девушку. — Потом все это просто копилось. Как снежный ком, знаешь. Понемногу. По чуть-чуть. Но тогда, год назад, все стало по-настоящему серьезно. И очевидно, по крайней мере для меня. Ты же тогда чуть не утонула, а я... Я впервые за очень долгое время испугался за кого-то по-настоящему сильно. Это, знаешь ли, посильнее простой привязанности будет. Страх за кого-то, он, как лакмусовая бумажка, выявляет очень многое. Потому я так взбесился, когда ты себе ногу повредила.
Он тронул коленку МакАлистер, провел по ее гладкой коже остывшими после холодного молока пальцами и только фыркнул, когда она обозвала его дураком. Мол, скажи лучше что-нибудь новое. Прилетевший следом поцелуй заставил сердце пропустить удар. Эванс перехватил запястья рук девушки, ладонями которых она обнимала его лицо, но задержать их чуть дольше не получилось. Джоанна снова отстранилась, глянула затравленно, словно то, о чем она говорила, могло быть использовано против нее. Глупая...
— Глупая ты, — уже вслух проговорил он и, взяв ее прохладную ладошку, потянул на себя. — Неужели ты думаешь, что мне самому этого будет достаточно? Теперь ты знаешь. Теперь я знаю. Сделать вид, что все может быть как раньше, уже не получится. Хотя, чую, на публику поиграть все же придется. Если твой отец узнает, мне несдобровать. Я ведь обещал ему, что буду за тобой присматривать.
Уложив напарницу на себя, он развернул ее ладошку и уткнулся в нее лицом, потираясь щетиной и ластясь, как заскучавший кот. От нее пахло печеньем и молоком. Так вкусно и совсем по-домашнему, что Эванс успокаивался, сам того не замечая, а ведь он всегда был на взводе, как сжатая до предела пружина. Так он привык еще с самого детства, когда каждый его шаг подвергался критике со стороны отца и почти всегда сопровождался побоями. Джеймс не умел доверять и доверяться. Его этому просто не научили. Но рядом с Джоанной это получалось как-то само собой. Это должно было его встревожить или как минимум насторожить, однако, ничего подобного он не ощущал. Только покой и совсем уж непривычное умиротворение. Даже то, что ждет их завтра, вдруг перестало его пугать.
— Не нужно ничего обещать. Мне не нужны гарантии, — прошептал он, уткнувшись носом напарнице в макушку. — Просто давай попробуем. После всего, что у нас было, мы обязаны хотя бы попробовать. Согласна?
Получится у них или нет, Эванс попытался запретить себе об этом думать. И так ли это важно сейчас, когда они только-только открылись друг другу? Хотелось бы думать, что совсем неважно, но это было не так, и Джеймс это прекрасно понимал. Мысли сами собой крутились вокруг самых разнообразны "а если" и "а вдруг", а привыкший все анализировать и искать решения проблем мозг подкидывал варианты. Он всегда сможет уехать обратно в Лондон. Всегда сможет начать все заново. Вот только получится ли у него на самом деле? И захочет ли он этого после всего?

Отредактировано James Evans (Вчера 22:15:19)

+3

35

[indent] – Почему – это значит, что я думала, тебе нравятся другие девчонки, не такие, как я. Но я ничуть не возражаю против того, чтобы тут ошибиться. Не хмурься, - Джоанна улыбнулась и потянулась к напарнику, чтобы пробежать кончиками пальцев по его лицу и разгладить залегшую между бровей смурную морщинку. Ей куда больше нравилось, когда он улыбался.
[indent] – Любовь с первой фотки – это что-то новенькое, - усмехнулась МакАлистер, качнув головой. А она бы, вздумай Джеймс вернуть напарнице её же вопрос, затруднилась бы сказать, когда Эванс начал нравиться ей больше, чем друг, товарищ и брат. – А по-моему, ты тогда испугался предъявленного тебе лупоглазого перепуганного зверька, - девушка ухмыльнулась и обличающе ткнула пальчиком напарнику в грудь. - Не скажу, когда понравился, но тебе почему-то почти сразу хотелось доверять. Я много чего и тогда, и потом рассказывала тебе, чего больше никому не говорила, - честно созналась Джоанна и помрачнела, стоило Джеймсу начать говорить про больницу. Машинально она накрыла ладонью руку Эванса, коснувшегося её коленки. – Заставил ты тогда меня поплакать, - выдохнула МакАлистер. – Я же всю ночь проревела, и потом вся издергалась. Ты после этой чертовой больницы дергался, как на гвоздях. То ляпнешь что-нибудь. То отмахнешься. То руку отдернешь. А я всё время думала, что у тебя в голове, раз ты так себя ведешь, - девушка ещё раз глубоко вздохнула и постаралась переключиться с неприятной темы. Рассказывая о том, насколько сильно её задевала любая мелочь в исполнении напарника, она почему-то снова ощущала себя уязвимой и слабой, будто сама открывала Эвансу свои слабые места.
[indent] – Глупая, - эхом повторила за Джеймсом девушка и послушно опрокинулась на него, когда он перехватил запястье и потянул на себя. Она и правда чувствовала себя ужасно глупой, потому что сколько бы ласковых и успокаивающих слов не сказал сейчас Эванс, ей всё равно было мало их, чтобы не придумывать себе всякую ерунду. И мозг сам собой начинал рисовать, что придется делать и как далеко бежать, если вдруг у них не срастется. – Я надеюсь, что нет. Отец… - Джо смешливо фыркнула и заулыбалась, когда Джеймс развернул её ладошку и принялся потираться о неё щетиной, как здоровый ластящийся кот. Не удержавшись, девушка погладила его большим пальцем по щеке и принялась легонько почесывать возле уха, мягко перебирая волосы. Давно мечтала утворить что-то подобное и теперь, как ребенок, радовалась возможности касаться, гладить и ласкаться на свое усмотрение, не опасаясь быть неправильно понятой. Раньше МакАлистер никогда так не делала, но всё равно откуда-то знала, что Эванса это успокаивает и расслабляет. С его привычкой быть постоянной натянутым, как готова выстрелить тетива, это было даже полезно. – А отец… Он тебя просто пристрелит, не переживай, - девушка хмыкнула и уронила себя на напарника, трогательно уткнувшись холодным носом ему в основание шеи и посапывая на кожу теплым дыханием. – Но вообще-то он будет неправ, ты ведь присматриваешь. А так будешь присматривать с ещё большим энтузиазмом, - МакАлистер усмехнулась и прикрыла глаза, ерзая на Джеймсе в попытке пристроить все успевшие замерзнуть части тела так, чтобы греться об него. – Да куда уж я от тебя денусь. Если за два года не сбежали друг от друга в ужасе, то может что-нибудь и получиться. Особенно, если ты будешь меня греть по ночам, - Джоанна, наконец, устроившаяся и умиротворенно пригревшаяся сдавленно хихикнула, понимая, как двусмысленно прозвучали её слова. Хотя думала она о прозаичном и практическом – вечно ледяных конечностях и холодном носе, сейчас ласково потирающемся о колючий подбородок Эванса, от чьего заботливого поцелуя в макушку хотелось мурлыкать. Скатившись под бок напарнику, МакАлистер положила голову ему на плечо и, обнимая, собственнически закинула на него не только руку, но и ногу. Где-то внутри продолжал шевелиться шебутной котенок, требовавший ласкаться и творить нежности, и поддавшись на его уговоры, девушка поцеловала Джеймса в плечо. - Только попробуй куда-нибудь исчезнуть, пока я сплю. И мы не завели будильник, проспим же, - Джоанна лениво приоткрыла один глаз и клюнула Эванса в щеку носом, намекая, кому из них придется вставать и топать за телефоном.

+2

36

Кровать аж затряслась, когда Эванс рассмеялся, и продолжала трястись еще долго, потому что его все никак не отпускало. Даже слезы на глаза навернулись и было отчего. В купе с холодными ладошками, ледяными пятками и стылым носом, которыми МакАлистер к нему жалась в попытке согреть, ни единого шанса сексуальному подтексту фразы «греть по ночам» попросту не оставалось.
— Корыстная ты все таки женщина, — выдохнул Джеймс, когда наконец отсмеялся и заерзал, устраиваясь поудобнее. — Имей в виду, я буду дорого брать за сугрев. Натурой и еще чем-нибудь эдаким, потом придумаю чем. Короче, ты встряла, МакАлистер.
Кое-как одной рукой составив стаканы и канистру с остатками молока на тумбочку, Эванс вытащил из под задницы напарницы почти пустую пачку с печеньем, искрошившимся настолько, что его уже можно было смело использовать в качестве панировки, и подтянул одеяло, накрываясь вместе с МакАлистер. На напоминание о будильнике он лишь мотнул головой.
— У меня стереосистема внизу на таймере. Правда, я не помню, что за диск там стоит, так что не удивляйся, если утром на весь дом Оззи или Плант заголосит, — Джеймс ткнулся губами Джоанне в лоб и уложил ее голову обратно себе на плечо. — Спи давай.
Дотянувшись до выключателя, он выключил бра у изголовья кровати. По комнате тут же пролилось холодное молоко призрачного лунного света, пробивающегося сквозь тонкие шторы. Эванс уставился на воровато заглядывающее в окно ночное светило, отливающее непривычной лазурью, и глубоко вздохнул. В полнолуние он всегда плохо спал. Марти, к слову, тоже. Наверное, завывает сейчас в своей vip-клетке в питомнике. Он попробовал представить, какой гомон там сейчас стоит, и мысленно порадовался, что его подменила Ларссон. Столько поселенцев как сегодня там не было никогда. Но куда-то же нужно было деть питомцев жителей тех домов, которые они с коллегами эвакуировали после обвала. Иначе ту толпу было просто не разогнать.
Мысли сами собой перетекли в иное русло, и Джеймс задумался о Лесли и о том, что как бы ему не хотелось оставить их с Джоанной отношения в тайне ото всех до поры, уж ей-то он эту новость сообщить был просто обязан. Потому что так правильно, честно и вообще. Уж кто-кто, а она-то уж точно порадуется за него. За них. Джеймсу хотелось так думать. Их с Лесли отношения никогда не имели никаких перспектив и они оба это знали. Да и привязанности, кроме, разве что, дружеской, у них не наблюдалось. Удобная для обоих, эта связь могла длиться месяцами, а потом встать на паузу, пока кто-то пытался завести нормальные отношения с кем-то на стороне, чтобы потом возобновиться, когда ничего не получилось. Такая вот взаимовыручка. Дружеская. Наверное, если бы так продолжалось и впредь, все закончилось бы браком, но случилась МакАлистер и все изменилось.
Джоанна уже вовсю сопела под боком, дергаясь во сне, как маленький щенок, а Джеймс так и лупился в окно, пересчитывая пробегающие по яркой поверхности лупоглазой луны облака и прислушиваясь к дыханию спящей напарницы. Сон упорно не шел. Считать овец Эванс был не приучен, таблетками тоже не увлекался. И ничего снотворного кроме глотка виски в его распоряжении не было. Но даже ради этого нужно было пойти на серьезные жертвы и отпустить МакАлистер из своих рук. Перекатив девушку на ее сторону, Джеймс кое-как сполз с кровати и, прихватив тару с молоком, грязные стаканы и остатки печенья в пакете, бесшумно вышел из спальни и спустился вниз. Впервые за очень долгое время тишина в собственном доме действительно успокаивала.
Про виски как-то сразу же забылось, когда на глаза попалось то, что осталось от крепкого обеденного стола, который служил ему верой и правдой уже не первый год. Пал смертью храбрых, можно сказать. Убрав обломки, Джеймс прогулялся по всему дому, по привычке проверяя запоры на окнах и дверях, даже сподобился закинуть в стирку форму напарницы, про которую она, похоже, совершенно забыла. Все вещи, что были в карманах он ссыпал на тумбочку у кровати, когда вернулся. За время его отсутствия МакАлистер успела не только разметаться по всей кровати морской звездой, но и сбить одеяло так, что ее голая задница со следами от его пальцев на коже оказалась на виду. Лунный свет живописно от нее отражался, вызывая совсем уж нехорошее желание, разбудить девушку и продолжить начатый секс-марафон с новыми силами. Пришлось пойти на крайние меры и воззвать к совести. Она, как ни странно, отозвалась почти сразу. Джеймс забрался обратно в постель, сгреб напарницу в объятия и почти сразу же уснул, уткнувшись носом ей в загривок. И никакого снотворного не понадобилось.

+2


Вы здесь » North Solway » Личные отыгрыши » Пусть завтра не наступит никогда


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC