В игре: июль 2016 года

North Solway

Объявление

В Северном Солуэе...

150 лет назад отцы-основатели подписали
договор с пиратами.

21 июля проходит
День Города!

поговаривают, что у владельца супермаркетов «Солуэйберг»
Оливера Мэннинга есть любовница.

Роберт Чейз поднимает вещи из моря и копит находки с пляжа после штормов.
У него столько всего интересного!

очень плохая сотовая связь.
Но в самой крайней точке пристани телефон ловит так хорошо, что выстраивается очередь, чтобы позвонить.

ДЕНЬ ГОРОДА, 21 ИЮЛЯ
ВАЖНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » North Solway » Летопись » Во спасение твоей души


Во спасение твоей души

Сообщений 1 страница 30 из 41

1

http://s7.uploads.ru/u1Npm.png

http://sd.uploads.ru/NAZEC.jpg
Корабли уходят в море
Тянут душу за собой
Лечишь ты морскою солью
Свою боль

Северный Солуэй, ноябрь 1866 года

Джоанна МакАлистер, Джеймс Эванс

[icon]http://s9.uploads.ru/9U3JG.jpg[/icon][status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that

[/sign]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-02-15 22:13:46)

+2

2

[indent] Всё вышло даже ещё хуже, чем Джоанна опасалась. Ухмыляющиеся рожи пиратов, позорная дрожь в руке, когда она ставила на проклятом договоре подпись вместо отца – эти картинки не давали девушке покоя, то и дело всплывая в памяти, приходя во снах, из-за которых она металась в постели и просыпалась в липком холодном поту. И почему-то почти всегда не в меру расшалившаяся фантазия, то и дело подкидывавшая картинки на тему ужасного будущего в сожительстве с морскими разбойниками на одном клочке суше раз за разом рисовала в них одну и ту же деталь – Джеймса Эванса.
[indent] Джоанна ожидала от встречи с пиратами всего, но не того, что увидит среди тех, кто грабил суда под руководством Калеба Макрея, знакомое лицо. Стыдно было вспоминать ту нервную дрожь, колючей волной прошедшуюся по телу, которое вдруг бросило изо льда в горячечный жар, когда блужающий взгляд мисс МакАлистер наткнулся на Джеймса Эванса. Она помнила его, несмотря на то, что с момента последней встречи прошли долгие годы, наложившие свой отпечаток на это лицо. Когда-то романтично настроенная юная особа, запоем начитавшаяся дамских романов, щедро притаскиваемых знакомыми девица из обслуги, именно Джеймса Эванса выбрала в качестве наивной первой любви. Светлое и почти детское чувство на тонкой грани между тем, что действительно называют влюбленностью, и восхищением тем, кто является в воображении средоточием всех тех качеств, которые присущи нарисованному воображением идеалу. Красавец, офицер, сослуживец брата, по-доброму относившийся к юной Джоанни – Джеймс Эванс достиг в её глазах значительной высоты. Поэтому и печаль юной мисс МакАлистер была неподдельна, когда он вдруг перестал появляться в доме. Без причин, без ссоры с братом. Она даже поплакала украдкой ночами, а теперь…
[indent] Джеймс Эванс, обнаружившийся на стороне пиратов, повергал в растерянность и недоумение. Джоанну метало из крайности в крайность, будто утлую лодчонку на штормовых волнах. Она то придумывала ему оправдания, обстоятельства, которые могли бы принудить офицера стать пиратом, то почти ненавидела его, про себя именуя предателем. Так или иначе светловолосый пират отказывался покидать мысли дочки полковника МакАлистера, став её навязчивой мыслью. Возможно, всё прояснил бы разговор, простая беседа. Вот только как вызвать на неё Джеймса Эванса? Да и пристало ли приличной леди иметь какие-то контакты с пиратами? Нет, этот вариант отметался.

***
[indent] В один из вечеров, когда измученная переживаниями за больного отца Джоанна не знала, куда себя деть, в голову вдруг ткнулась дерзкая идея отправиться на прогулку. Одной, без компаньонки или девицы из прислуги. Такое мисс МакАлистер позволяла себе довольно редко, но мысли, от обилия которых уже будто набатный колокол, гудела голова требовали свежего воздуха.
[indent] Выглянув за окно, Джоанна обнаружила полупрозрачные в своей серости ранние сумерки, когда солнце ещё не скатилось совершенно за горизонт. Сменив домашнее платье на прогулочное, девушка накинула сверху теплый плащ, подбитый мехом, и, на ходу натягивая перчатки, скользнула к черному ходу. Хозяева им обыкновенно не пользовались, да и редкая прислуга была занята иными делами. Поэтому исчезновение мисс МакАлистер удалось оставить незамеченным.
[indent] Набросив глубокий капюшон на голову, Джоанна отправилась к окраине городка, где должно было быть тихо и безлюдно. Небо опустилось ближе к земле и нависло над ней серыми тучами, уже начавшимися просыпаться первой снежной крупой. Хрустальный холодный воздух легко проходил в легкие, обжигая горло и выхолаживая горячечные мысли.
[indent] Первым делом девушка отправилась на кладбище, решив ещё засветло навестить могилы матери и бабушки. Они покоились в семейном склепе. Попетляв по тропинкам, мисс МакАлистер выбралась к нему и провела внутри, наверное, чуть больше получаса. Она скучала, до сих пор так безмерно скучала и иногда мысленно разговаривала с ними.

***
[indent] Зимой темнеет быстро. К тому моменту, когда Джоанна покинула склеп, сумерки уже основательно сгустились, став чернильно-сизыми. На небе крошечным бриллиантом засияла первая звездочка, но девушка всё равно решила возвращаться обратно краем города. Точнее, берегом моря.
[indent] Здесь было ещё холоднее. С воды налетал стылый ветер, ледяными пальцами пробиравшийся под многослойную одежду и шаловливо касавшийся кожи. Но мисс МакАлистер всё равно упрямо шла вперед, чувствуя, что горят щеки и зябнут руки и ноги. Так она чувствовала себя живой. А ещё море красиво в любую погоду, и такое, предзимнее, оно имело свое особенное суровое очарование.
[indent] Джоанна собиралась уже уходить обратно в город, когда её внимание привлекли чьи-то голоса, перемежавшиеся со взрывами смеха. Девушка подошла к уединенному пляжу, находившемуся в нескольких десятках метров от тропы, которой она шла. Мисс МакАлистер замерла, прислушиваясь к чужим разговорам. Слов было не различить, но… Любопытство, как известно, губит не только кошек. Подобрав мешающие при ходьбе пышные юбки, так и путающиеся в ногах, Джоанна тихонько пошла туда, откуда доносились эти голоса. Она только одним глазком посмотрит.
[indent] Подобравшись достаточно близко, девушка выглянула из-за укрывавших ее от взглядов находящихся на пляже людей кустов. И едва сдержала тихое ойканье, распознав в них пиратов. Вот тут точно нужно было так же бесшумно, как и пришла, уходить. Скорее, скорее. Но взгляд сам собой зацепился за знакомую светлую шевелюру, чей обладатель сидел возле костра. Сердце сначала предательски ёкнуло, пропустив удар, а потом резко понеслось вскачь. Руки похолодели, несмотря на теплые перчатки. Стиснув их в кулаки, Джоанну попятилась назад.
[indent] Ей стоило бы смотреть под ноги, а не на Джеймса Эванса. Камень под ногами, покрытый тонкой корочкой первого ледка, оказался неожиданно скользким. Неловко взмахнув руками в попытке снова поймать утраченное равновесие, мисс МакАлистер неловко упала, не сдержав негромкого вскрика, когда в лодыжке что-то хрустнуло. Её прошило такой болью, что перехватило дыхание и слезы брызнули из глаз, а другой уже камень с размаху припечатался к скуле. Под носом резко потеплело. Во рту поселился противный медный привкус, а в ушах – тонкий звон. Но самое худшее, что сквозь него и шумный ток крови висках прорывались голоса, поменявшие тональность, и звук чьих-то тяжелых шагов.
[icon]http://s9.uploads.ru/9U3JG.jpg[/icon][status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that
[/sign]

+2

3

Прошло несколько дней с тех пор, как был заключен договор. Шетани, Лионго и пока еще безымянный фрегат Синклера, который достался ему в последнем рейде, отбыли кто куда еще в начале недели. У берегов Штормового острова остался на якоре только Илима, еще один фрегат небольшого пиратского флота, принадлежащего Макрею. Капитаны тянули жребий, чтобы решить кто останется нести эту первую вахту. Джеймсу Эвансу не повезло. Впрочем, так считал только он один. Команда, заскучавшая по суше, была рада провести неделю другую на берегу. Поохотиться на местное зверье, побездельничать, потискать селянок. Последний пункт, конечно, был под большим вопросом, потому что приказ был однозначен, а селянок на только-только заселяемом острове водилось совсем немного, так что пиратам пришлось довольствоваться первыми двумя пунктами, что само по себе уже было больше чем ничего.
Сам же капитан Эванс предпочел бы оказаться как можно дальше от этого острова. Лишь бы больше не встречаться ни с кем из семейства МакАлистер. Он был готов иметь дело с самим полковником, был готов к его презрению и осуждению. Он был готов к встрече с Кайденом. Уж он-то точно не стал бы попрекать его тем, кем он стал по милости Короны. К чему Эванс не был готов совершенно, так это к встрече с его сестрой. Прошло столько лет, с тех пор как он видел ее в последний раз. Глазастая малышка Джоанни, которую он когда-то знал, выросла и стала настоящей леди. Кто бы мог подумать. Но не это поразило его сильнее всего, когда он увидел ее на берегу в той бухте, где происходило заключение договора между пиратами и поселенцами. Поразило то, как она на него посмотрела, когда узнала. Джеймс прокручивал этот момент в памяти снова и снова и каждый раз внутри заворачивалось нечто болезненное и тяжелое, чему он не находил названия. Никто на него так не смотрел. Никогда.
Погруженный в собственные мысли, Джеймс неотрывно смотрел на полыхающий огонь и, срезая с очищенного яблока небольшие кусочки, машинально отправлял их в рот. Пальцы были липкими от яблочного сока, но он не чувствовал ни сладости, ни вкуса. Все глушила горечь и оставшееся после той встречи неприятное послевкусие. К счастью никто из его команды не замечал состояния капитана. Над одним из костров, которые они развели на берегу, чтобы согреться, был сооружен вертел с тушкой молодой косули. Остров и правда был богат на зверье. По небольшому пляжу уже вовсю растекался аромат жареного мяса и сочной подливы, которую их кок умудрился приготовить из потрохов и местных диких трав, когда уединение пиратов было неожиданно нарушено. Странную возню в кустах Джеймс услышал далеко не первым, потому и на месте оказался одним из последних и как раз вовремя, чтобы увидеть как громила Фицджеральд вытаскивает из кустов незваную гостью. Почти за шкирняк, как нашкодившего щенка или котенка. Кажется, ее ноги едва касались земли, когда он поднял ее за ворот на вытянутой руке и принялся рассматривать как какую-то диковинку.
— Ох, ну надо же! — зароготал старый пират и остальные ему громко вторили. — Сама мисс Сахарные Губки пожаловала к нам в гости. Какими судьбами? Неужто приключений захотелось? Так мы завсегда рады, так сказать...
Взрыв хохота, которым разразились пираты, грозил спровоцировать маленькое, но вполне настоящее землетрясение. Их веселью не было предела. Мисс Сахарные Губки, как пираты окрестили единственную женщину из подписавших договор, долго оставалась предметом самого горячего обсуждения. Но все они резко стихли, когда вперед вышел сам капитан. Одному Богу известно, чего ему стоило сохранить каменное выражение лица при виде Джоанны с разбитым носом. Какое-то время он просто молча разглядывал растрепанную девушку, а потом перевел взгляд на бородача, что держал ее.
— Мистер Фицджеральд, будьте так любезны проводить мисс МакАлистер к костру, — нарочито учтиво проговорил Джеймс, больше кривляясь на публику нежели соблюдая тот самый этикет, над которым пираты частенько потешались. — И, пожалуйста, постарайтесь быть предельно деликатным. Похоже, леди повредила ногу.
Повинуясь требовательному жесту капитана, остальные начали разбредаться кто куда по своим делам, все еще от души посмеиваясь над ночной гостьей, а громила Фиц, смерив миниатюрную девушку оценивающим взглядом, просто взвалил ее себе на плечо и понес следом за капитаном. Джеймс остановился у крайнего костра и не оборачивался вплоть до тех пор, пока Фицджеральд не поставил мисс Джоанну на ноги рядом с ним и не удалился, бормоча себе под нос что-то невнятное и явно не совсем приличное.
— Садись, — Джеймс указал на камень у самого костра, и как только девушка покорно уселась на него, опустился перед ней на колени и похлопал себя по бедру. — Нужно осмотреть ногу. Ты позволишь?
Продолжать паясничать и обращаться к ней на "вы", называть мисс МакАлистер и вести себя так, словно они были незнакомы, он нужды не видел. Его команда, конечно, косилась в их сторону, но это было не более чем любопытство. Никому и в голову не могло прийти, что их капитан знаком с этой девушкой. Для них он был таким же, как Макрей. Человеком без прошлого и без будущего.
[status]lost soul[/status][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/71274.jpg[/icon][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-02-20 00:27:01)

+2

4

[indent] Звук чужих грузных шагов до последнего момента прятался за шумным током крови в ушах, но даже если бы Джоанна и услышала его вовремя, то вряд ли смогла бы что-то предпринять. Лодыжка пульсировала болью и едва ли позволила бы подняться и уйти. Девушка успела только приподнять себя на руках, морщась от звона в ушах, когда чужие руки грубо вздернули её на ноги, поймав за шкварник, как шкодливого котенка. Она пискнула одновременно от страха, неожиданности и вспышки боли в ноге. Особенно от испуга, потому что бояться было чего. Скосив глаза на того, чья рука без видимого труда удерживала мисс МакАлистер практически на весу, Джоанна ахнула и распахнула глаза. Таких высоких и огромных людей она в жизни своей ещё не видела и оттого оробела ещё больше. Ей оставалось только пытаться перебирать по земле ногами, едва касаясь её лишь самыми носочками, пока этот громила вёл девушку к своим сотоварищам. От паники и страха, щедро смешанных со смущением (это что можно подумать, застав её там?!), мисс МакАлистер ничего не соображала и даже почти забыла, как дышать.
[indent] – Поставьте меня на землю, пожалуйста! – возмущенно потребовала Джоанна, отчаянно пытаясь не выдавать сковывающего её ужаса. Но голос всё равно предательски дрогнул, а ставшее ватным тело отказывалось слушаться свою хозяйку. Громила с легкостью приподнял девушку ещё выше, словно она и не весила ничего, и принялся рассматривать её с преувеличенным интересом под одобрительный смех товарищей. Мисс МакАлистер поджала дрожащие губы, понимая, что пропала. – Я всего лишь заблудилась! – неуверенно попыталась оправдать свое присутствие возле пляжа девушка, чем спровоцировала пиратов на новый взрыв смеха и шуточек.
[indent] – О, нет, мисс Сахарные Губки, вы попали куда надо! – плосковато пошутил кто-то.  – Или вам не нравится наше общество?
[indent] Пираты снова дружно загоготали, поддержав развеселившегося товарища. Под их насмешливыми, оценивающими взглядами у Джоанны всё тело стало совершенно ватным, она помертвела от страха и уже даже перестала пытаться встать на ноги, болтаясь в руке громилы тряпичной куклой. Новая волна смеха оборвалась так резко, будто кто-то взмахнул волшебной палочкой и выключил звук. До девушки не сразу дошло, отчего все затихли и перестали над ней потешаться, но когда она разобралась… Видимо, это была судьба, что из всех пиратов маленькой флотилии Макрея в первую вахту осталось именно судно Джеймса Эванса. И именно он сейчас рассматривал болтающуюся в руке своего подчиненного растрепанную девчонку с разбитым носом, будто мелкого паршивого котенка. Словно решал, стоит ли выводить у этой мелочи блох и откармливать или проще уж утопить. Все внутренности скрутились в тугой узел. В живот будто от души сыпанули пригоршню колотого льда, отчего тело бросило из жара в холод. Где-то глубоко в потаенном уголке души мисс МакАлистер всё же надеялась, что Джеймс Эванс за неё всё же вступится. Глупо, очень глупо! Он тоже начал издеваться, обращаясь с шутовской учтивостью к Джоанне, поджавшей задрожавшие губы ещё сильнее. Ресницы вдруг стали подозрительно влажными, и пришлось часто-часто заморгать глазами, чтобы прогнать непрошенные злые слёзы. Показалось вдруг, что он даже её не узнал.
[indent] – О, вы так гостеприимны, - умудрилась выдавить из себя тон в тон Джеймсу Эвансу девушка, обжигая его горячим взглядом, в котором обида плескалась пополам с надеждой. – Нет! Даже не взду-у… Ой! –по глазам того, кого капитан именовал мистером Фицжеральдом, и по набежавшей на его лицо наглой ухмылке мисс МакАлистер поняла, что он задумал. У брата бывало точно такое же выражение, когда он изволил шутить над сестрой. Джоанна даже попыталась пискнуть что-то возражающее, но ей не дали закончить фразу, запросто закинув на плечо, будто мешок с мукой. Сопротивляться было бесполезно, стучать наглеца по спине, как братца, девушка попросту не решилась. Оставалось лишь обмякнуть и покорно ехать на пирате, пока он не поставил свою ношу на ноги у самого дальнего костра. Больная нога полыхнула болью, когда мисс МакАлистер попыталась перенести на неё вес, и девушка тут же зашипела тихонько. Хотя, наверное, больше было всё же похоже на скулёж обиженного щенка. Мистер Фицжеральд удалился, бормоча что-то про обломанное веселье с мисс Сахарные Губки, а Джеймс Эванс всё также стоял спиной к Джоанне. Краска, прилившая было к лицу, снова схлынула, оставляя после себя нездоровую бледность. Сжав дрожащие губы, девушка покорно опустилась на камень. Упрямиться из гордости было бы глупо, потому что лодыжка горела огнем и едва ли могла служить надежной опорой.
[indent] – С ней всё в порядке, - уверенно сказала мисс МакАлистер, заливаясь краской смущения то ли от самой ситуации, то ли из-за необходимости лгать. – Вам не стоит беспокоиться, - девушка попыталась выдавить из себя улыбку, но полыхающие щеки и бегающие глаза выдавали её с головой. Она упрямо называла Джеймса Эванса на Вы, но больше из желания отстраниться, чем из гордости. С холодным «Вы» проще было абстрагироваться от метущихся эмоций, прокатывающихся по телу то горячими, то холодными волнами при виде этого человека, к которому девушка никак не могла понять, как следует относиться. Хотелось малодушно сбежать и ничего не решать, но пират всё решил за мисс МакАлистер, видимо, устав стоять на коленях и ждать, пока она отважится. Поэтому мужчина просто перехватил ногу Джоанны и заставил её упереться себе в бедро. – Ну право, что вы! Не стоит, - смущенным горячечным шепотом забормотала мисс МакАлистер, заливаясь смущенным румянцем ещё сильнее. Причитания оборвались всхлипом, когда крепкие пальцы, ощупывавшие лодыжку, нажали куда-то, спровоцировав новую вспышку боли. Нога коротко дернулась, а на глазах невольно заблестели слёзы. – Было ведь уже вовсе и не больно… - растерянно прошептала Джоанна, наклоняясь вперед, чтобы видеть, что происходит с её ногой. На пару минут она притихла, прикусив нижнюю губу, но долго так продолжаться не могло. Да и мысли продолжали судорожно метаться. Чтобы отвлечься от неприятных ощущений, мисс МакАлистер выпалила первое, что пришло на ум. – А я вас помню. Я вас узнала, хоть вы и сильно изменились с тех пор, как последний раз были в нашем доме, - девушка прямо взглянула на Джеймса Эванса, не утруждаясь тем, чтобы пояснить, идет речь о чисто внешних изменениях или же о роде его деятельности. Она старалась не осуждать, не презирать и не ненавидеть, хотела просто понять, раз уж судьба все же дала шанс на разговор.
[icon]http://s9.uploads.ru/9U3JG.jpg[/icon][status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that
[/sign]

+2

5

Пропустив неубедительные отговорки девушки мимо ушей, Джеймс подхватил ее ногу за обтянутую тонкой тканью чулка стройную голень и поставил пяткой себе на бедро уже в принудительном порядке. Стянутая высокой шнуровкой ботинка тонкая лодыжка заметно припухла. Распустив шнурок, капитан снял с ноги девушки обувь, и принялся ощупывать припухлость. Она была горячей и едва ощутимо пульсировала под его пальцами. Джеймс вскинул на Джоанну глаза, когда она дернулась и всхлипнула в ответ на его манипуляции, и покачал головой.
— Это вывих, — он говорил уверенно, как человек, знает о чем говорит. — Не перелом, однако тоже неприятно. Кость на месте, но связки повреждены. Придется обойтись какое-то время без прогулок. Особенно в одиночестве и в темное время суток.
Последнее он почти отчеканил, словно инструктировал команду перед высадкой на берег, но вовремя себя остановил, вспомнив с кем имеет дело. С одной стороны он понимал, что не имеет права отчитывать молодую девушку за то, что она оказалась не в том месте не в то время. С другой же он просто не мог не выказать своего отношения к тому факту, что Джоанна разгуливала по острову в поздний час и совершенно одна, прекрасно понимая насколько это опасно с пиратами под боком. Останься он на борту Илимы и не окажись он вместе со своей командой на берегу, это приключение могло закончиться для молодой девушки очень неприятно. И виноватыми были бы, конечно же, пираты. Это само собой. О том, что можно просто не провоцировать опасных соседей, местные, похоже, даже не задумывались.
— Нужно зафиксировать стопу, — обращаясь не столько к девушке, сколько к самому себе, пробормотал Джеймс и, покусав губы в задумчивости, принялся расстегивать свою куртку. Ничего подходящего на роль повязки у пирата под рукой не было. Не было даже тряпки, которую можно было бы порвать на бинты. Но зато была другая повязка, которой их корабельный врач перевязал его руку. Само ранение затянулось уже почти полностью и слегка кровило временами, когда он перегружал руку, но нужда в повязке была спорной. Потому Джеймс решил, что обойдется без нее. Мисс МакАлистер она была куда нужнее. Он уже разматывал белый бинт, обнажая длинную полосу свежего шрама на своем плече, когда девушка вновь заговорила. Могло показаться, что ее слова его ничуть не затронули. Джеймс не прекратил своего занятия и как будто даже и не услышал ее вовсе, но это была лишь видимость.
— Я знаю, — глухо отозвался он и, размотав бинт полностью, оторвал ту часть, которая была слегка испачкана его кровью. — Я тоже тебя узнал, Джоанна. Много лет прошло, но я помню, как мы с тобой перешли на "ты", — он ошпарил девушку непонятным взглядом и вновь склонился над ее лодыжкой. — Будет больно, но так надо. Нужно немного потерпеть. Потом станет легче. Когда окажешься дома, пусть тебе сделают холодный компресс. И обратись к врачу. Он у вас есть, я знаю.
Стараясь причинять "пациентке" как можно меньше боли и дискомфорта, Эванс принялся обматывать ее многострадальную лодыжку бинтом, фиксируя стопу таким образом, чтобы максимально исключить ее подвижность. Следовало задуматься о том, как доставить ее в таком состоянии домой, но как раз с этим проблемы не было.
— Конрой?! — не прекращая своего занятия, позвал Джеймс. Рядом тут же нарисовался невысокий паренек с живыми глазами и подвижной рожей бывалого пройдохи. — Найди-ка мне лошадь. Только про седло не забудь. Не хочу опять зад себе отбить.
Парнишка фыркнул, но как-то комментировать это замечание не стал. Как любой цыган, некогда промышлявший конокрадством, он мог преспокойно ездить и без седла, а к тем, кто данным навыком не располагал относился с понятным превосходством. Его мелкая и юркая фигура растворилась в темноте практически моментально. Джеймс даже не глянул в его сторону, прекрасно зная, что тот отправился выполнять приказ. Как именно, его не заботило, потому что как-только он отвезет ночную гостью домой, лошадь вернется своим хозяевам, кем бы они ни были.
— Не туго? — закончив с перевязкой, Эванс поднял на девушку глаза и вопросительно вскинул брови. — Не нагружай ее лишний раз и все заживет.
Осторожно вернув ботинок на место, он так же осторожно зашнуровал его и опустил ногу девушки на землю. Остаток бинта, тот самый клочок, что был испачкан его кровью, Эванс кинул в огонь, а сам вновь облачился в куртку, морщась от неприятных ощущений, когда грубая подкладка задевала не заживший еще толком шрам. Он не стал подниматься. Все равно пристроиться было больше негде. Поэтому Джеймс просто развернулся лицом к огню и остался сидеть почти у самых ног Джоанны, по-турецки скрестив ноги. Молчание царило недолго.
— Если хочешь спросить, как так вышло, что офицер Ее Величества стал пиратом, то спрашивай, не стесняйся, — он нехотя оторвал взгляд от огня и посмотрел на девушку. — Но не жди, что я буду оправдываться. Я ни о чем не жалею.
[status]lost soul[/status][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/71274.jpg[/icon][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

+2

6

[indent] – Вывих? – немного испуганно выдохнула Джоанна. – Его ведь не нужно… Вправлять? – девушка невольно поморщилась, в воображении рисуя себе далеко не радужные перспективы. Пару лет назад её брат во время конной прогулки из-за взбредшей в лошадиную голову придури тоже получил вывих. Его плечо тогда приняло совершенно неестественное положение, а вправлять его пришлось весьма болезненно.
[indent] Последняя фраза, сказанная так резко и твердо, будто Джеймс Эванс с каждым словом вколачивал гвоздь в доску, заставила мисс МакАлистер пристыженно опустить глаза и заполыхать и без того пунцовыми щеками. Она прекрасно понимала, насколько он прав. И как сильно ей повезло, что капитан Илимы оказался на берегу и удержал свою команду от нехорошего продолжения.
[indent] – Простите, - едва слышно прошелестела Джоанна, нервно пощипывая подол платья. – Я не хотела доставить вам неприятности и не желала своими действиями никого провоцировать, - девушка ненадолго притихла и замолкла. В том, что явление к пиратам, пусть и вовсе не намеренное, могло бы быть расценено именно там, она отчего-то была почти уверена. Мисс МакАлистер следовало вспомнить, что теперь у поселенцев на острове есть очень опасные соседи, и постараться не давать им повода это ещё раз продемонстрировать. – Просто в доме так сильно пахнет лекарствами и болезнью, что это просто невыносимо, - девушка прикусила губу и осеклась, подумав, не было ли опрометчиво рассказывать Джеймсу Эвансу о нездоровье отца. Она хотела что-то добавить, но воздух встал в горле комом, когда капитан начал расстегивать куртку. Джоанна не понимала, что он делает. Но куда больший отклик у неё нашла повязка на его плече. Светлая полоса шрама, пересекавшая его, казалась ещё свежей, а на ткани бинта алело пусть небольшое, но пятнышко крови. Девушка едва удержалась от взволнованного вопроса, но сникла под обжегшим её тяжелым взглядом, буквально придавившим к камню, на котором она сидела. Сердце в груди заколотилось, грозясь сломать ребра.
[indent] – Я не была уверена, что у меня всё ещё есть это право, - тихо прошептала мисс МакАлистер. – Говорить тебе ты, - девушка прикусила губу и напряглась в ожидании боли, о которой её предупредил капитан Эванс. Он не подал виду, но Джоанна всё равно заметила, что его это почему-то затронуло. Её слова, это её холодно-отстраненное «Вы», за которое она пряталась, будто за щит. И ей вдруг стало так остро стыдно за то мелочное желание уязвить Джеймса Эванса, за то, что она хотела задеть его за живое, что-то там разбередить в душе. Это сейчас виделось очень подлым: пытаться хоть так отомстить за свои обиды. Обиды, на которые мисс МакАлистер не имела по большому счету права.
[indent] – Ооох! – выдохнула девушка, не удержавшись, когда фиксировавший её ногу повязкой пират умудрился вывернуть лодыжку так, что она снова вспыхнула болью. Джоанна изо всех сил сжала руки в кулаки. Терпеть, она должна терпеть, а не скулить побитым щенком.
[indent] – Нет, всё в порядке, - тыльной стороной ладони отирая невольно выступившие на глазах слезы, ответствовала мисс МакАлистер. Хотя понять, туго ли или нет, у неё на самом деле не выходило. Лодыжка превратилась в сплошной сгусток пульсирующей боли, заставляя опасаться за то, сможет ли она вообще на неё опереться, когда будет вставать.
[indent] – А в… ты? – все-таки не удержалась от вопроса девушка, указав взглядом на плечо Джеймса Эванса. На обращении она споткнулась, но поправилась, раз уж отчего-то её «Вы» обижало пирата. – Я видела рану на плече. Всё будет в порядке? – по тревоге, ярко нарисованной на живом личике Джоанны, с которого легко читались все эмоции, можно было понять, что она спросила не из праздного интереса, не для поддержания разговора или из вежливости. Ей действительно было важно знать, что рана на плече Джеймса не серьезна и не принесет ему большого вреда. И уж тем более, что снятие повязки не ухудшит дела. Она ведь видела как он морщится!
[indent] Стоило пирату зашнуровать ботинок мисс МакАлистер и опустить её ногу на земле, как девушка украдкой попыталась пошевелить ею. Из-за боли она её почти не ощущала, и это пугало. Лодыжка полыхнула болью ещё сильнее, намекая на необходимость прислушаться к рекомендациям Джеймса Эванса и не утруждать её лишний раз.
[indent] Ненадолго повисло тяжелое молчание. Джоанна смотрела, как пират устраивается у самых её ног, так близко, что при желании она легко могла бы коснуться его рукой. Не думать о том, как всё же его судьба сложилась в столь странный узор, не выходило. Джеймс будто прочитал мысли притихшей девушки. Звук его голоса заставил мисс МакАлистер едва заметно вздрогнуть. Немного подумав, она покачала головой.
[indent] – Глупо было бы лгать тебе, что я не хотела бы знать, - Джоанна глубоко вздохнула и сложила руки на коленях. – Я бы хотела. И ты наверняка уже догадался, что это занимает мои мысли. Но мне правда не нужны оправдания, просто рассказ. Тем более, что отчего бы тебе вдруг передо мной оправдываться? – последняя фраза прозвучала как-то горько, и девушка поспешила добавить, пока Джеймс не заметил полынный осадок, оставшийся после неё. Он ей никто, она ему никто. Оправдываются перед теми, чье мнение важно. Ему едва ли бы всерьез дело до глупой сестренки друга. – Если ты сам хочешь, то можешь мне просто рассказать. Если нет, я пойму, - мисс МакАлистер неопределенно пожала плечами и уставилась на пламя, отведя, наконец, глаза от лица капитана Эванса. Ей до дрожи хотелось, чтобы он рассказал, но она считала себя не вправе об этом просить.
[icon]http://s9.uploads.ru/9U3JG.jpg[/icon][status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that
[/sign]

+2

7

С чего бы ему оправдываться? Хороший вопрос. Джеймс задавался им уже давно, потому что этого от него ждали так или иначе. Его бывшие сослуживцы, старые знакомые, даже родители, которых он навестил в первую очередь после того, как вернулся из небытия и забвения несколько лет назад. Все ждали от него оправданий, какого-то покаяния или как там это называется, когда человек возвращается в цивилизацию и пытается нащупать хоть какую-то почву под ногами, чтобы не чувствовать себя тем животным, которым он стал по милости своей же собственной страны. Если сначала он еще питал какие-то иллюзии на этот счет, то теперь, когда даже собственные родители отреклись от него, он уже ни на что не надеялся и уж тем более не нуждался в чьем бы то ни было понимании.
Джеймс покосился на сидящую рядом девушку и почти сразу же отвел глаза, уставившись в огонь. Ей-то это зачем? Чтобы оправдать его? Снова это слово. Невесело усмехнувшись, пират покачал головой.
— Это не та история, которую стоит рассказывать на ночь, — он снова посмотрел на Джоанну, но на этот раз он улыбался вполне по-доброму, хоть и не без горечи. — Особенно таким впечатлительным молодым леди.
Хруст крупного прибрежного песка и намешанных в нем в равных пропорциях мелких ракушек и камней, заставил его оглянуться на приближающегося к их костру матроса. В руках тот нес пару простых мисок с горячей подливой, которые были накрыты простыми лепешками из муки грубого помола. Дивный запах еды опережал его на несколько шагов и наполнял рот тягучей слюной.
— Капитан, — матрос с любопытством косился на сидящую на камне девушку, однако, как-то еще выказать свой интерес не рискнул и просто протянул обе миски капитану и так же молча удалился, на ходу оглядываясь на странную пару. Можно было не сомневаться, что среди команды пойдут разговоры, но к этому Эванс был готов. Он знал, что так будет. Понял в тот самый момент, когда Фиц выудил мисс Сахарные Губки из кустов на глазах у всей его команды. Протянув одну из мисок девушке, Джеймс криво усмехнулся и покачал головой.
— Едва ли тебе придется по вкусу такая грубая пища, но, как говорится, чем богаты.
На самом деле ему было даже интересно, как Джоанна примет угощение от пиратов. Ведь они подали две миски не просто так. Распоряжение кормить незваную гостью капитан не давал, а значит они решились на это проявление гостеприимства сами. Джеймс оглянулся на притихших у большого костра пиратов. Те как-то резко засуетились и зашумели, делая вид, что заняты трапезой, но Джеймс знал, что они наблюдают. И точно так же, как и он, ждут от мисс МакАлистер определенной реакции, которая определит их к ней отношение. Это была проверка. Джон Кинг и Эдвард Шоу ее не прошли, когда встречались с Макреем на Шетани на кануне подписания договора. По крайней мере, к предложенному им виски они так и не притронулись, если верить Лингу. Старый китаец всегда трепетно относился к неписанным правилам гостеприимства и всегда несколько болезненно реагировал, когда кто-то пренебрегал чужим гостеприимством в угоду собственной спеси. Радушие, какое-никакое, было не чуждо даже пиратам, но оказалось не сравнимо с предубеждениями двух благородных джентльменов, которым было оказано.
Стараясь не показывать вида, что ему интересно, как Джоанна отреагирует на угощение, Джеймс разломил мягкую, уже успевшую напитаться паром и ароматом пряной подливы лепешку, и принялся макать ее в самую гущу горячего варева. Такая пища может и была грубой, особенно по сравнению с той, к которой привыкли в семье МакАлистеров, но она отличалась тем, что была сытной и восполняла силы намного лучше всяких деликатесов, что были теперь так популярны в столице. Приговорив где-то половину порции и утолив первичный голод, Джеймс все же заговорил.
— Наш корабль потерпел крушение у берегов Африки. Кайден знает, как все было на самом деле. Их судно прорвалось через шторм, а наше нет. Я знаю, что они нас искали, читал их судовой журнал. Там записано, что ничего они так и не нашли, но это не совсем так, — Джеймс помолчал, без особого энтузиазма ковыряя деревянной ложкой куски мяса в миске, и через какое-то время продолжил. — Нас осталось восемнадцать человек. Немного, но хоть что-то. Мы ждали, когда за нами придут, делали все, чтобы нас заметили с берега. И нас заметили, — он посмотрел на Джоанну с улыбкой, но ничего хорошего эта улыбка не предвещала. — Только не те, кого мы ждали, а дикари, которым уже однажды досталось от белых людей. Стоит ли говорить, что они нам не обрадовались.
Он замолчал, чтобы закончить трапезу, и потом еще долго не решался продолжить свой рассказ. Просто сидел и смотрел в огонь отрешенным взглядом, словно мыслями был не совсем здесь и сейчас. Через треск костра пробивались обрывки разговоров, отдаленный смех и шелест волн. У огня было тепло, пахло солью и смолой, а от девушки, что сидела рядом, тянуло полевыми цветами.
— Не знаю, кто это был. Может голландцы, а может французы. Они перебили почти всех жителей поселения, чтобы без помех начать добычу алмазов. Месторождение было небольшим и быстро изжило себя, но шахта осталась. Туда нас и закинули. Выбраться из тех пещер было невозможно, но мы все равно пытались. Снова и снова. Некоторые такие попытки стоили жизни. Когда счет пошел на месяцы... — он посмотрел на Джоанну, чтобы убедиться, что она понимает, насколько сложными были эти месяцы, и продолжил: — Про нас наконец-то вспомнили. Я не помню имя и лицо того человека, только темный силуэт на фоне неба. Но, он говорил со мной. Обещал, что придет за нами, что наша страна нас не оставит. На нем был мундир. Помню, как его кто-то окликнул, назвав капитаном. Он ушел, и все, что он говорил, так и осталось всего лишь пустыми словами. Но я надеялся. Все равно надеялся, что они вернутся за мной. Да, за мной. Потому что больше никого к тому времени уже не осталось. Когда Макрей вытащил меня оттуда, я узнал, что пробыл в этих пещерах почти два года. А потом узнал, что никто нас не искал и не пытался спасти, — он пожал плечами и снова уставился в огонь. — Поэтому я решил не возвращаться.
[status]lost soul[/status][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/71274.jpg[/icon][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-03-21 17:16:27)

+2

8

[indent] – Предлагаешь встретиться ради неё ещё раз днем? – выпалила девушка прежде, чем подумала, что говорит. И тут же пожалела о собственной несдержанности, ведь не хотела же, не хотела ни давить, ни поторапливать. – Прости, - тут же попросила мисс МакАлистер с извиняющейся улыбкой. Джеймс вдруг тоже улыбнулся – так по-доброму, как когда-то давно, когда он частенько наведывался в гости и иногда приносил ей какую-нибудь безделицу или сладость. – Если тебе так будет лучше, то можем оставить как есть. Просто забудь, это не так важно, - девушка вздрогнула, различив за шумом собственных метущихся мыслей хруст смешанного с мелкими раковинками песка под чужими сапогами. Она порывисто обернулась и тут же наткнулась на насмешливый взгляд молоденького пирата, почти её ровесника, будто тень нарисовавшегося из сгущающегося сумрака. В руках он держал две накрытые толстыми лепешками миски, исходящие душистым паром. От восхитительного аромата еды живот свело, напоминая о том, что обед Джоанна пропустила. Джоанна проглотила ставшую вдруг вязкой слюну и отвела взгляд в сторону, чтобы не рассматривать ни капитана, ни этого мальчишку и особенно – источающие аппетитные запахи миски, которые парнишка отдал Джеймсу Эвансу.
[indent] – А я уже подумала, что ты возьмешь обе порции себе, - немного лукаво улыбнулась мисс МакАлистер, пряча неловкость за попыткой пошутить. Приняв миску из рук мужчины, она поставила её себе на колени, даже сквозь толстую ткань теплого платья и не менее теплого плаща ощущая исходящий от неё жар. Холодные ладошки тут же с наслаждением обняли теплые бока посуды. Любопытство, сквозящее во взгляде Джеймса Эванса, было сложно не заметить. Быть может, ему бы удалось его скрыть, и Джоанна ничего не приметила бы, не ощущай она себя буквально на перекрестье взглядов пиратов. Они рассматривали её так, будто чего-то ждали. Или показалось? Вдруг в голову пришло, что никто не был обязан её кормить. Она не была частью команды и ужин на ее скромную персону едва ли входил в изначальный расчет, да и с продуктами у пиратов могло быть не радужно. Тем не менее ей дали эту миску и эту лепешку, значит, по-своему, проявили радушие. Не оценить этот жест и отказаться от угощения, пусть и вправду грубого и совсем непривычного, виделось крепким таким плевком в лицо и этим просоленным морской горечью людям, и особенно повару и капитану, который за неё вступился. Нельзя было так. Ощущая себя неблагодарной, задумавшаяся было над миской девушка, склонившая к ней лицо и вдыхавшая пряный аромат пищи, решительно взялась за ложку. Подняв глаза, она встретилась взглядом с каким-то пиратом, отчего-то хуже других скрывавшим свой интерес к её реакции, зачем-то кивнула ему и, пока не истаяла решимость показать, что даже такое грубоватое гостеприимство должно принимать воспитанным леди, зачерпнула на пробу совсем немного похлебки. Варево оказалось таким горячим, что практически обжигало губы, а ещё жирным, пряным и самую малость острым, но неожиданно вкусным. Мисс МакАлистер уже смелее взялась за ложку и, повторяя за Джеймсом Эвансом, тоже отломила кусок от пышной лепешки. Макать в похлебку она его, конечно, не стала – просто отправила в рот. Так оказалось вкуснее и сытнее. Капитан молчал, Джоанна не находилась, чем разбавить эту тишину, а потому молча черпала варево из своей миски, ощущая, как с каждой ложкой по озябшему телу разливается приятное тело. Неожиданно оказалось, что эта простая пища не только утоляет голод, но и ощутимо согревает будто бы изнутри. Теплая, мягкая от пара лепешка приятно грела пальцы и даже пахла теплом.
[indent] – Вкусно, - немного утолив первый голод, сказала мисс МакАлистер. Она говорила от души, совершенно искренне, а вовсе не по тому, что гостеприимных хозяев, в роли которых выступили пираты, следовало поблагодарить по этикету. – Правда вкусно, хотя и немного странно. А ещё не знаю, мне только кажется или эта похлебка хорошо согревает? Передай мою сердечную благодарность тому, кто её готовил, пожалуйста, - девушка улыбнулась. Её миска опустела опустела примерно на треть. Джоанна ещё раз украдкой глянула на гомонящих у большого костра пиратов. С её места нельзя было услышать, о чем они говорят, сложно было различить выражения лиц, но показалось, будто атмосфера неуловимо потеплела. Как если бы испытание, коль принесенная ей миска была таковым, девушка прошла успешно. – Только здесь очень много. Никто ведь не обидится, если я не съем все? – на всякий случай спросила мисс МакАлистер, сама себе противореча и продолжая забирать ложкой похлебку из миски. На какое-то время возле костра снова повисло молчание. Она уже рассталась с надеждой на то, что Джеймс Эванс расскажет ей, как оказался среди пиратов. И тем неожиданнее было слушать его, когда он все же заговорил. Джоанна на всякий случай сняла миску со своих колен и отставила её на землю. Как правильно заметил ранее мужчина, она действительно была впечатлительна. Ещё вздрогнет и разольет. Ни тон, ни выражение лица капитана, ни то, с каким трудом с его губ срывались слова, ни даже изредка появлявшаяся на них улыбка не предвещали ничего хорошего. Сердце пропустило удар и предательски затрепетало в груди, а чуть подрагивающие пальцы пришлось сплести в замок и уложить на колени, чтобы скрыть нервы.
[indent] – Кайден… Он ничего не говорил, - девушка нахмурилась. Джоанна понимала, что брат предполагал худшее и попросту не хотел её огорчать. Наверное, он всё заметил и понял, увидел, какими глазами смотрела его сестра на его сослуживца и друга. Вдруг пропавший Джеймс Эванс ранил её меньше, чем могло бы известие о его смерти.
[indent] Мисс МакАлистер слушала, затаив дыхание и ощущая, как кожа покрывается мурашками. Она не могла представить, что пришлось вынести Джеймсу. Не хотела представлять, потому что это было слишком страшно. Мелко дрожа, девушка не слышала ни отдаленных голосов пиратов, ни шума неумолчного моря, не чувствовала ни холода, ни тепла. Остался только хрипловатый голос мужчины, рассказывавшего смотрящей на него расширенными глазами девушке страшные вещи. О, теперь она понимала, отчего он с Макреем. Может, пока это нельзя было принять, но понять – можно. Его предали, подло предали и бросили на произвол судьбы. От него отвернулись. Джоанна стерла тыльной стороной ладони сбежавшие по щеке слезы и потянулась к Джеймсу. Он сидел совсем близко, практически у её ног, и так легко оказалось, чуть наклонившись вперед, погладить кончиками пальцев его плечо. – Прости, - ломким голосом прошептала мисс МакАлистер. Горло сжало спазмом, и она невольно всхлипнула. Джоанна просила прощения и за то, что Джеймсу пришлось рассказывать и снова вспоминать эти чудовищные два года, и за то, что его предали, хоть умом и понимала, что её вины в том нет. Эмоции захлестнули с головой, и девушка не заметила, что так и не убрала руку с плеча капитана. Жест на грани неприличия, но разве это было важно сейчас? Точно так же она не обратила внимания и на то, как притихли пираты у большого костра. Общение их капитана с мисс Сахарные Губки их явно забавляло и интриговало. Кое-кто даже уже попытался сделать ставки на то, продолжится ли оно и в какой плоскости. Вдруг Эвансу особенно свезет?
[icon]http://s9.uploads.ru/9U3JG.jpg[/icon][status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that

[/sign]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-03-22 23:07:42)

+1

9

Едва ли это была исповедь. Исповедуются обычно с вполне конкретной целью, но Джеймс не преследовал никаких целей, рассказывая все это Джоанне. Скорее он просто следовал подспудному желанию объяснить. Свою новую жизнь и себя, тоже обновленного. Такого, каким он стал. Он не оправдывался, не искал понимания или прощения. Они были ему не нужны совершенно. Ему нужна была только ясность в голове. Проговаривая все это вслух снова и снова, он обретал эту ясность, а вместе с ней и уверенность в том, что все именно так, как должно быть. Он на своем месте. Он тот, кем должен был стать.
Тем неожиданнее стало едва слышное "прости", которое коснулось его слуха так же легко и невесомо, как пальцы, дотронувшиеся до его плеча. Он почувствовал это прикосновение сквозь куртку и, резко повернув голову, уставился на девушку. В ее глазах стояли слезы, отчего они казались еще больше. Джеймс плотно стиснул челюсти и сощурился, напрягшись всем телом в ожидании. И ждал он вполне конкретного — жалости. Той самой, в которой его буквально искупали собственные родители, когда он наконец-то вернулся домой. Той, что так быстро пошла на убыль и преобразилась в нечто совершенно иное, когда они узнали, кем он стал. Презрение на грани испуга и почти суеверного ужаса. Он ждал от Джоанны того же. Ждал и в какой-то мере предвкушал, потому что это позволило бы ему поступить так, как было проще всего, а именно оборвать эту нить, связывающую его с прошлым. Он поступил так с собственными родителями, с теми немногими знакомыми, кто еще помнил его прежнего. Он с легкостью поступил бы так и с Джоанной, ее братом и всей их семьей, в которой его когда-то так радушно принимали. Но она смотрела на него своими черными глазами, и он не видел ни жалости, ни даже пресловутого сочувствия. Только сожаление. Соленое, как морская вода.
— За что? — заметно севшим голосом спросил Джеймс, не отрывая от нее удивленного взгляда. — За что ты просишь прощения?
Шелестящая морским прибоем тишина, окружившая их в тот момент, когда веселящиеся пираты вдруг благоговейно затихли, наблюдая за капитаном и ночной гостей, нарушилась перестуком копыт выше по склону берега. Джеймс вскинул глаза и заметил сгусток тени, движущийся на фоне иссиня-черного неба. Спустя еще несколько мгновений в островке света от костра показался всадник. Матрос, которого он послал за лошадью, выполнил его поручение не только в рекордные сроки, но и в лучшем виде. Даже перевыполнил, судя по тому, как сияла его смуглая цыганская мордаха.
— Молочка? — он махнул пузатой походной флягой и, соскользнув с седла, передал ее Эвансу. — Гостинец от Бойда и его семейства. Лошадь я обещал вернуть к утру.
Дождавшись одобрительного кивка от капитана, парнишка отвел лошадь в сторону, чтобы привязать к сухому остову торчащего прямо из скалистого берега дерева, и поспешил к огню и своей порции горячего варева. Остальные пираты встретили его бурно, хлопая по спине, и тут же принялись о чем-то рассказывать, поглядывая в сторону дальнего костра, у которого сидели капитан и мисс Сахарные Губки.
Джеймс рассеянно покрутил в руках флягу, ощущая под пальцами тепло парного молока, налитого внутрь, и протянул ее Джоанне. Молоко было кстати, потому что чем-то все же надо было запить острую еду. Сами пираты пили ром и сваренный тут же на костре все из того же рома грог. Предлагать это убойное пойло девушке Эванс не решился.
— Нам стоит поторопиться, — решил он, поднимаясь с земли и отряхиваясь от песка. — Пока луна в зените и не так темно.
Проглядывающее сквозь толщу облаков ночное светило и правда довольно таки неплохо освещало округу. Яркий свет от костров мешал оценить это, но Джеймс научился хорошо ориентироваться в темноте, пока выживал в той заброшенной шахте, порой не видя света неделями, а то и месяцами. Ему даже кромешная тьма была не страшна, но за лошадь он все же переживал. Каменистый ландшафт морского берега мог сыграть с ней злую шутку, а портить отношения с Бойдом, который еще недавно числился одним из его людей, как-то не хотелось. Многие из тех, кого Макрей заслал наняться в качестве рабочих на остров, продолжали играть свою роль, присматривая и приглядывая за происходящим на острове и исправно докладывая пиратам обо всем, но некоторые уже всерьез подумывали о том, чтобы остаться на суше и осесть на острове вместе с поселенцами. Кое-кто даже семьи свои сюда перевез, как тот же Бойд. В конце концов никто из них не собирался заниматься морским разбоем вечно.
Отвязав лошадь, Джеймс вскочил в седло и подъехал к стоящей у костра девушке почти вплотную, чтобы избавить ее от необходимости подходить к нему самой и напрягать ногу. Он склонился в седле и, обхватив Джоанну за талию, легко поднял и усадил перед собой, шурша юбками ее платья. Его обдало цветочным запахом, исходящим от ее растрепанных волос. Он жадно засопел, глубоко вдыхая давно позабытый аромат.
— Капитан? — окликнул его кто-то из матросов и, под сдержанные смешки остальных, как бы между прочим поинтересовался. — Вас когда ждать-то хоть?
Слегка дезориентированный близостью юной девушки, Эванс не сразу нашелся с ответом, но команде хватило бы и взгляда, что он метнул в их сторону, оглянувшись через плечо. Смешки почти сразу же прекратились, а любопытный матрос пришибленно заозирался на своих товарищей, ища поддержки и не находя ее. Капитан не обязан был докладываться.
— А что, я обещал тебе сказку на ночь? — Джеймс сверкнул зубами, изобразив оскал и усмешку одновременно, и пришпорил лошадь, тем самым оставив последнее слово за собой. Звонко стуча копытами по каменистой почве, кобылка поднялась по склону вместе со своими седоками, и неторопливо засеменила вдоль высокого берега по тропе в глубь острова. Где располагался дом полковника МакАлистера, Эванс знал достаточно хорошо, чтобы с уверенностью направлять лошадь. Но он не торопился. Черт знает почему.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/71274.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-03-21 17:15:30)

+2

10

[indent] Джоанна и сама толком не знала, за что просит прощения. Если бы могла – попросила бы за тех, кто действительно должен был его вымаливать за все тяготы, перенесенные Джеймсом Эвансом там, откуда его вызволил только Макрей. Раскаивались ли они в содеянном или хоть изредка вспоминали ли о чужой сломанной жизни?
[indent] – Я сначала подумала о тебе нехорошо, - честно призналась мисс МакАлистер. По её голосу и выражению личика с полными слёз оленьими глазищами можно было легко понять, что больше она не мыслит о Джеймсе, как о предателе или искателе легкой жизни. Ей очень жаль, что у него сложилось всё именно так, но она не осуждает, не презирает и тем более не боится. Джоанна просто приняла его пока таким, каков она стал. – И к тому же из-за меня тебе пришлось снова вспоминать весь этот ужас и облекать его в слова, - девушка смущенно запнулась, понимая, что из-за волнения попросту бурным потоком изливает на голову Джеймса Эванса всё, что злой метелью кружится в её голове и душе. От продолжения этой беседы, ставшей слишком уж откровенной, девушку спасло появление мальчишки, что капитан отправил за лошадью. Мисс МакАлистер сосредоточила своё внимание на нарисовавшемся в тусклом свете костра всаднике, избегая смотреть на Джеймса. Услышав знакомую фамилию, девушка едва заметно встрепенулась. Значит, Бойд. Это должно было иметь какой-то вес, но она обдумает это позже. Сейчас мисс МакАлистер больше волновало оживление у большого костра, где собралось большинство пиратов. Слишком уж они гомонили, то и дело указывая пальцами в сторону капитана и Джоанны и слишком уж часты стали взрывы смеха.
[indent] – Всё в порядке? – озадаченно и смущенно спросила девушка, покосившись на пиратов, в очередной раз грянувших залпом здорового хохота. Она ощущала, что кто был причиной их веселья. Мисс Сахарные Губки и капитан Эванс. Это было неприятно, но ещё больше Джоанну волновало, не выйдет ли это боком очень её выручившему Джеймсу. Растерянно приняв флягу с молоком из его рук, мисс МакАлистер совершенно машинально повертела её и уложила себе на колени, кивнув в ответ на предложение поторопиться. Она завороженно наблюдала, как капитан встает со своего места, отряхивает одежду от налипшего на неё песка и идет отвязывать лошадь. Опомнившись, лишь когда он отдалился на несколько шагов, Джоанна, наконец, сообразила, зачем Джеймс сунул ей в руки фляжку. Теплая. Открутив крышечку, девушка принюхалась к содержимому и по запаху опознала в нем молоко. Теплое парное молоко, что заставило её заулыбаться. Сделав пару глотков, смывших острый привкус похлебки, мисс МакАлистер снова закрыла фляжку, успев аккурат за мгновение до того, как конь с Джеймсом остановились совсем рядом.
[indent] Джоанна даже толком не успела подняться, только глухо охнула, когда травмированную лодыжку обожгло болью при попытке опереться на ногу. Сильные руки обхватили талию девушки и легко, будто куколку, подняли в седло. Она неожиданно смутилась, оказавшись так близко к предмету своих юношеских мечтаний. Кажется, даже румянец предательски залил щеки. Замерев, мисс МакАлистер позабыла, как дышать. Теперь она могла ощущать тепло, исходящее от Джеймса, чувствовать его запах и… От всех этих эмоций у неё даже закружилась голова. Слишком увлёкшись ими,  девушка пропустила мимо ушей короткий обмен любезностями между капитаном и самым смелым из его людей.
[indent] Из состояния заторможенного транса Джоанну вывел звонкий перестук копыт по мерзлой каменистой почве и покачивание, сопровождавшее поездку на лошади.  Кобылка с видимым трудом подняла двух седоков вверх по склону и неторопливо зацокала по тропе вдоль берега. Мисс МакАлистер поймала себя на том, что сейчас ей удивительно спокойно. Затихнув, будто мышонок, она бросала робкие взгляды на Джеймса Эванса, будто пытаясь угадать, о чем он думает. Но куда больше её, на самом деле, волновали собственные ощущения. То, что удерживающие её в седле руки не вызывают в душе бурю негодования или отторжения. Наоборот, Джоанне было как-то странно спокойно. Она даже радовалась тому, что есть время насладиться этим хрупким ощущением, в последнее время от неё ускользавшим. Слишком уж много тревог её одолевало.
[indent] – Ты знаешь, куда ехать, - больше утвердительно, чем вопросительно заключила мисс МакАлистер. Джеймс действительно уверенно направлял лошадь по улочкам спящего города, безошибочно поворачивая там, где следовало. – Спасибо тебе. За всё, - ещё раз поблагодарила Джоанна, когда молчать стало уже совсем невыносимо. Ей хотелось продлить эту короткую поездку. Пусть бы капитан заплутал и по пути к дому они сделали большой крюк. Даже если она бы так и не нашлась, о чем говорить. Но, к сожалению, лошадь до обидного быстро донесла двух своих седоков до дома полковника МакАлистера.
[indent] Джоанна бросила быстрый взгляд на темные окна. Робкий огонек теплился только в окне кухни, что свидетельствовало о том, что не все ещё уснули. Ждали ли её? Или, быть может, искали? Девушке вдруг стало остро стыдно за то, что она убежала, никого не предупредив. Прислуга полковника всегда тепло и хорошо относилась к его дочери, а она наверняка заставила старую Марту побеспокоиться.
[indent] Джеймс Эванс легко соскочил с лошади и помог спуститься на землю мисс МакАлистер, на мгновение прижав её при этом к себе. Сердце заколотилось вспугнутой пташкой. Стоя совсем близко к нему, девушка запрокинула голову, чтобы видеть лицо капитана, едва различимое в густой чернильной темноте, и улыбнулась. Он этого не увидит, но наверняка услышит в голосе.
[indent] – Я всё же ошибалась, - негромко сказала девушка. – Ты изменился не так сильно, как мне думалось. От тебя всё ещё веет надежностью, - Джоанна сама испугалась и смутилась своих слов, а потому торопливо отпрянула, сделав несколько неловких шагов назад. Нога вновь подвела её, и пришлось на мгновение придержаться за плечо Джеймса Эванса, чтобы не упасть. – Надеюсь, до встречи, - выпалила мисс МакАлистер и, чувствуя, как её лицо буквально полыхает от краски, торопливо развернулась и пошла к черному ходу, заметно припадая на одну ногу. Фляжку с молоком она прижимала к груди, так и позабыв вернуть её капитану. На губы сама сабой просилась глупая, но до неприличия счастливая улыбка.
[indent] Старая Марта ждала молодую хозяйку на кухне, уронив голову на руки и дремля. Джоанна не знала, видела ли она сцену прощания в окно, но пожилая служанка не задала ни единого вопроса. Она даже не спросила, где мисс МакАлистер умудрилась повредить ногу, удовольствовавшись более, чем путаным объяснением. Марта тут же развила бурную деятельность, одновременно причитая над распухшей и горячей наощупь лодыжкой, организовывая лечение и согревая молоко с медом.
[indent] Ложась спать спустя час после возвращения, Джоанна ощущала приятную усталость во всем теле, которую не портила даже ноющая нога, укутанная в тугую повязку. Сон не шел. Вместо него в голове роем рассерженных ос вились мысли о событиях прошедшего вечера, очень богатого на впечатления. Теперь Джеймс Эванс точно не вытряхнется из мыслей. Знала бы девушка, что он ещё и по-хозяйски проберется в её сны.
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s9.uploads.ru/9U3JG.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that

[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-03-09 23:20:09)

+2

11

Казалось, что они так и будут молчать всю дорогу. Не то чтобы это причиняло неудобства или настораживало. Напротив. Было в этом что-то успокаивающее, чего не хватало там, на берегу, где они были как на ладони и под присмотром целой стаи пиратов, которых явно занимал тот факт, что их капитан давно знаком с мисс Сахарные Губки. Эванс никогда не притворялся одним из них. С самого начала, когда он только вступил в их ряды и начал зарабатывать себе репутацию в качестве одного из членов команды Шетани, он был одним из них. Словно наконец-то нашел свое место. Но когда рядом была Джоанна, он начинал вспоминать того, кем он был прежде. Того, кого она помнила и которого все еще видела в нем. Это привносило некоторую сумятицу в его собственные ощущения, которая упорно не оставляла его с тех пор, как он увидел ее среди представителей поселенцев. Здесь же, в глубине мирно спящего острова и в переплетении первых улиц и будущего города, ему не нужно было обо всем этом думать. Были только он, она и лошадь, несущая их через ночь бодро, но неторопливо. Большего, как будто, и не требовалось.
— Знаю, — скупо отозвался Джеймс, когда Джоанна подала голос впервые с тех пор, как они покинули берег. Он просто не мог не знать. О том, что творилось на острове, на их острове, что бы не думали на этот счет поселенцы во главе с Кингом, Шоу, МакАлистером и остальными, пираты знали очень хорошо. У Макрея был пунктик на этот счет. Знать все, что происходит на его территории, было просто необходимо, и, кажется, Джеймс понимал, почему это так важно. Когда знаешь свой дом вдоль и поперек, то и защитить от любой угрозы его сможешь без проблем. Может быть и он когда-нибудь почувствует себя здесь как дома. Кто знает. Вряд ли, конечно, подумал Эванс, заворачивая на накатанную дорогу, что вела к дому полковника МакАлистера. Он сомневался, что вообще доживет до того момента, когда ему захочется тишины и покоя мирной жизни, и он задумается о том, что можно осесть где бы то ни было и завести семью. Но чем черт не шутит.
— Не за что, — снова сухо скрипнул Джеймс связками, когда его спутница решила его поблагодарить. — Они бы с тобой все равно ничего не сделали. Макрей запретил причинять вред поселенцам, а его приказы не нарушаются.
О том, что Джоанна могла благодарить его за что-то еще, Джеймс даже не подумал. Они быстро миновали оставшееся до дома МакАлстеров расстояние. Самая окраина пока еще только строившегося города отличалась тишиной и простором, окружавшим добротный дом, отстроенный совсем недавно, вместе с непроглядной темнотой осенней ночи. Эванс спешился и помог спуститься девушке, бережно удерживая в руках. От нее пахло молоком и цветами. И отпускать ее не хотелось, но все равно пришлось. На ногах она стояла вполне уверенно, несмотря на поврежденную лодыжку. Даже улыбалась. Правда, Джеймс этого не видел, но прекрасно расслышал, когда она заговорила. На секунду капитан даже замер, пытаясь понять, о чем она говорит, а когда понял, неожиданно рассмеялся. Он понятия не имел, каким она его представляла, но ему было приятно, что после этой встречи мнение о нем у нее сложилось достаточно положительное, чтобы отзываться о нем как о надежном человеке. Как будто это было важно. Может и было. Джеймс не задумывался об этом и не собирался задумываться в ближайшее время. В этом не было особой нужды, да и смысла как такового тоже.
Стоило Джоанне отстраниться от него, как поврежденная лодыжка подвернулась вновь и заставила девушку вцепиться в него, чтобы сохранить равновесие. Джеймс в свою очередь придержал ее, обхватив ладонями за острые плечи. Надежность. Так она сказала?
— Вы всегда можете на меня положиться, мисс МакАлистер, — Эванс отвесил учтивый поклон в духе придворного церемониала и, подхватив прохладную ладошку, коснулся ее тыльной стороны губами. Совсем как тогда, много лет назад, когда его друг и сослуживец Кайден МакАлистер впервые пригласил Джеймса в свой дом, чтобы познакомить со своей семьей. Только на этот раз в голосе его не было той нарочитой серьезности, над которой он потом сам же от души потешался, когда, спустя какое-то время, стал в их доме частым и желанными гостем. Напротив, в его интонации отчетливо слышалась насмешка. Совсем беззлобная и легкая, как запах моря, который он привез с собой.
— До встречи.
Джеймс хотел напомнить Джоанне о том, что ей стоило бы на время оставить прогулки по острову и поберечь ногу, но он не успел. Девушка так стремительно направилась к дому, прихрамывая, как подбитая утка, что это утратило всякий смысл. Не кричать же ей вслед. Поэтому он только смотрел.
Дождавшись, когда мисс МакАлистер скроется в доме, Эванс вскочил в седло и, развернув лошадь, пустил ее рысью обратно к побережью. Он задержался в поселении чуть дольше, чем рассчитывал. Бойд, которому он лично вернул лошадь, счел своим святым долгом как следует накормить и напоить своего капитана. Даже попытался уговорить его остаться на всю ночь, предлагая обновить гостевую комнату в его новом доме, но Джеймс отказался. На берег он увернулся затемно, но своей команды на прежнем месте не обнаружил. У единственного костра, что остался гореть среди камней, он обнаружил капитана Синклера, который его дожидался, без особого энтузиазма ковыряя ложкой в остатках подливы.
— Макрей ждет тебя в Белфасте, — Синклер никогда не ходил вокруг да около и сразу же перешел к делу. Джеймс ценил это его качество, но сейчас ему не помешали бы хоть какие-то объяснения. Странно, но покидать остров вот прямо сейчас ему совершенно не хотелось. Почему-то.
— А поконкретнее можно? Я только неделю здесь.
— Я подежурю, не переживай, — тут же отозвался Синклер. — Через пару недель явится Лионго и примет вахту, а ты нужен в Белфасте. Поторопись. Дело срочное. Сам знаешь, он не любит ждать.
Требовать больше информации и испытывать тем самым чужое терпение Джеймс не стал. Все равно это ничего не решило бы. Приказ есть приказ. Фрегат Илима покинул берега Штормового острова с рассветом и взял курс на север, чтобы обогнуть британские острова и добраться до берегов Ирландии в кратчайшие сроки, и вернулся обратно только спустя несколько недель, когда зима уже была в разгаре и близилось Рождество.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/71274.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-03-21 17:14:48)

+2

12

[indent] Джеймс Эванс подобно юркому ужу пробрался в мысли Джоанны и совершенно не желал оттуда выдворяться. Будто упрямый таракан, выжить которого можно, только спалив весь дом, он возвращался туда, откуда его пытались вымести, и даже вторгался во сны. Мисс МакАлистер снова и снова вспоминала тот единственный вечер, проведенный в компании капитана. Будто наяву ощущала исходящее от Джеймса тепло, когда он на мгновение дольше положенного, как почудилось девушке, задержал её в своих руках, помогая спешиться. Джоанна слышала его голос с отчетливо насмешливыми нотками, когда пират поцеловал тыльную сторону её ладошки, вызвав целую стайку мурашек одним лишь теплым прикосновением губ к коже. Он нарочито манерничал, мешая этикет с легкой доброй насмешкой, а у мисс МакАлистер отчего-то перехватило дыхание. Она ничего не смогла ему ответить тогда, лишь спустя часы, уже засыпая, девушка придумала целую толпу остроумных ответов в духе «А не боитесь ли вы, что я воспользуюсь вашими же словами?». Только кому они были нужны в ночной тиши? Вспоминалась первая встреча, когда Джеймс Эванс точно так же целовал её руку, и кусочки последующих, и взгляд, которым капитан проводил мисс МакАлистер и который она ощущала, будто жжение между лопаток, и…
[indent] Джоанна сердилась на себя. За то, что часто и много думала о капитане «Илимы». За то, что это делало её мечтательно-рассеянной. В конце концов, за то, что она невольно искала его взглядом, идя по улице, втайне надеялась встретить и сердце беспокойно вздрагивало в груди, стоило девушке приметить хотя бы отдаленно похожий на Джеймса Эванса силуэт.
[indent] Слухи донесли до мисс МакАлистер, что вахту у берегов Штормового Острова несёт уже другой корабль. «Илима» вместе с её капитаном ушла в море по таинственным пиратским делам, и вместе с нею будто бы уплыли тяжкие думы о Джеймсе Эвансе. Джоанна постепенно начала забывать. Осень сменилась зимой, как-то незаметно подобралось Рождество с его ожиданием волшебства. Теперь уже хотелось сказки, а не встречи с пиратом. Мисс МакАлистер успокоилась. Она столько твердила себе, что не должна искать ещё одной встречи, что практически уверовала в это.
***
[indent] Рождество с детства ассоциировалось у Джоанны с чудесами. Быть может, потому, что мама устраивала для неё маленькое волшебство каждый праздник? Просыпаясь, она малышкой сразу же бежала к наряженной в гостиной ели. Накануне миссис МакАлистер с дочкой всегда пекли специальное рождественское печенье. Пару кривоватых трудов ручек крошки Джоанны они оставляли со стаканом теплого молока с медом возле праздничного дерева, чтобы утром обнаружить россыпь крошек, опустевший стакан и подарки. Девочка верила, что угощение достается Санте.
[indent] Повзрослевшей Джоанне в канун Рождества по-прежнему наивно верилось в чудо. Только немного иного толка – в то, что в жизни всё может обернуться, как в сказке. Вечной любовью, благополучием, счастьем. В этот праздник самым большим желанием мисс МакАлистер было здоровье отца. Полковник, в конце осени слегший с тяжелейшей лихорадкой, заставившей его несколько дней провести в беспамятстве, начал постепенно оправляться. Но болезнь серьезно подкосила его. Но к мужчине так и не вернулись до конца силы. Доктор уже позволил полковнику подниматься с постели и ходить по дому, но отец был так непривычно слаб, что это тревожило Джоанну. Ей раньше не приходилось видеть его таким, это показывало, что отец однажды уйдет, чтобы на небесах встретиться с любимой женой. И это до дрожи пугало.
[indent] Полковник и сам видел, что дочка чахнет в четырех стенах, не отходя от него. Поэтому пожелание увидеть её румяной и веселой после прогулки на местный праздник в центре городка было похоже на приказ. Уходить из дома не слишком-то хотелось, но ослушаться мисс МакАлистер не посмела. Потому в канун Рождества ранним утром она стояла на крыльце своего дома, вдыхая морозный воздух. Из сундуков был извлечен теплый плащ, красиво отделанный мехом снаружи, теплая же шапка и сапоги, украшенные шитьем, пусть этого и не видно под теплым прогулочным платьем. Перчатки же Джоанна сшила у местной портнихи к празднику.
[indent] – Готовы, хозяйка? – весело спросила Маргрете, дочка Марты. Розовощекая веселая девчушка лет двенадцати вызвалась сопровождать мисс МакАлистер на праздник и была чрезвычайно горда возложенной на неё миссией. Настолько, что даже прятала за напускной серьезностью сжигающее её весёлое нетерпение. Джоанна улыбнулась, глядя на этого ребенка, готового в нетерпении бить копытцем, будто молодой жеребенок.
[indent] – Идём. Я уже хочу купить яблоко в карамели, про которое ты столько говорила, - серьезно и даже доверительно поведала девушка маленькой спутнице, гордо вышагивающей рядом с ней по скользкой ото льда дорожке. Путь до центра города занял у юных леди около получаса неспешной прогулки. При всём желании поторопиться сделать это не представлялось возможным из-за гололедицы. Лучше уж степенно вышагивать, чем абсолютно неприлично приземлиться на пятую точку.
[indent] В центре уже развернулся праздник. Все местные торговцы и пожелавшие к ним присоединиться с плодами своих трудов расположили свои лотки и прилавки широким полукругом, зазывая посмотреть на съестное, среди которого преобладали сладости, какие-то небольшие поделки-подарки-забавы. На губах Джоанны невольно заиграла улыбка. Воздух пах праздником, выпечкой, травами, входившими в глинтвейн, и весельём.
[indent] – И где тут самые вкусные яблоки? - всё с той же серьезностью поинтересовалась мисс МакАлистер у щебечущей девчушки. Та потянула хозяйку к одному из лотков. Помимо припасенных с осени яблок, щедро окунутых в карамель, пахнущую жженым сахаром, он продавал ещё и какое-то печенье, любовно приготовленное его супругой и нанизанное на нить наподобие гирлянды. Подкрашенное свекольным соком и соком ягод, оно смотрелось симпатично и очень празднично.
[indent] – Я тебе угощу, - остановила отсчитывающую мелочь девочку Джоанна. Не удержавшись, она купила и по яблоку себе и спутнице, и нитку с печеньем. Леди остановились в стороне, отойдя от лотка, чтобы не мешаться следующим покупателям.
[indent] – Вы бы не становились под омелу, мисс МакАлистер, - со знанием дела посоветовала Маргрете, примеряясь к боку яблока и сжимая в руке съедобную гирлянду. Джоанна запрокинула голову, глянув на коварно подвешенный над её головой веночек. В ответ на вопросительно приподнятую бровь дитя принялось серьезно щебетать историю про то, как её уже пытался чмокнуть под омелой, оправдываясь традициями, соседский мальчишка.
[indent] – О, милая, это вряд ли, - со смехом успокоила даже раскрасневшуюся от эмоций девчушку мисс МакАлистер.
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]<hr>The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-03-22 23:13:16)

+1

13

Возвращаться к берегам Штормового острова было странно и отчего-то тревожно. Но как-то по-хорошему тревожно. Приятное щекочущее чувство, которое было Джеймсу Эвансу в новинку, донимало его с того самого момента, как из морозного тумана, окутывающего весь остров, показались черты его хорошо знакомых берегов.
Джеймс не успел соскучиться по твердой земле. Он вообще никогда не скучал по суше как таковой. В открытом море ему было лучше, чем на берегу. Дышалось в разы свободнее и легче. Где-то в глубине души он догадывался, что это отголоски тех времен, когда он был почти погребен в том каменном мешке заброшенных шахт. Ему до сих пор не нравились замкнутые пространства и слишком тесные помещения. Он даже ночевать предпочитал под открытым небом, лишь изредка, когда погода была ненастной или холод слишком сильным, чтобы спать в натянутом на палубе гамаке, был вынужден коротать ночи в своей каюте. И все же ему не терпелось ступить уже, наконец, на твердую землю Штормового острова. Что бы тому ни было причиной.
Фрегат "Илима" бросил якорь близ знакомого берега еще накануне ночью. В темноте, что накрывала остров в ночное время плотными покрывало, огни разрастающегося с каждым новым днем города казались особенно яркими и как будто живыми. Они подрагивали в ночной темноте и манили к себе. Пираты, успевшие изрядно вымотаться за эти несколько недель, но довольные добычей, ждали рассвета с нетерпением. Загрузив лодки ящиками со свежими фруктами для кое-кого из их бывших подельников, что теперь жили в городе на правах поселенцев и нередко приторговывали контрабандными товарами среди остальных жителей острова, несколько матросов отправились к берегу. На одной из лодок оказался и сам капитан. Одетый по погоде, в куртку из дубленой овчины, он смотрел на маячивший совсем близко причал и с нетерпением ждал, когда они уже наконец пристанут к берегу. Словно его там кто-то ждал.
Утро выдалось погожим несмотря на легкий морозец. Крохотные льдинки, как осколки стекла, болтались на волнах у самого берега и ослепительно блестели на солнце. Джеймс помог матросам выгрузить ящики, дождался, когда появится Бойд со своей телегой и уже знакомой лошадкой впряженной в нее, и, погрузив остро пахнущий цитрусом груз, вместе с ними отправился в город. В самом центре царило оживление. Развернувшаяся ярмарка, не такая большая, как городах на больших островах, но такая же шумная, собрала почти весь простой люд. В воздухе пахло свежей выпечкой, карамелью и корицей. Повсюду бойко переговаривались между собой и от души смеялись люди. Стайки разрумянившейся от мороза и предвкушения праздника ребятни сновали туда-сюда среди лотков. Они то и дело перебрасывались снежками, вызывая недовольство у взрослых, но даже это не могло испортить им настроения.
Показавшуюся вскоре телегу, доверху груженную ящиками с апельсинами моментально окружила детвора. Они галдели и тянули руки к ярким иноземным фруктам, которые еще пару дней назад, были загружены на борт французского торгового судна в Лондоне, чтобы отправиться в Париж. Джеймс ничуть не жалел, что потратил время и взял на абордаж ту лоханку. Оно того стоило. Уже хотя бы потому, что у местной детворы будет на одно лакомство больше. Сидя на самом верху пирамиды из ящиков, Джеймс бросал апельсины ребятне и громко смеялся, когда какой-нибудь особо нетерпеливый пацаненок выскакивал из общей массы и ловил крупные яркие шары налету.
— Эй, не шумите вы так, — смеялся он. — Всем хватит.
Он соскочил с телеги сразу же, как только та остановилась, и его тут же окружили дети и подростки. Он высился среди них как Гулливер среди лилипутов. Раздав апельсины всем, кто еще не получил свою долю, Джеймс подхватил три некрупных фрукта и принялся ими жонглировать, чем привел ребятню в еще больший восторг. Даже взрослые и те, глядя на то, как веселятся их дети, как будто забывали, что перед ними один из пиратов. В отличие от господ, что жили в своих отстроенных поместьях и особняках, простой народ не питал к морским разбойникам особой неприязни. Их опасались, конечно, как и стоит опасаться подобных людей, но вовремя пущенный слух, что флотилия Макрея не угроза, а защита острова, внес в настроения людей долю спокойствия по отношению к пиратам. И Джеймс пользовался ею теперь, развлекая ребятню и перебрасываясь с сыновьями Бойда, которые разгружали телегу, редкими фразами.
Джоанну, стоящую чуть в стороне от лотков, Джеймс заметил не сразу, но когда все же заметил, встретившись с ней глазами, сам не заметил, как начал улыбаться, но уже совсем по-другому. Не так, как улыбался, когда раздавал апельсины или веселил ребятню своими манипуляциями с апельсинами. Раскрасневшаяся на легком морозе, она смотрела своими огромными черными глазами, и Джеймс вдруг подумал, что именно ради этого он так торопился вернуться на Штормовой. Ради этого ее взгляда, согревающего не хуже грога или глинтвейна, запах которого доносился до него откуда-то со стороны лотков и лавочек.
Несмотря на недовольные возгласы ребят, Джеймс прекратил жонглировать и, подхватив, все три апельсина, направился прямиком к мисс МакАлистер. Он совершенно не думал о том, как это будет выглядеть со стороны, и какие слухи начнут расползаться по городу, когда их увидят вместе. В конце концов, он не мог просто взять и сделать вид, что они не знакомы. Но для видимости решил обращаться к Джоанне на "вы", как и подобает.
— Смотрю, вам уже лучше, — вместо приветствия заметил Джеймс. — Как лодыжка? Не беспокоит?
Подойдя к ближе, и заметив, что девушка не одна, а в компании, капитан склонил голову в сторону девчушки того пограничного возраста, когда девочка только учится становиться девушкой, но все еще дитя по сути. Смущенная вниманием к своей персоне, девочка чуть было не спряталась за свою более взрослую спутницу, но любопытство все же взяло верх. Острый как у лисенка нос торчал из-за локтя мисс МакАлистер, а глаза заинтересованно поблескивали в его сторону.
— Надеюсь, мисс не откажет мне в любезности, — Джеймс протянул девчушке ярко-красный шар апельсина, согретый в его руках и от того особенно остро пахнущий. — Мне говорили, что этот сорт особенно вкусный, но сам я еще не пробовал, — он перевел взгляд на Джоанну и вручил ей второй апельсин. Третий остался у него, и Джеймс неосознанно перебрасывал его из ладони в ладонь, словно продолжая жонглировать, но уже одним фруктом, а сам тем временем рассматривал Джоанну, пытаясь разобраться в собственных мыслях и ней и о том их разговоре несколько недель назад. Может теперь она и знала о нем чуть больше, но, к счастью, далеко не все.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-03-21 17:13:16)

+2

14

[indent] При виде Джеймса Эванса, весело жонглирующего фруктами, сердце в груди Джоанны предательски подпрыгнуло и совершило невероятный кульбит. Она могла сколь угодно тешить себя иллюзией, будто бы не искала взглядом в толпе знакомый силуэт и втайне не мечтала встретиться, что забыла приятное томление в груди, оставшееся после встречи на берегу. Реальность быстро расставила всё по местам, показав, сколь глубоко ошибалась мисс МакАлистер. Встретившись взглядами с капитаном, девушка тут же смущенно отвела глаза. Теперь её щечки раскраснелись не только и не столько от мороза. Первым порывом было уйти – слиться с толпой, скрыться, пока Джеймс Эванс занят апельсинами и окружившей его гомонящей детворой и не догадался подойти. Джоанна поспешно сосредоточила своё внимание на Маргрете, как раз заканчивающей рассказывать о том, что ждет лиц женского пола, опрометчиво ставших под омелу. Ответила она девочке как-то совершенно невпопад, краем глаза заметив, что шоу с жонглированием апельсинами закончено и капитан Эванс со свитой направляется в её сторону. Капитулировать было поздно.
[indent] – Да, мне намного лучше, спасибо, - сдержанно ответила Джоанна, опустив глаза. Они снова были на вежливое Вы, и пусть так было лучше для общения при свидетелях, но отчего-то внутри неприятно царапнулось. Девушка вздохнула и, не зная, куда деть руки, ободряюще обняла за худенькие плечики свою юную спутницу, по-детски спрятавшуюся за мисс МакАлистер. Джеймсу Эвансу демонстрировались только острые носик, усыпанный бледными веснушками, блестящие любопытные глазенки и выбившаяся из-под капюшона прядь медно-рыжих кудряшек. Осмелев, Маргерете высунулась ещё чуть-чуточку, чтобы поглядеть на самого настоящего пирата. Когда ещё вблизи такую птицу рассмотришь? – Лодыжка почти не напоминает о себе. А как Ваши дела? – спросила Джоанна из вежливости, лишь с опозданием сообразив, что это может быть расценено, как попытка узнать, по каким волнам носило «Илиму» с её капитаном, пока их не было в городе. К счастью, Джеймс этот вопрос либо не заметил, либо тактично проигнорировал, переключившись на Маргрете. Девочка тут же засмущалась и снова нырнула за мисс МакАлистер, успев, правда, схватить апельсин. Повадками она сейчас напоминала неприрученного котёнка, только что принесенного в новый дом.
[indent] – Думаю, мисс даже вспомнит о вежливости и вас поблагодарит, - серьезно сказала Джоанна. Маргрете, правильно уловив намёк в словах хозяйки, едва слышно что-то пробормотала, вцепившись обеими руками в свой апельсин. – Спасибо, - улыбнулась девушка, принимая из рук Джеймса свой фрукт. Он остро и терпко пах цитрусами, а яркая кожура ещё хранила тепло чужих рук. – А что это за сорт? Может, расскажете нам с мисс Маргерте? – Джоанна снова беспечно улыбнулась, скрывая тот факт, что разговор дается ей не так легко, как хотелось бы. Она много думала о Джеймсе Эвансе и простое осознание этого факта, пришедшееся неожиданно и очень не к месту, жаркой волной смущения прокатилось по телу. Ей хотелось расспрашивать капитана, хотелось послушать его истории, хотелось побыть ещё немного рядом с ним, но глупые правила приличия не одобряли подобное поведение для леди. Нехорошо считалось и просто быть в обществе постороннего мужчины без хотя бы другой девушки. Что и говорить о пирате?
[indent] Мисс МакАлистер почти придумала причину уйти, спасая себя от нового витка преследований. Она уже достаточно разбередила воображение и душу, чтобы Джеймс Эванс преминул воспользоваться такой возможностью и не появился сегодня ночью в её сне. Однако дети спутали все карты.
[indent] Ребятне свойственна очаровательная непосредственность. Особенно той, что выросла в деревне, в простой семье и не была испорчена этикетом и прочим воспитанием. Детвора искренне веселилась, не поминая, что вот этом мужчина, угощавший их апельсинами и развлекавший простеньким представлением, - на минуточку пират, который может быть жестким и даже жестоким. Маргрете как в воду глядела, когда говорила хозяйской дочке, что ей не следует становиться под омелу. Ужасающую опрометчивость этого поступка мисс МакАлистер осознала тогда, когда гомонящая ребятня сомкнула ряды, окружив её и Джеймса Эванса плотным кольцом. Их любопытные глазёнки бойко сверкали, а живой интерес на мордашках никто и не думал скрывать. Правда, вызван он был вовсе не тем, о чем могла бы предположить Джоанна.
[indent] – Вы целоваться-то будете? – с ходу взял быка за рога самый старший из мальчишек. Задать этот вопрос он собирался с духом долго, очевидно, опасаясь получить нагоняй за такие вольности. Но подбадривающие взгляды товарищей и их негромкое шиканье подстегнуло мальчишку. Набычившись и держась нарочито смело, даже немного нагловато, он продолжил, исподлобья глядя на капитана Эванса. – Вон омела-то, - чумазый палец в подтверждение обвинительных слов ткнулся в венок, висящий аккурат над головой не только Джоанны, но и Джеймса. – У нас так заведено, - хихикающая, охающая и шепчущаяся толпа оцепления намекала, что так просто провинившуюся парочку отсюда не отпустят. Мисс МакАлистер обмерла, мучительно заливаясь краской. Маргрете даже не охнула – испуганно пискнула, как перепуганный мышонок. А ведь она предупреждала хозяйку, жаль только, Джоанна её не послушала. Теперь девушка вынуждена была алеть и задыхаться от дикой смеси смущения и возмущения. Стоило бы дать маленьким обормотам хорошую отповедь, чтобы помнили, с кем говорят. Но все слова и мысли испарились из головы мисс МакАлистер. Растерянно хлопая глазами, она переводила взгляд с одной развеселой мордашки на другую, пока не наткнулась на ухмыляющееся лицо Джеймса Эванса. Её бросило из холода в жар уже от гнева. Ему, кажется, происходящее доставляет удовольствие!
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-03-22 23:14:04)

+2

15

Очнувшись как ото сна, Джеймс перестал рассматривать Джоанну и уставился на ярко-красный апельсин в своей руке, словно не понимал, откуда он у него вообще взялся. Он попытался припомнить, откуда именно прибыли эти фрукты в порт Лондона, прежде чем отправиться на торговом бриге в Париж и попасть вместе с остальным грузом прямиком в загребущие лапы пиратов. Кажется, тот торгаш-лягушатник говорил что-то о Сицилии, пока они вычищали трюмы. Стоило только уцепиться за эту ниточку, как слова потекли сами собой.
— О, это особенный сорт, который вывели в далекой Италии на острове Сицилия, — говорил он, расковыривая и счищая пальцами кожуру и обнажая кроваво-красную мякоть, от одного вида которой рот наполнялся слюной. — Говорят, что они такие красные потому что растут совсем близко к вулкану Этна, но я, если честно, не знаю точно, — он отделил от апельсина одну дольку, истекающую непривычно красным соком, и отправил ее в рот. — Зато могу с уверенностью сказать, что они очень вкусные, — прожевав, вынес он свой вердикт. Во рту словно взорвалось сладкое пушечное ядро, настолько насыщенным и ярким был у апельсина вкус. Немного терпкий, чуть ягодный. Необычный, одним словом. Джеймс успел зажевать почти половину прежде чем осознал, что вокруг них с Джоанной столпилась вся та ребятня, которую он только что развлекал примитивными фокусами. И им явно что-то было от них нужно. На долю секунды Джеймс даже немного растерялся и почувствовал себя не очень комфортно в окружении этих маленьких человечков, но потом напустил на себя самый серьезный вид и вежливо поинтересовался:
— В чем дело, джентльмены?
Его грозный вид спровоцировал волну нерешительности, прокатившуюся по стайке детей, но должного эффекта ни на кого в итоге так и не произвел. Самый старший из пацанят набрался смелости и выпалил то, что не давало малышне покоя все это время. Вскинув бровь в изумлении, Джеймс вопросительно посмотрел на Джоанну, раскрасневшуюся до конкуренции с сицилийским апельсином, и уже собрался было поинтересоваться, что за шутки они тут шутят, но потом ему указали на висящую над ними омелу, и все встало на свои места само собой.
От неожиданности капитан не сдержался и нервно хохотнул. На его лице вдруг появилось новое выражение. Продолжая улыбаться странной улыбкой, Джеймс опустил взгляд с коварно подвешенной кем-то прямо у них над головами веточки на девушку, стоящую с ним рядом. Ребятня не унималась и явно не собиралась их отпускать, пока традиция не будет соблюдена как полагается. Но сам Эванс уже не обращал на них никакого внимания. Он был сосредоточен на одной только Джоанне, которая мучительно краснела уже совсем не от мороза, а от смущения. И некоторой доли возмущения, конечно же. Как и положено девушке ее происхождения и воспитания. Но до чего же она была хороша в своем гневе... Джеймс встретил ее взгляд все с той же улыбкой, но что-то нехорошее полыхнуло в его глазах, когда он понял, что она злится и на него тоже. Вот только за что? За то, что он оказался рядом с ней? Или за то, что вообще появился в ее жизни так не вовремя? А может за то, что был тем, кем был?
— Похоже, простым поцелуем в щечку отмахнуться тут уже не получится, — заметил он и, слегка и почти совсем ненавязчиво сократив разделяющее их расстояние, навис над девушкой. Улыбка его все больше стала напоминать хищный оскал. — Но такой девушке, как вы, мисс МакАлистер, совсем не пристало целоваться с каким-то там пиратом, верно? Вот будь на моем месте офицер Ее Величества, другое дело.
Зачем он все это говорил. Зачем пытался поддеть и уколоть Джоанну ее же собственным неодобрительными отношением, к тому, кем он стал и чем занимался. Как бы хорошо она к нему не относилась, как бы не пыталась оправдать его в своих глазах, было очевидно, что останься Джеймс Эванс в прежнем качестве, ей было бы куда приятнее и спокойнее в его обществе. Боялась ли она его. Осуждала ли. Джеймс не знал и не хотел знать. Сейчас его занимал лишь один вопрос. Что будет, если он ее все же поцелует?
— Это всего лишь поцелуй, — решил напомнить он девушке и, подняв руку, коснулся ее подбородка костяшкой пальца, чуть приподнимая ее лицо. По окружающей их стайке ребятни прокатился вздох, когда он наклонился к мисс МакАлистер и легко коснулся ее губ своими. Он вполне мог ограничиться и этой малостью. Традиция была бы соблюдена, а ребятня, удовлетворившись увиденным, отстала бы от них. Но капитан Эванс не привык делать что-либо лишь наполовину. Стоило ему только поймать чужой испуганный всхлип и распробовать вкус губ Джоанны, как взыграл тот самый мятежный дух и жажда наживы, что делала его пиратом не только по роду деятельности, но и в душе. Его личная добыча была прямо перед ним, стояла полыхая щеками и умопомрачительно пахла карамелью и конфетами, как рождественский подарок, который заждался под елкой, и он не собирался вот так просто ее упускать. Пират он или кто. Тем более, что сама девушка как будто и не противилась вовсе. И Джеймс углубил поцелуй.
Прилетевший из ниоткуда снежок разрушил все хрупкое волшебство момента и, разбившись о плечо Эванса, осыпался на землю вместе со звонкими осколками чего-то такого, чему не было ни названия, ни хоть какого-то определения. Оторвавшись от губ Джоанны, Джеймс сердито зыркнул в ту сторону, откуда прилетел снежок. Довольная сверх всякой меры ребятня тут же сбрызнула в разные стороны, прячась за взрослых и лотки с товарами. Их звонкий смех грубо врывался в неестественную тишину, что окутала целующуюся под омелой парочку, и звал за собой, обратно в реальный мир. Но как же не хотелось туда возвращаться.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-03-23 01:56:17)

+2

16

[indent] Замечание про то, что эти фрукты – очень вкусные, будто призыв поторопиться. Переглянувшись с мисс МакАлистер, девочка одновременно с ней запустила короткие ноготки в кожуру, принявшись освобождать от неё сочную мякоть. Из-под пальцев брызнул яркий оранжевый сок. Справившись с кожурой и разломав апельсин на дольки, как это сделал Джеймс, Джоанна отправила первую в рот. Вкус оказался необычным – яркий, немного терпкий и совершенно непривычный, он заполнял рот и заставлял едва ли не жмуриться от удовольствия. Обеим леди он определенно нравился, если судить по тому, что в считанные минуты от апельсина осталась только горстка шкурок в ладонях.
[indent] Наверное, стоило не наслаждаться заморскими фруктами, а последовать совету дальновидной Маргрете. Девчушка испуганно обхватила свою спутницу ручонками, и думать забыв, что ещё минуту назад вела себя нарочито по-взрослому. А у Джоанны все слова застряли в горле, мешая дышать. Растерянно хлопая глазами, она переводила взгляд с одной довольной мордашки на другую и с трудом понимала, о чем они лопочут. Девушка тоже подняла глаза, проследив за направлением чумазого пальца, указывающего на предательский веночек омелы над головой. Над головами. Он висел аккурат над ней и капитаном Эвансом, издевательски покачиваясь на лёгком ветерке. Если бы мисс МакАлистер могла испепелить его взглядом, то от несчастной омелы уже остались бы жирные хлопья серого пепла. Ребятня довольно захихикала вслед за хохотнувшим Джеймсом Эвансом и поплотнее сдвинула ряды на случай, если вдруг кто-то из пойманных под омелой решит попробовать удрать. Кажется, единственной, кому происходящее не доставляло удовольствия, была Джоанна. Она с трудом сфокусировала взгляд на лице пирата, и появившаяся на губах мужчины улыбка заставила сердце предательски дрогнуть. Мисс МакАлистер хотела сделать шаг назад, но ноги будто примёрзли к земле. Всё тело отказывалось её слушаться.
[indent] Девушка растерянно моргнула, обнаружив, что капитан Эванс стоит к ней гораздо ближе, чем был. И намного ближе, чем то следовало бы по правилам приличия. Она ещё больше раскраснелась, но из жара её сразу же бросило в холод, когда одним плавным кошачьим движением Джеймс приблизился к ней ещё на шаг. Улыбка его превратилась в звериный оскал, от которого по коже побежали щекотливые стайки мурашек. Теперь горло сдавливало не возмущение, не смущение, а самый натуральный страх. Это было как обнаружить под личиной любимого котёнка матёрого тигра, изготовившегося к прыжку. Под взглядом нависшего над ней пирата Джоанна потерянно сжалась и даже немного ссутулилась, в волнении прикусив нижнюю губу. Капитан злился. Раздражение расплывалось от него волнами, словно круги по воде от брошенного камня. Но растерянно хлопающая ресницами девушка всё никак не могла понять, чем его рассердила. Ей нелепо хотелось извиниться, а ещё сильнее – попросту убежать.
[indent] – Нет, - едва слышно прошептала помертвевшими губами мисс МакАлистер. Звук собственного голоса будто привёл её в чувство. Плечики горделиво расправились, а подбородок вздернулся, пряча за напускной бравадой таящийся в душе страх. – Мне нет дела до того, что пират передо мной или офицер. Я никому не позво…
[indent] Что там хотела сказать мисс МакАлистер дальше, никто так и не узнал.  Стоило Джеймсу всего лишь легонько коснуться костяшкой пальца её подбородка, принуждая приподнять его ещё немного, как всю смелость словно ветром сдуло. Заторможенно моргнув, она чуть приоткрыла губы, пытаясь вдохнуть. Ей остро не хватало воздуха. Одно прикосновение чужих тёплых губ выбило почву из-под ног и едва не лишило сознания. Голова неожиданно закружилась и мисс МакАлистер, всхлипнув, сгребла в горсть куртку на груди капитана Эванса, чтобы удержаться от позорного падения. Мужчина углубил поцелуй, превратив его из почти невинного прикосновения губ к губам в самый настоящий. Фактически он сейчас вёл себя как самый настоящий пират – нахально крал то, что ему никогда не принадлежало по праву. Ещё ни разу в жизни Джоанна не целовалась. Не считать же за первый опыт робкое касание губ на долю мгновения много лет назад? Она мечтала об этом моменте, в красках представляла его, но ни в одной фантазии к ней не являлась подобная картина. Сознавай девушка сейчас происходящее в полной мере, глаза обожгло бы слезами обиды. Но Джоанна понимала только то, что мир вдруг сузился для неё до окутывающего её чужого запаха, тяжёлых рук, лёгших на талию и прижавших ещё чуть ближе к себе, и губ, бесстыже сминающих её губы.
[indent] Возвращение к реальности далось с трудом. Пошатнувшись, мисс МакАлистер ошарашенно хлопнула глазами, пытаясь осознать происходящее. Отважная Маргрете, чьи ручонки давно уже не цеплялись за юбку старшей подруги, отчаянно хотела помочь. Этот поцелуй виделся девочке самым настоящим бедствием. Единственным способом прервать его, пришедшим в голову юной героини, оказался обычный снежок. Пущенный карающей рукой, он врезался в плечо капитана Эванса. Ребятня расхохоталась пуще прежнего, ничуть не смутившись сердитого взгляда. Дети прыснули в разные стороны, успев запустить в пирата ещё пару-тройку снарядов. Один из них попал в мисс МакАлистер, окончательно вернув её на грешную землю. Девушка поспешно отпустила чужую куртку, мучительно заливая краской. На мгновение Джоанна коснулась подушечками пальцем губ, как если бы ещё не верила в реальность поцелуя. Реальность расплывалась, и осознание того, что только что Джеймс Эванс прилюдно и совершенно неприлично поцеловал её, не спешило вставать перед мисс МакАлистер в полный рост. Зато неожиданно проснулось что-то почти детское, хулиганское.
[indent] Стараясь не размышлять о последствиях и не давать себе шанс одуматься, девушка отступила на пару шагов и присела на мгновение на корточки. Неловко слепленный снежок отправился в полёт, смачно впечатавшись неожиданно обернувшемуся мужчине в лоб. Джоанна испуганно распахнула глаза. Эффект получился несколько более масштабный, нежели она предполагала. Но отступать было поздно. Предвкушая грандиозные последствия, девушка, отскочила ещё на шаг назад и принялась готовить себе ещё один снаряд. Терять её, в общем-то, было нечего, судя по лицу капитана Эванса. Рассмеявшись, она запустила его в Джеймса, на этот раз промахнулась. Зато попала Маргерете, верно обстреливавшая пирата из-под прикрытия какого-то угла.
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-03-25 00:54:04)

+1

17

— Это война! — возмутился Эванс, прогрохотав на всю площадь так, что тонкие стекла в окнах ближайших домов задрожали. Но как бы грозно не звучал его голос, малышня только хохотала и дразнилась в ответ, обстреливая его из своих укрытий снежками. Даже мисс МакАлистер досталось. Джеймс с сожалением выпустил ее из своих рук, как только понял, что пора уже восстановить дистанцию, и тут же собрал в освободившиеся ладони хорошую порцию снега. Увернувшись сразу от нескольких снежных снарядов, он метнул свой первый снежок в прячущегося за каким-то торговцем чумазого пацаненка. Метил он при этом не столько в него, сколько в залихватски надетую набекрень шляпу сердитого мужичка, что крутился вокруг своей оси, безуспешно пытаясь выловить сорванца за ухо. Шляпа слетела с головы, обнажив румяную плешку, и покатилась по снегу под веселый смех ребятни, но Джеймс решил не останавливаться на этом. На площади было довольно людно и у него уже нашлось на примете предостаточно целей, чтобы вдоволь помазать и повеселить ребят.
— Канониры к пушкам! — привычным не терпящим возражений тоном командовал Джеймс, хотя был по факту один против всех. Или не совсем один. Вспомнив, что где-то тут под самым его боком только что была Джоанна, он обернулся к ней и сразу же смачно получил снежком аккурат в лоб. Снаряд осыпался, а пораженный до глубины души таким коварным предательством Джеймс, отфыркавшись от снега как кот, которому щелкнули по носу, смерил девушку нарочито сердитым взглядом.
— И ты, Брут?
Душа требовала возмездия и, забыв на время про остальных своих противников, что уже без разбору перекидывались снежками между собой, Эванс сгреб с первой же попавшейся поверхности добрую порцию снега. На лице его вовсю блуждала кровожадная и вместе с тем восторженная улыбка, в которой явственно читалось предвкушение сладкой мести. И эта месть не заставила себя ждать. Увернувшись от снежка Джоанны и почти не обратив внимание на еще один, прилетевший от девчушки, что совсем недавно пряталась от него за юбкой своей спутницы, а теперь отстреливалась ото всех подряд, прячась за груженной дровами телегой, Джеймс прицелился и запустил свой снежок. Туго сбитый в почти идеальный по форме шар ком снега, однако, полетел совсем не в мисс МакАлистер, которая была перед ним как на ладони, а в козырек лавки, рядом с которой девушка так неосмотрительно стояла. Весь скопившийся на скате снег, потревоженный его метко запущенным снежком, с тихим шорохом соскользнул по косой поверхности и обрушился на стоящую под ним девушку. Снега было не так чтобы много, но достаточно, чтобы свалить Джоанну с ног, осыпав ее почти целиком.
Издав победный клич, Эванс перемахнул через невесть откуда взявшиеся санки с мешком картошки на них и подошел к образовавшемуся его стараниями небольшому сугробу, из которого торчала руками и ногами его поверженная противница. Выглядела она несколько дезориентированной, но на первый взгляд как будто не пострадала.
— А теперь ты должна признать свое поражение и сдаться, — резонно заметил Джеймс, возвышаясь над Джоанной во весь свой рост и улыбаясь во всю ширь, а потом нагнулся и протянул ей свою руку, чтобы помочь выбраться из кучи снега. — Не ушиблась?
Не успела девушка ответить, как дверь лавки распахнулась и в клубах теплого воздуха и запаха домашней выпечки показалась дородная женщина в фартуке. Шириной она была не меньше четырех Эвансов. В ее перепачканных мукой руках у нее была скалка, один вид которой внушал священный трепет.
— Это что еще такое? — басовитым голосом возмутилась стряпуха. — Что это вы мне тут устроили?!
С детства приученный опасаться женщин, вооруженных скалками и прочей убойной кухонной утварью, Джеймс среагировал почти мгновенно. Он схватил Джоанну за руку, буквально выдернул ее из сугроба и сиганул прочь со скоростью попавшегося на горячем хулигана, волоча девушку на буксире. Снежная битва между тем продолжалась. Снаряды пролетали над их головами, разбивались о вывески и стены домов и лавок, мимо которых они пробегали, осыпая беглецов снегом с ног до головы, но очень скоро они покинули зону обстрела и оказались за углом какой-то таверны, где Джеймс и остановился чтобы перевести дух. От быстрого бега в груди громко ухало, а в горле саднило от переизбытка холодного воздуха, но он как будто всего этого не замечал. Его разбирало давным давно позабытое сорванцовое веселье и он даже не пытался его сдерживать. Джеймс растер лицо свежевыпавшим снегом и, привалившись к стене, вдруг рассмеялся. Он смеялся, смеялся и смеялся и все никак не мог остановиться, чувствуя, как где-то глубоко внутри наконец-то начинает отогреваться что-то давным давно замерзшее и почти заледеневшее. Безнадежно сломанное, как он думал, но, судя по всему, ошибался.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

+2

18

[indent] Мисс МакАлистер под нарочито сердитым взглядом обернувшегося к ней мужчины сначала стушевалась на мгновение, но тут же гордо вздернула подбородок и звонко потребовала:
[indent] – Сдавайтесь, капитан Эванс, вы окружены! Сдавайтесь сейчас и мы пощадим вас!
[indent] Ребятня поддержала девушку взрывом смеха, нестройными одобрительными возгласами и целым залпом снежков, большая часть из которых достигла цели. Заметив в руках Джеймса целый сугроб, очевидно, предназначенный для мести мисс МакАлистер, Джоанна пискнула и заметалась взглядом по сторонам в поисках укрытия. На его роль была выбрана тележка одного из торговцев, но успела девушка только подобрать юбки, путающиеся в ногах. От меткого выстрела капитана с крыши дома, под навесом которого она стояла, сползла целая куча снега. Взвизгнув, Джоанна под торжествующий вопль бессовестного пирата опрокинулась назад, больно приложившись о землю пятой точкой. Испугавшаяся мисс МакАлистер тут же заработала руками, отгребая от себя снег. От шока девушка даже не подумала подняться на ноги. Растерянно хлопая глазами, она сидела на земле, пытаясь отереть с лица снег. После атаки её накрыло с головой, и теперь девушка вся была усыпана им с ног до головы – шапка, одежда, даже на ресницах трепетало несколько снежинок. Отфыркиваясь, будто недовольный котёнок, Джоанна стерла со щеки мокрую дорожку подтаявшего на теплой коже снега и возмущенно сверкнула глазами на возвышающегося над ней Джеймса Эванса. Он улыбался так, что, наверное, должно было сводить скулы и просто лучился самодовольством. В ответ на предложение признать поражение мисс МакАлистер отрицательно мотнула головой и, набрав полную грудь воздуха, собралась высказать этому наглецу всё, что думала – о нём самом, о его дурацкой выходке и об украденном первом поцелуе, что должен был достаться вовсе не ему. Негодование, кипевшее внутри, было столь сильно, что затмевало даже опасения насчет того, кем являлся капитан Эванс. Пиратом, опасным и непредсказуемым человеком, позволявшим малышне играть с собой в снежные войны только ради собственного развлечения. Захотел бы – пресек бы всё даже раньше, чем баталия бы началась. Но полыхающий в груди колючим комком праведный гнев придавал непривычной решительности.
[indent] Разразиться сердитой тирадой мисс МакАлистер помешало появление миссис МакКоннел. О, эту во всех смыслах великую женщину побаивался даже собственный супруг. Ходили слухи, что будучи не в духу, она вполне могла поколотить его скалкой, в её руках превращавшейся в грозное оружие. В тяжелых руках, о чем говорило поведение шестерых сыновей, ни один из которых не перечил строгой маменьке напрямую. Широко распахнув глаза и сжавшись под пригвоздившим к месту тяжелым взглядом суровой женщины, Джоанна даже не поняла, как и когда Джеймс Эванс выдернул её, будто морковку из грядки, рывком поднял на ноги и потащил прочь. Вслед им неслись смех детей, продолжавших снежное побоище, и ругань миссис МакКоннел, недовольной образовавшимся прямо перед её дверью сугробом.
[indent] Джоанна едва успевала перебирать ногами вслед за капитаном Эвансом, за руку протащившим её через площадь под градом снежных снарядов. Машинально она пригнулась от одного из них, бесславно разбившегося о стену ближайшего дома, и пискнула, оскользнувшись на льду и едва не упав. Завернув за угол ближайшей к площади таверны, беглецы попали в узкий переулок. Петляя, они бежали ещё какое-то время. У мисс МакАлистер болели ноги, огнем горели легкие и немилосердно кололось в боку. Ей казалось, что до того, как капитан Эванс остановился, прошла целая вечность. Сердце в груди колотилось и громко бухало, стукаясь в панике. Схватившись за бок, девушка наклонилась вперед, насколько позволял корсет, тяжело дыша и жадно хватая губами морозный воздух. От этого костер в груди разгорался только сильнее. Джеймс неожиданно весело расхохотался. Джоанна подняла на него взгляд, минуту смотрела за заливающегося мальчишеским смехом пирата и… Тоже заливисто рассмеялась. Они хохотали, как умалишенные. Немного успокаивались, переглядывались и снова смеялись. Наконец, остановившись, мисс МакАлистер взглянула на Джеймса нарочито строго.
[indent] – Вы ужасно на меня влияете, капитан Эванс, - качнув головой, укорила мужчину девушка. Внутри бушевало что-то непривычное, недостойное леди и скорее ожидаемое от сорванца. Вспомнив, что вчера они вернулись к ты и Вы было игрой на публику, Джоанна тут же поправилась. – Ты влияешь. Игра в снежки, беготня по городским улицам. Что дальше? – в притворном возмущении мисс МакАлистер толкнула капитана в плечи. Довольно сильно, надо сказать, толкнула, потому что в её головке, вскруженной адреналином после снежков и забега, созрел план. Они стояли на пригорке, спускающемся к небольшому пруду, где ребятишки нередко катались на коньках. Склон к тому же полировался скатывающимися с него детьми. Если конкретно, то Эванс стоял спиной к водоему, на самом крае, что было очень удобно. Один толчок девичьими ручками, максимально резкий, предательский лёд под ногами – и мужчина заваливался назад. Не рассчитала мисс МакАлистер только одного: того, что в последний момент пират успеет сомкнуть руки на её талии и потянуть шалунью за собой. Заверещав и обомлев от ужаса, Джоанна полетела с горочки вниз на капитане Эвансе вместо салазок.
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]<hr>The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

+2

19

Мышцы живота уже начали ощутимо ныть от напряжения, когда веселье пошло на убыль, но все еще продолжало пробегать щекотными искрами по телу, вызывая приятную дрожь. Джеймс выпрямился, прошелся туда-сюда вдоль края пригорка, отряхиваясь от снега, что успел забиться ему за шиворот и даже в карманы, глянул вниз на пруд, вычищенный кем-то для того, чтобы ребятне было где кататься на коньках, и снова повернулся к Джоанне. Еще недавно, заливисто хохочущая с ним в унисон, она успокоилась, но румянец так и не сошел с ее щек. Глаза блестели, на губах ее то и дело появлялась знакомая ему задорная улыбка. Даже когда девушка заговорила нарочито строгим голосом, капитан Эванс не купился и только головой покачал, хитро улыбаясь.
— А, то есть это я во всем виноват? Как удобно...
Не успел он изобразить оскорбленную невинность и упрекнуть мисс МакАлистер в столь несправедливом обвинении, как она все с тем же деланным возмущением толкнула его в плечи. Все бы ничего, но стоял Эванс в слишком рискованном месте. Довольно сильный тычок покачнул его и заставил опасно накрениться, все остальное сделал лед под ногами, коварно припорошенный снегом и потому не замеченный сразу. Последнее, что Джеймс успел сделать перед неминуемым падением, это схватить девушку за руку и дернуть на себя. Вниз они покатились уже вместе, вцепившись друг в друга намертво.
Укатанная и отполированная десятками беспокойных детских задниц горка блестела на солнце глянцем. Джоанна верещала в ужасе от собственной выходки, обернувшейся так неожиданно, а капитан Эванс, как и положено человеку с военным прошлым, уже искал пути решения проблемы, но потом вдруг понял, что проблемы как таковой нет и нужно просто подождать, когда законы физики сделают свое дело. Оказавшись на пруду, намертво сцепившаяся парочка прокрутилась несколько раз, гася скорость, и буквально воткнулась в огромную гору снега. Их тут же осыпало сверху, накрыв почти целиком. На несколько мучительно долгих секунд над прудом воцарилась звенящая тишина, будто и не было ничего. Где-то далеко в лесу еще играло эхо девчачьего визга, но даже он уже начал стихать, когда погребенный под девушкой и слоем снега Джеймс наконец-то завозился и заворчал, как медведь в своей берлоге. Отплевываясь и отфыркиваясь от снега, который забился даже в нос и уши, он кое-как выковырял себя из снежной массы и сел.
— Ну что, добилась своего? — с насмешливым упреком посмотрел он на сидящую на нем верхом девушку. Одного взгляда в ее круглые от пережитого глаза было достаточно, чтобы рассмеяться вновь. Эванс даже откинулся на спину, потому что сидеть и хохотать, вновь напрягая живот, было слишком больно. На этот раз, по крайней мере, приступ неконтролируемого веселья продлился недолго. Выдохнув с блаженным стоном, капитан Эванс снова завозился и сел, озираясь по сторонам. Снег вокруг них был таким белым и так искрил на солнце, что на него было больно смотреть.
— Столько снега... — надсаженным от смеха голосом заметил Джеймс. — В Лондоне столько никогда не бывает, — он помолчал и вдруг скривился в горькой усмешке. — Раньше я каждую зиму лепил целые армии снеговиков, а теперь даже не могу вспомнить, когда в последний раз у меня была такая возможность.
Он загреб немного снега в ладонь и задумчиво смял его, со всем вниманием глядя на то, как тот тает от его тепла и слипается в неаккуратный комочек с округлыми вмятинами от пальцев. В Африке со снегом дела обстояли печально, хотя в некоторых особо высоких горах еще можно было найти заснеженные вершины, а когда они вернулись в Северное море, было как-то не до снеговиков. Всегда в море, всегда в деле. Впервые за очень много лет у Джеймса появилась возможность провести время вот так просто и незатейливо. За снежной битвой и беготней от грозных теток со скалками. Когда еще выпадет такой шанс прокатиться с горки или слепить снеговика? Его запросто могут убить на следующем деле или поймать и повесить за морской разбой. А тут столько снега просто так пропадает.
— Ты ведь никуда не торопишься?
Джеймс посмотрел на Джоанну с выражением, которое можно было запросто назвать даже не вопрошающим, а просящим. Он понятия не имел, были ли у мисс МакАлистер какие-то планы или нет, но готов был настаивать, чтобы она осталась лепить с ним снеговиков.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

+1

20

[indent] Уши заложило от собственного верещания. Захлебнувшись визгом, Джоанна на мгновение замолкла, чтобы снова начать пищать спустя секунду. К паническому страху приплелись нотки нездорового восторга, от которого захватывало дух. Намертво вцепившись в капитана Эванса, будто утопающий в последнюю соломинку, и крепко зажмурившись, девушка вместе с ним прокатилась по обледеневшему склону вниз и с разгона воткнулась в высокий снежный вал. Его набросали специально, чтобы катающиеся с горки дети не улетали в пруд. Теперь же он помог окончательно загасить скорость врезавшейся в него парочке.
[indent] Оказалось, что можно перепугаться и ещё сильнее. После остановки у мисс МакАлистер была только доля мгновения короче вздоха, чтобы перевести дух. Она даже не успела открыть глаза и увидеть, как на них осыпался целый пласт снега, погребая парочку практически полностью. Под весом снежной массы, пусть и не таким великим, и гнётом ужаса Джоанна ещё плотнее прильнула к Джеймсу и уткнулась лицом в куртку у него на груди, испуганно затаив дыхание. Снова сделать вдох девушка отважилась только тогда, когда мужчина под ней пришёл в движение, завозившись в процессе отгребания снега. Крепко зажмурившись и по-прежнему держась за куртку пирата, она распахнула глаза. Прямо перед её носом маячила насмешливая физиономия капитана, успевшего сесть, нахально придерживая оказавшуюся сверху мисс МакАлистер за талию. Или чуточку ниже. А ещё… Ещё он смеялся! Округлившиеся от пережитого страха глазищи сердито сверкнули, а щёки вспыхнули смущенным румянцем, когда девушка осознала всю неприличную двусмысленность происходящего и её позы. Задохнувшись от возмущения, она гневно застучала ладошками по плечам бессовестно хохочущего мужчины.
[indent] – Ты! Ты! – задыхаясь от гнева и всё ещё бродящих в крови остатков страха, Джоанна с трудом могла вымолвить хоть слова. Облечь в слова всё то, что бурлило внутри, было решительно невозможно. Поэтому девушка ещё разок возмущенно стукнула снова откинувшегося на спину Джеймса и уставилась на него, в который раз за сегодняшний день полыхая праведным негодованием. Но с этого всё было – что с гуся вода. Поэтому спустя пару минут, выпустив пар, Джоанна уже смеялась вместе с ним. – Балбес! – это было самое ужасное ругательство из словаря девушки.
[indent] Что-то такое прозвенело в голосе капитана Эванса, что заставило мисс МакАлистер замереть и оглянуться по сторонам, другими глазами глядя на заснеженный пруд, искрящийся в лучах полуденного солнца. Опомнившись, девушка смущенно скатилась с пирата и уселась рядом с ним на колени, прямо на снег, подоткнув по сторонам юбку. Из-за корсета после грандиозного падения с горки было больно дышать, но Джоанна всё равно не могла не лучиться искренним восторгом, незамутненным даже стыдом. А стыдиться ей после всех сегодняшних выходок было чего. Но вместо этого девушка принялась деловито вытряхивать снег из капюшона и карманов, стряхивать его с волос и отирать подтаявшую влагу с теплой кожи.
[indent] – Мы можем… Ты… - неуверенно начала мисс МакАлистер, преувеличенно тщательно отряхиваясь от снега. Она запнулась на полуслове, метнув на капитана Эванса неуверенный взгляд. Он слишком увлёкся тем, как лепился в его пальцах кривоватый комок из снега, иначе бы заметил, как мучительно неловко Джоанне. Девушка хотела предложить вспомнить юность и слепить снеговика, но не отважилась. Ей показалось слишком глупым и по-детски наивным даже говорить об этой забаве с мужчиной, пережившим в своей жизни уже столько чудовищных вещей. Но мисс МакАлистер так отчаянно хотелось чем-то порадовать капитана Эванса, хоть немного отогреть его сердце, заледеневшее после предательства собственной страной и вырванных из жизни двух лет. Мечталось напомнить ему, что можно беззаботно смеяться, дурачиться, словно дети, и ненадолго переставать заботиться о тяжелом завтра и нелегком грузе прошлого. Но Джоанна всё не могла придумать, как это сделать, чтобы не выглядеть смешной.
[indent] Голос Джеймса заставил девушку встрепенуться, вырвав её из раздумий. Она сфокусировала взгляд на его лице, с удивлением уловив в голосе мужчины просительные нотки. Сморгнув, Джоанна поймала, наконец, суть вопроса. На губах сама собой заиграла лукавая улыбка.
[indent] – А у тебя есть, что мне предложить, капитан? – нарочито серьезно и задумчиво поинтересовалась мисс МакАлистер. Отказать умоляюще смотрящему на неё мужчине, будь он хоть десять раз пират, она не смогла бы. Это всё равно, что отнять леденец у ребенка. Да и к тому же Джоанне было до смерти интересно, что задумал Джеймс. Она, конечно, догадывалась, отчего сердце в груди стучало быстрее, как у перепуганного зайчишки. Но всё же хотелось, чтобы капитан сказал это вслух. Они будут всё же лепить снеговика. Мисс МакАлистер доверчиво протянула руки к поднявшемуся на ноги пирату, чтобы он помог и ей встать.
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

+1

21

Увидев, что мисс МакАлистер не против провести с ним еще какое-то время и, более того, даже рада этому, Джеймс разулыбался и живо стал пониматься на ноги. После падения с горки спина слегка ныла, но обошлось без серьезных травм. Напротив, все тело как будто пришло в тонус. Мышцы зудели невесть откуда взявшейся энергией, требуя немедленных действий, и это было весьма кстати.
— Хочу налепить снеговиков, — признался Джеймс, помогая Джоанне подняться. — Не армию, конечно, но хотя бы парочку или... семью. Давай так, ты лепишь мамашу, я леплю папашу, а потом сообразим пару ребятишек, — он осекся, переосмысливая то, что только что сказал, и немного растерянно усмехнулся, глядя на свою сообщницу сверху вниз. — Как бы двусмысленно это не звучало.
Снега было столько, что будь у них с мисс МакАлистер чуть больше времени и сил, они бы могли запросто налепить целый клан снеговиков или даже слепить аналоги почти всех нынешних жителей города. Но пришлось ограничиться всего парочкой безымянных, но с претензией на истинно шотландский колорит. Эванс так увлекся, катая первый ком снега, что отец будущего семейства получился раздобревшим и кряжистым, совсем как мистер МакКонелл, супруг той самой тетки со скалкой, от которой они с мисс МакАлистер всего лишь каких-то полчаса назад улепетывали со всех ног.
Убедившись, что Джоанна тоже перестаралась со своим снеговиком и обеспечила мамаше выдающиеся формы, не уступающие статям грозной стряпухи, Джеймс решил про себя, что будет называть эту семейку не иначе как мистер и миссис МакКоннел, но когда они закончили и стали наводить лоск, сооружая из сухих веток руки, не утерпел и рассмеялся.
— Ну, прямо копия МакКоннелов, не находишь?
Он приладил на голову снеговика, что побольше, клочок сена вместо волос, и протянул Джоанне пару рябиновых кисточек, чтобы она приладила их на голову миссис МакКоннел вместо ее рыжей шевелюры, которую она на манер скандинавских воительниц заплетала в косы и заворачивала в аккуратные калачи по бокам. Подобрав ближе к берегу несколько небольших камней, Эванс организовал снеговикам глаза, а потом, поразмыслив немного, достал из кармана тот самый апельсин, который так и не доел и который каким-то чудом уцелел после стремительного падения с горки. Пара долек обеспечила обоим снеговикам счастливые улыбки. Не хватало только морковок вместо носов.
— Что-то я запамятовал... Сколько у них сыновей? — спросил Эванс, когда они с мисс МакАлистер решили немного передохнуть и присели прямо на снег. Точно он не помнил, но в том, что парочкой снеговиков-карапузов обойтись не получится, уже не сомневался. Отсчитав нужное количество апельсиновых долек, чтобы хватило на детишек, Джеймс протянул одну из двух оставшихся Джоанне. Так себе перекус, но хоть что-то. Зато можно не сомневаться, что аппетит они оба себе нагуляли отменный. Пережевывая свою дольку, капитан Эванс поймал себя на том, что в последние полтора часа ни разу на вспомнил о своем корабле, команде и всем остальном. Все его мысли крутились вокруг простых и совершенно несерьезных вещей. Джеймс думал о ребятне, которая наверняка догадается, кто слепил этих снеговиков, и скорее всего узнает в них конкретных людей. Он думал о том, что рождественская ярмарка скорее всего еще простоит какое-то время, а значит еще можно будет разжиться овсяными пряниками. Думал о том, что Бойд скорее всего уже выгрузил все фрукты, и теперь ищет его, потому что обещал угостить своего бывшего капитана фирменными пирогами жены. Но все больше и больше мысли Джеймса занимала девушка, что была с ним рядом. Почему она здесь? Почему не сбежала от него, когда была такая возможность? И почему... почему она не боится его? Однако, тут же возникал иной вопрос. Хочет ли он, чтобы она его боялась?
— Последний рывок, — Эванс решительно поднялся и помог встать мисс МакАлистер. — Надеюсь, тебя домашние не потеряют?
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

+1

22

[indent] – Ооох, - невольно выдохнула Джоанна, ощутив при подъеме на ноги каждую ушибленную косточку в своем теле. Девушка растерянно хлопнула ресницами, не сразу сообразив, о какой двусмысленности говорит Джеймс. Только спустя пару мгновений до неё, наконец-то, дошло, и девушка залилась смущенным румянцем.
[indent] – Да, давай. Я сделаю мать, ты – отца, а потом вместе слепим детишек, - мисс МакАлистер озадаченно сморгнула и ещё сильнее залилась краской. Смутившись, она машинально повторила за капитаном Эвансом его слова. И двусмысленную часть предложения – тоже. Окончательно застеснявшись, девушка торопливо отвернулась от мужчины, пряча раскрасневшееся личико, и присела на корточки, принявшись с преувеличенной тщательностью скатывать первый ком для будущего снеговика. Увлёкшись, она и не заметила, как слепила мощное такое основание. Снеговичка у мисс МакАлистер вышла приземистая, кряжистая. Украдкой покосившись на творение рук Джеймса, Джоанна увидела пару под стать своей грозной снежной даме – внушительных габаритов мужичка, будто вросшего в землю. Девушка с энтузиазмом принялась катать следующий ком. В процессе она окончательно утратила пристойный для леди вид – вся раскраснелась, несколько прядей волос выбились из-под шапки и прилипли к влажной щечке, а плащ оказался в снегу. Но зато внутри плясало такое искристое веселье, ради которого стоило вываляться в сугробе. Мисс МакАлистер словно легкомысленно позабыла, что её соратник по снеговикам – пират и вообще-то опасный человек. Джоанна, с легкой опаской относившаяся к капитану Эвансу из-за предубеждений, вызванных родом его деятельности, сейчас совершенно не боялась его. Ей просто нравилось общество этого мужчины. Нравилось то, что это был почти вызов скучной морали – не пребывай в обществе лиц противоположного пола без компаньонки, будь серьезна и не позволяй себе ребячества. Все эти нудные правила сейчас казались просто шелухой.
[indent] – МакКоннелов? – растерянно спросила девушка, отступая на шаг и всматриваясь в двух крепеньких снеговиков, стоящих рядом. Мама, построенная при участии капитана Эванса, помогавшего мисс МакАлистер водружать массивные комы один на другой, приобрела удивительное сходство с миссис МакКоннел. Особенно после того, как Джоанна прикрепила ей на голову волосы из рябиновых веток. Девушка даже постаралась и сплела два аккуратных веночка, закрепив из по бокам на манер двух бубликов из кос, в которые имела обыкновение укладывать свои роскошные рыжие волосы миссис МакКоннел. У снеговика-папы из сена шевелюра даже предусматривала плешку на макушке, которая имелась у оригинала. – Только скалки не хватает, - рассмеялась мисс МакАлистер. Приблизительно подходящая по форме и размерам палка нашлась буквально в нескольких шагах. Приладив её в руку маме-снеговику, девушка довольно отступила на шаг, оценивая результат своих трудов. Теперь сходство было настолько явным, что даже сторонний человек мог бы признать в паре снеговиков чету МакКоннелов.
[indent] – Шесть, - немного подумав и мысленно посчитав, ответила Джоанна и тут же рассмеялась, упав на снег. – Мы столько не слепим!
[indent] Получив в руки дольку апельсина, чудом уцелевшую после горки, девушка положила её в рот и тут же покраснела, когда желудок издал совершенно непристойную негромкую трель. Аппетит за время забав разыгрался не на шутку, и скудная подачка его только раззадорила. Вздохнув, мисс МакАлистер сунула руки в карманы. Там неожиданно обнаружилось что-то твердое, будучи извлеченным наружу оказавшееся парой печенек, оставшихся от гирлянды. Немного поломавшиеся, они тем не менее все ещё годились в пищу. Если нос не задирать. Одну Джоанна протянула, немного смущаясь, Джеймсу.
[indent] – Вот, возьми, если хочешь, - щёки отчего-то снова залил румянец, а глаза беспокойно уставились в сторону от мужчины. – Не знаю, - растерянно хлопнув ресницами, встрепенулась мисс МакАлистер. Только сейчас она осознала, что находятся они здесь довольно долго, так что её вполне могли уже хватиться. Но уходить так отчаянно не хотелось, что из груди невольно вырвался полный сожаления вздох. – Мы ведь здесь не так долго, да? – взгляд карих глаз стал почти жалобным. Девушка снова доверчиво протянула руки к пирату, чтобы он помог ей подняться со снега. Немного неуверенным движением она убрала с лица прядь волос и принялась отряхивать одежду от налипшего на неё снега. Маргрете, наверное, уже переполошила Марту. Отцу едва ли доложили, опасаясь его волновать. Можно или нельзя ещё чуть-чуть задержаться? Покусывая губу, Джоанна размышляла, наверное, с несколько минут. Потом, решив для себя, вздохнула. – Полагаю, ещё немного времени у меня есть. Если мы недолго задержимся, это вряд ли уже что-то изменит. Давайте все же доделаем деток?
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

+1

23

Повертев в пальцах печеньку с поломанными краями, Джеймс посмотрел на смущенную девушку, улыбнулся чему-то и, не сказав ни слова, закинул угощение в рот. Его забавляло то, как Джоанна реагировала на него. Забавляло и в то же время озадачивало. Она явно не боялась его, но почему-то стеснялась. Совсем как много лет назад, когда была еще совсем девчонкой и мучительно краснела от любого знака внимания с его стороны. Тогда Джеймс списывал все на возраст юной мисс МакАлистер, но теперь... Он не знал, как объяснить ее поведение теперь. То, о чем ему хотелось бы думать, было совершенно невозможно по целому ряду причин, а больше на ум почему-то ничего не приходило. Поэтому Джеймс решил просто не думать об этом. Ведь все его домыслы и предположения не имели никакого смысла и теряли даже слабое его подобие, спотыкаясь об один единственный очевидный и непреложный факт, о котором не получалось забыть, как бы ему того не хотелось. Теперь они жили в совершенно разных мирах.
— Судя по солнцу, скоро полдень, — капитан пощурился на небо и просвечивающее сквозь плотную завесу облаков светило и пожал плечами. — А это значит, что прошло где-то около полутора часов.
Опустив глаза, он посмотрел на девушку, которая все никак не могла решить, как лучше поступить. Как правильнее. Но само понятие "правильно" сегодня претерпело серьезные метаморфозы. По крайней мере для самой мисс МакАлистер. Капитану Эвансу по этому поводу переживать не приходилось. От всего правильного он отказался уже давно, сделав ставку на совершенно другие ценности. Но это он, ему терять особо нечего, в отличие от девушки, чье доброе имя могли очернить нелицеприятными слухами и сплетнями после всего того, что случилось сегодня. Она сильно рисковала, согласившись остаться с ним на пруду. Джеймс не мог не думать об этом и с сомнением посмотрел на Джоанну, когда она решила все же повременить с возвращением домой. Все решила ее последняя фраза, вновь вернувшая их к той двусмысленности, с которой они и начали. Эванс спрятал улыбку за пальцами, разглаживающими усы, и кивнул с самым что ни на есть серьезным видом, на который был вообще способен.
— С вами, мисс МакАлистер, я готов хоть целый выводок слепить.
Дабы не усугублять и не смущать девушку еще больше, капитан приступил к делу и очень скоро вокруг мистера и миссис МакКоннел как грибы выросли снеговики поменьше. Пара повыше, парочка пониже и еще два совсем крохотных карапуза с ярко-рыжими вихрами из все той же рябины на макушках. Вымокший и встрепанный, но бесконечно счастливый, Джеймс приладил последние дольки апельсинов на мордахи младших и, выпрямившись, вздохнул с чувством выполненного долга. Все тело ломило от усталости, как если бы он трюмы разгружал, но это была приятная усталость.
— Ну все, теперь можно спать спокойно, — объявил Эванс и принялся отряхиваться от налипшего на одежду снега. За работой они с мисс МакАлистер даже не заметили, что уже сами почти превратились в снеговиков. Растрепанная Джоанна все еще отряхивала подол своего платья, когда Джеймс уже закончил приводить себя в порядок и заинтересованно поглядывал на каток, на который спускалась ледяная горка. Лед зазывно поблескивал и манил прокатиться. Солнце было в зените, что означало что полдень уже миновал. Пора было возвращать мисс МакАлистер обратно в ее мир, а самому капитану вернуться в свой, но умиротворенная тишина, разлившаяся над прудом, создавала обманчивое впечатление, что время остановило свой бег и у них еще есть одна маленькая вечность, чтобы сделать еще какую-нибудь глупость.
— Ты умеешь кататься на коньках? — как бы между прочим поинтересовался Джеймс. Презрев церемонии и прочие реверансы, он просто подхватил Джоанну под руки и увлек за собой прямо на гладкую поверхность пруда. Сапоги зашуршали по скользкому льду, но Джеймс умел держать равновесие и легко вел рядом с собой девушку, удерживая ее за талию и прижимая к себе, как в танце. Не хватало только музыки.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

+1

24

[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank][indent] В первый раз в жизни, наверное, Джоанна рискнула так сильно. Обычно она старалась следовать правилам и нормам приличия, но сегодня… Омела, выходка детей, этот поцелуй и потянувшаяся за ним цепь событий, поставившая всё с ног на голову. О, мисс МакАлистер почти не сомневалась, что завтра, если не к вечеру весь крошечный город будет гудеть, словно пчелиный улей, в котором пошуровали палкой. Право, где это видано: целоваться с пиратом под омелой, да ещё и позволить ему забрать себя с ярмарки? Это могло опорочить доброе имя Джоанны, но отчего-то не боялась, что скажут о ней люди и особенно – почтенные матроны. Наверное, это пока. Пока это всё – лишь отдаленная перспектива и не нужно держать лицо перед теми, кто за спиной, а то и прямо выскажет что-нибудь нелицеприятное. Мисс МакАлистер вдруг подумалось, что в этом-то и прелесть времяпровождения здесь, на заснеженном пруду – не нужно соблюдать правила, думать о чужом мнении и о том, как ты выглядишь со стороны. Можно просто быть собой.
[indent] – Вы нарочно надо мною смеетесь! – прищурившись, уличила капитана Эванса в подначивании девушка. Он, конечно, честно старался спрятать улыбку, но пляшущие в глазах смешинки сводили на нет все его усилия. Джоанна снова вспыхнула. Она вела себя точь-в-точь, как маленькая влюбленная девочка. Та самая, которая мучительно пунцовела от самого малого знака внимания со стороны посещавшего дом отца друга брата. Теперь эта девочка выросла, превратившись в красивую девушку, но слабый отголосок тех чувств крошечным угольком продолжал тлеть в груди. Мисс МакАлистер осознавала, что теперь она и Джеймс – люди из разных миров, земля и небо. Она попросту не имела право испытывать к нему что-то, но голос сердца звучал громче голоса разума.
[indent] Снеговички удались на славу. Умиленно прижав руки к груди, Джоанна рассматривала их с расстояния в пару шагов, пока капитан Эванс приделывал им рты из апельсиновых долек. Теперь уже семейство МакКоннелов было в полном составе и любого из его членов легко можно было узнать. Мисс МакАлистер отвела рукой выпавшую из-под шапки и прилипшую к влажной щеке прядь волос и улыбнулась. У неё болела поясница, перчатки на руках вымокли и замерзли, превратившись в ледышки, а пальцы на ногах почти не ощущались из-за холода. Наверное, они тоже промокли. Но при всём при этом девушка ощущала себя настолько счастливой, насколько была в детстве, когда мама была ещё жива. Беззаботной, беспечной.
[indent] – Прежде нужно вернуться домой, - рассудительно заметила девушка, отряхивая платье и плащ от налипшего на них снега. Она нарочно медлила и отчищала одежду с излишним тщанием. Уходить совершенно не хотелось, жалко было отпускать это хрупкое мгновение невозможного счастья.
[indent] – Нет, не умею, - честно созналась мисс МакАлистер. Она растерянно взглянула на мужчину, стараясь погасить огоньки интереса в глазах. Под скорлупой правил приличия обнаружилось вдруг жадное до новых впечатлений создание.
[indent] – Что вы делаете?! – неправдоподобно возмутилась Джоанна, замирая от сладкого ужаса, смешанного с восторгом, когда Джеймс подхватил её под руки и потянул на пруд. Гладкая поверхность замерзшей воды блестела в лучах солнца. Лёд под ногами опасно скользил, принуждая крепче цепляться за капитана Эванса. Ему, кажется, удерживать равновесие не составляло особенного труда. Мисс МакАлистер же с трудом стояла на ногах, позабыв, как дышать от ощущения крепких объятий – единственного, что спасало её от падения. От близости Джеймса кружилась голова, а сознание по самые кончики ушей затапливал искренний восторг. От этого танца под неслышимую музыку. От того, что капитан Эванс так близко, а его руки даже сквозь множество слоев плотной ткани обжигают теплом. Они скользили и скользили, наслаждаясь моментом хрупкой идиллии. Джоанна прикрыла глаза, полностью отдаваясь во власть партнера. Улыбаясь, она скользила по глади замерзшего пруда, позабыв о том, что ещё минуту назад твердо намеревалась отправляться домой.
[indent] Но ничто не может длиться вечно. Капитан Эванс остановился, прервав волшебный танец и сорвав вздох сожаления с губ девушки. Распахнув глаза, она запрокинула голову, чтобы увидеть его лицо, и беспечно улыбалась. А Джеймс отчего-то медлил, продолжая прижимать мисс МакАлистер к себе, и тоже улыбался. Так по-доброму, по-мальчишески, как когда-то давным-давно. Джоанна улыбалась в ответ, чувствуя, что ноги подкашиваются, а решимость стряхнуть с талии чужие руки никак не может преобразоваться в действие. Это был их замерший миг счастья.
[indent] – Мне пора? – отважившись нарушить мгновение, неуверенно спросила девушка, глядя на капитана Эванса снизу вверх потемневшими от эмоций глазами, на отражающем всю бушующую в душе бурю эмоций личике кажущимися ещё больше. Она сморгнула, дожидаясь ответа, и не решаясь пошевелиться.

+1

25

Кто-то очень постарался, чтобы выровнять замерзшую поверхность пруда до почти ровной глянцевой поверхности. Казалось, что они не на естественном водоеме, а на катке, вроде тех, что заливались в центре Лондона с тех пор, как это стало модным веянием в Европе. Ничто не омрачало их плавное и неспешное скольжение по льду. Джеймс прижимал свою партнершу к себе и вел в этом немудреном танце, вырисовывая невидимые узоры. Никто не заметил, как пошел снег и стало не в пример холоднее, чем было еще несколько минут назад. Капитан инстинктивно прижимал мисс МакАлистер к себе еще крепче, как будто ее можно было таким нехитрым образом согреть и убедить побыть с ним еще хоть немного. Было чертовски странно осознавать, что он действительно этого хочет.
Выбившаяся из-под пушистой шапки девушки прядка развевалась на ветру и щекотала нос Джеймса. Он чему-то улыбался и прятал нос в душистый мех, но в какой-то момент стало понятно, что долго это продолжаться не может. Как бы ему не хотелось. Остановившись у самого края, где пруд переходил в заснеженный крутой берег с тропинкой ведущей прямо наверх, капитан Эванс поднял глаза на небо. Солнце слегка изменило свое положение. По ощущениям время уже близилось к двум часам дня, но он вполне мог и ошибаться. О, он хотел бы ошибиться. Джоанна подняла на него глаза. Она улыбалась. Джеймс улыбался ей в ответ, но едва ли сам осознавал это.
— Нам обоим, — поправил он девушку, и его беззаботная улыбка заметно померкла. — Нам обоим пора.
Та червоточина между их мирами, которую они совместными усилиями вскрыли, чтобы сбежать из привычной жизни хоть на какое-то время, начала закрываться. Но он медлил. Ему не хотелось отпускать Джоанну. И возвращаться обратно в свой мир тоже. Ему и так было хорошо. Здесь, в тишине и снежном покое замерзшего пруда. С ней. Джеймс держал Джоанну в своих объятиях, смотрел в ее огромные, переполненные всем пережитым глаза и жалел, что никто не догадался повесить где-нибудь поблизости еще одну веточку омелы. Чтобы у него был повод поцеловать эту девушку, с которой ему было так хорошо и легко.
— Сейчас бы омелу сюда, да? — озвучил он вслух свои мысли, улыбаясь той немного грустной улыбкой, что так часто появлялась на его лице в последнее время, а потом часто заморгал и, сосредоточив слегка расфокусированный взгляд, посмотрел на покрасневшие от мороза губы мисс МакАлистер. И в самом деле, зачем ему омела? Чуть наклонившись, Джеймс уже почти коснулся ее губ, когда совсем рядом, чуть выше на пригорке раздался до боли знакомый голос.
— Джоанна!
Резко вскинув голову, капитан Эванс сощурил свои вмиг заледеневшие глаза на стоящего на самом краю возвышения Кайдена МакАлистера. Его мундир сиял начищенными до блеска пуговицами и бляхами, а бледное лицо было красноречивее любых слов. Сколько лет они не виделись? Достаточно, чтобы испытывать затруднения в точности цифр, но явно не достаточно, чтобы не узнать друг друга.
— Джеймс? — как будто не веря собственным глазам, спросил Кайден. Он переводил озадаченный взгляд с бывшего сослуживца на сестру и обратно, и судя по всему пребывал в недоумении. Эванс почти слышал невысказанный вопрос, так и повисший в воздухе. Что здесь, черт возьми, происходит?!! Именно так с "черт возьми" и двумя восклицательными знаками.
— Похоже ваш брат, мисс МакАлстер, решил сделать своей семье рождественский сюрприз, — с заметной сухостью в голосе заметил капитан Эванс и отпустил Джоанну из своих рук, позволив себе лишь слегка придержать ее за локоть, чтобы она не упала, пока не выберется со льда на более безопасный берег. Когда сестра поднялась по тропинке и поравнялась с ним, Кайден натянуто ей улыбнулся и махнул рукой в сторону ожидающей в начале улицы небольшой повозке, в которой уже сидела Маргрете и лакей, приехавший с молодым хозяином на остров.
— Подожди меня в повозке.
Догадавшись, что МакАлистер все же желает поговорить со старым знакомым, Эванс стал подниматься по тропинке наверх, украдкой поглядывая в сторону Джоанны.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-04-04 20:04:19)

+2

26

[indent] - Омелу? – переспросила девушка, озадаченно моргнув и на мгновение нахмурившись. О чём речь она поняла спустя несколько мгновений, и личико снова залила краска. Джеймсу действительно не нужна была омела, чтобы снова её поцеловать. Мисс МакАлистер завороженно смотрела, как мужчина склоняется к ней. Она почти ощутила тепло его губ на своих губах, когда громом посреди ясного зимнего неба над прудом пронесся окрик. Голос, звавший её по имени, Джоанна не могла не узнать. Вздрогнув, она инстинктивно отпрянула назад, перепугавшись того, что может увидеть Кайден. И тут же напряженно замерла в так и не отпустивших её руках капитана Эванса. Вывернуться из них помешало опасение, что мужчина примет этот манёвр на свой счет, а не отнесет его на робкую попытку хотя бы для вида соблюсти приличия. На брата мисс МакАлистер взглянула почти затравленно, не представляя, что он видел и как отреагирует. Кайден стоял на пригорке. Девушке показалось, будто он побледнел и спал с лица. Не подумав, что брат может всё ещё полагать капитана Эванса мёртвым, она приняла это на свой счет и тоже побледнела.
[indent] Джеймс предельно вежливо и учтиво придержал Джоанну за локоть, помогая ей выйти со скользкого льда и подняться по крутому склону наверх. Брату мисс МакАлистер улыбнулась и кивнула столь же натянуто, сколь и он ей, после чего без лишних разговоров отправилась к повозке.
[indent] – До свидания, - коротко сказала девушка на прощание, бросив мимолетный взгляд на пирата.
[indent] – Я всё испортила, да? Вам теперь будет выволочка? – озабоченно спросила Маргрете, сверкая глазищами. Для девочки в силу возраста произошедшее было захватывающим приключением, о том, какое пятно оно могло оставить на репутации, она даже не думала.
[indent] – Нет, всё в порядке, - ответила Джоанна. Всё было не очень хорошо, но глядя на расстроенную мордашку девчушки, она не могла сказать правды. Маргрете ведь искренне переживала и за хозяйку, и за то, что подвела её, приведя на берег её старшего брата на поиски. Хотя мисс МакАлистер винила лишь себя – это она была неосмотрительна. И это она даже не удосужилась предупредить свою спутницу об отсутствии.
[indent] Кайден и Джеймс о чем-то негромко разговаривали. Стреляя в их сторону любопытно-озабоченными взглядами, Маргрете и Джоанна спешно согласовывали свою версию событий. Девочка не сказала, с кем ушла мисс МакАлистер, поэтому они обе могли солгать, будто о нынешнем роде занятий капитана Эванса ничего не знали.
[indent] Всю дорогу до дома смурный Кайден молчал. Испуганно молчала и мисс МакАлистер, украдкой поглядывая на хмурящегося брата. Серьезный разговор с глазу на глаз состоялся, но уже вечером, когда большинство обитателей дома уже спало. Сильно ругаться брат не стал, но убедительно попросил сестру быть осторожнее. Между строк хорошо угадывалось: «Постарайся избегать общества Джеймса Эванса», но Джоанна предпочла понять на этот раз Кайдена буквально. Девушка знала, что если ей представится шанс свидеться с этим мужчиной – она просто не сумеет избежать соблазна. Не после магии танца на заснеженном пруду.
[indent] Отцу Кайден не сказал ни слова. Да и перед соседями сестру выгородил, сказав, будто это с ним она убежала с ярмарки. Вернулась мисс МакАлистер домой в обществе брата, поэтому его словам легко поверили, хотя и какое-то время потихоньку шушукались и сплетничали.

***
[indent] Рождество наступило скоро. В доме нарядили огромную ёлку до потолка. В этом году звезду на макушку было дозволено водрузить Маргрете: для этого Кайден специально поднял польщенную оказанной честью девочку повыше. После позднего праздничного ужина мисс МакАлистер поднялась к себе в комнату. Переодевшись в ночное платье, девушка взяла плед и с ним забралась на широкий подоконник. Сон не шёл. Поэтому ей показалось хорошей затеей немного почитать, тем более, что Кайден привёз ей в подарок удивительную книгу про дальние страны. Устроившись на подоконнике, Джоанна закуталась в плед, особенное внимание уделив босым ногам и левому боку. От окна ощутимо тянуло холодом, и нужно было перестраховаться, чтобы не застыть. Рядом с собой девушка поставила кружку с теплым молоком, подслащённым мёдом. Положив книгу себе на колени, она открыла её на первой странице и погрузилась в чтение.
[indent] Постепенно глаза начинали слипаться. Разморенная мисс МакАлистер, давно уже допившая своё молоко, пообещала себе дочитать пару страниц, оставшихся до конца главы, и укладываться. Сон сморил её раньше и совершенно неожиданно. Обняв книгу и прислонившись виском к холодному стеклу, девушка задремала, видя во сне дальние берега. Ну отчего она не мужчина и не может посмотреть их наяву?!
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

Отредактировано Joanna McAlister (2018-04-05 15:52:39)

+2

27

— Как это понимать? — обрушился на него Кайден, едва Джеймс поднялся по тропе на возвышение и оказался с ним рядом. Джоанна была уже достаточно далеко и не могла их слышать. — Сначала ты возвращаешься с того света, потом опять пропадаешь, ни слова не сказав, а теперь спустя столько времени я вижу тебя здесь... Что все это значит? Ты что, мне так отомстить решил?
До сих пор внимательно наблюдавший за тем, как мисс МакАлистер забирается в повозку, Эванс наконец-то взглянул на бывшего сослуживца и изобразил недоумение.
— Ты-то тут при чем?
Ему даже не пришлось притворяться. Джеймс и правда не понимал, при чем тут Кайден и какая-то там месть. Претензий к МакАлистеру у него не было и быть не могло. Но видимо что-то его все же беспокоило, раз он подумал об этом. Пару секунд Джеймс высматривал на лице Кайдена подсказки, а потом вдруг усмехнулся.
— Точно, ты же не в курсе, — он с облегчением рассмеялся и покачал головой. — Твоя сестра все тебе расскажет. Или даже сам Джон Кинг. Думаю, его версия событий тебе куда больше придется по вкусу. А от меня объяснений не жди. Я не обязан отчитываться перед тобой. Я вообще ни перед кем из вас краснобоких больше отчитываться не обязан.
— Джеймс, я, — попытался умерить возникшее вдруг напряжение Кайден, но Джеймс его резко оборвал, прекрасно понимая, что беспокоит брата мисс МакАлистер на самом деле. На то он и старший брат.
— Мы просто лепили снеговиков. Всего навсего.
Он не поленился указать на снежное семейство, которое как прямое доказательство его слов красовались внизу на пруду, сияя на расстоянии яркими улыбками из апельсиновых долек, и снова воззрился на МакАлистера. Его молчание и недоверчивый взгляд говорили о многом, но Джеймс предпочел сделать вид, что ему нет до этого дела.
— Надумаешь поговорить, меня всегда можно найти на борту Илимы. Ты его видел. Он стоит на якоре недалеко от пристани, — он уже развернулся чтобы уйти и даже сделал пару шагов, но тут обернулся и засиял той знакомой мальчишеской усмешкой, которую Кайдену доводилось видеть не раз в прежние времена. — Только спроси капитана, — он развел руками, мол, вот он я, и снова усмехнулся. — Я же говорил, что когда-нибудь у меня будет свой корабль. А ты не верил.
Эванс скрылся из вида прежде, чем МакАлистер нашелся с ответом, но можно было не сомневаться, что им еще только предстоял серьезный разговор. Как, впрочем, и Джоанне. С того дня капитан не переставал думать о мисс МакАлистер. О той омеле, под которой они целовались, о снеговиках и спонтанном танце на льду замерзшего озера. Наступившее уже на следующий день Рождество Джеймс провел на своем корабле, маясь сумбурностью собственных мыслей и присматривая за порядком на судне. Команда отмечала праздник бурно, грог лился рекой. Кто-то даже выпал за борт. Но никто даже не заметил, насколько молчаливым и задумчивым стал их капитан. Следующие несколько дней вплоть до нового года, еще одного праздника, которого ждали с нетерпением, Джеймс мотался на остров с завидной регулярностью. Идея, что пришла ему в голову в Рождественскую ночь, никак не давала покоя. Он уже догадался, что не успокоится, пока сделает то, что хотел сделать, поэтому приложил все усилия, чтобы добиться своего. Уговорить Маргрете помочь ему с этим оказалось той еще задачкой. Девчонка отчаянно стеснялась его, но любопытство все же взяло верх, и она согласилась подложить в комнату своей молодой хозяйки подарок от капитана. Узнать, удалась затея или нет, Джеймс не мог, но у него был запасной план.
Новогодняя ночь выдалась довольно теплой. С вечера прошел снег, но к полуночи небо выяснилось настолько, что стали видны звезды и почти полная луна. Заснеженные улицы города были залиты их холодным призрачным светом. Капитан Эванс не спешил, но шел вполне целенаправленно. Дом МакАлистеров был почти темен. Только в некоторых окнах еще теплился свет. В одном таком на втором этаже Джеймс увидел силуэт девушки, сидящей на подоконнике. Так как других дочерей у полковника МакАлистера не было, можно было не сомневаться в том, что это Джоанна. Собственно к ней он и пришел.
Нашарив в кармане куртки несколько мелких камушков, подобранных на берегу, Джеймс прицельно метнул один из них в окно, за которым виднелась склонившаяся над книжкой девушка. Похоже, она задремала, поскольку никакой реакции на звонкий стук в стекло не последовало, и Джеймс бросил в окно еще один камушек. На этот раз сработало и ему все же удалось привлечь внимание. Как только мисс МакАлистер повернула голову к окну и посмотрела на улицу, Джеймс вышел из тени заснеженного дерева, в которой прятался все это время, и показался в слабом свете луны.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

+2

28

[indent] Джоанну разбудил короткий стук в окно. Вздрогнув, девушка встрепенулась, едва не уронив книгу, и сонно заморгала, поначалу даже не поняв, что её потревожило. Негромкий стук, с которым второй камешек ударился в стекло, побудил мисс МакАлистер выглянуть наружу.
[indent] За окном царила тихая ночь. На ясном небе светила огромная полная луна, окруженная вереницей ярких звёзд. Джоанна прижалась лбом к холодному стеклу и вгляделась в густую темноту. В пятно лунного света возле её любимой раскидистой яблони выступила мужская фигура. Рассмотреть, кто это был, не представлялось возможным, но предательское сердчишко, заколотившееся панически быстро, подсказывало ответ. Джеймс Эванс. У кого ещё хватило бы наглости наведаться посреди ночи к дому полковника, представляя последствия, если вдруг кто-то его здесь увидит?
[indent] Мисс МакАлистер соскочила с подоконника, едва не запутавшись в укрывавшем её ноги пледе. На мгновение она замерла, нервно прикусив губу и сцепив дрожащие пальцы в замок. Девушку охватила целая буря эмоций, основными нотками в которой были сладкий ужас и восторг. Ей безусловно хотелось увидеть капитана Эванса, но… На самом деле, «но» было очень много и первым в списке стоял его нынешний род занятий. Вторым – то, что он мужчина. Третьим… Все препятствия было не перечислить. По уму Джоанне следовало бы сделать вид, будто ничего не случилось. Забыть о стукнувшем в окошко камешке и отправиться спать. Но это означало бы, что стереть из памяти придется и невозможный поцелуй под омелой, и армию снеговиков, и волшебный танец, потому что едва ли Джеймс простит ей пренебрежение. К этому она была не готова: слишком долго Джоанна лелеяла эти теплые воспоминания. Решившись, девушка судорожно метнулась к шкафу.
[indent] Надеть корсет без помощи Маргрете не представлялось возможным, поэтому мисс МакАлистер пришлось ограничиться тёплым прогулочным платьем, надетым поверх ночной рубашки. Кое-как уложив перед трюмо выбившиеся из прически волосы, девушка вытащила из шкафа теплый плащ. В последний миг перед тем, как уйти, уже на пороге, девушка обернулась. В ящике трюмо лежал небольшой бархатный мешочек с вещицей, которую она хотела подарить Кайдену. Без повода, просто потому, что считала нужным. Теперь же Джоанна засомневалась в своем решении. Девушка пересекла комнату и вернулась к столу. Выдвинув ящик, она в задумчивости застыла над его содержимым. Самыми кончиками пальцев коснулась того самого мешочка, ещё немного поколебалась и пришла к выводу, что капитану он будет нужнее. Выхватив мешочек, мисс МакАлистер захлопнула ящик и торопливо пошла к двери, не давая себе времени передумать.
[indent] Самым сложным казалось выбраться из дома незамеченной. От страха быть обнаруженной сводило всё внутри, а сердце едва не останавливалось от малейшего шороха. Собственные шаги мнились ужасающе громкими в ночной тишине, окутавшей дом. Затаив дыхание и замирая при каждом постороннем звуке, Джоанна пробралась к черному входу, с трудом сняла массивную задвижку и выскочила на улицу.
[indent] Снаружи ночью оказалось намного морознее и тише, чем днём. Девушка немного постояла на крыльце, вдыхая обжигающий легкие холодный воздух и собираясь с духом. Отчего-то перспектива встречи с капитаном Эвансом вдруг сделалась пугающей. Накинув на голову капюшон, мисс МакАлистер соступила с невысокого крылечка в снег и пошла по проторенной Мартой тропинке к той яблоне, под которой видела Джеймса.
[indent] Мужчина ждал её там же, только вновь вышел из пятачка света, скрывшись в тени под деревом. Воровато оглянувшись на окна собственного дома, Джоанна торопливо перебежала через открытое пространство к нему и остановилась в паре шагов. От той смелой девушки, что поддразнивала капитана Эванса и столкнула его с горки, не осталось и следа. Как ребенок, с легкостью забывающий дальних родственников и начинающий истошно реветь при виде них спустя месяц, она испугалась. Сердце заколотилось так, что едва не выскакивало из груди, а дрожащие руки пришлось спрятать в карманы. Пару мгновений мисс МакАлистер ожидала, что Джеймс первым начнет разговор. Потом, отчаявшись дождаться, решила сама спросить о цели его визита, но в волнении на язык соскочило совершенно иное. Едва не теряя сознание от эмоций, Джоанна поспешно выпалила, пока язык ещё не примёрз к нёбу от волнения и смущения.
[indent] – У меня есть кое-что для вас. Закройте глаза и вытяните ладонь, - голосок прозвучал слишком звонко и слишком высоко, выдавая предельное напряжение, тугой тетивой натянувшееся внутри, но неожиданно в нём прорезались и требовательные нотки. Вместе с просительным выражением личика это должно было смотреться почти умилительно и трогательно. Лично мисс МакАлистер, для уверенности нащупавшая в кармане заветный мешочек и до боли сжавшая его в пальцах, ощущала себя моськой, лающей на слона.
[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank]

+1

29

Едва девичий силуэт в окне исчез, Джеймс вернулся в тень и прислонился к стволу старой яблони, запрокинув голову и устало прикрыв глаза, как обессилевший путник, нашедший пристанище под первым же попавшимся деревом. Зачем он здесь? Чего ждет от нее? На что надеется? И откуда вообще взялась эта надежда, чтоб ей. Уж кто-кто, а капитан Эванс прекрасно знал, насколько смешным и нелепым было это чувство. Глупое и наивное. Бессмысленное в подавляющем большинстве случаев. А когда дело касается любви...
Джеймс уже давным давно вышел из того возраста, когда мысли о подобных материях задерживались в его голове дольше чем на секунду. Он никогда не любил, не знал даже способен ли любить теперь, после всего, что с ним произошло. Но мысли о Джоанне не оставляли его вот уже несколько дней, с того самого момента, когда он взглянул ей в глаза там, на пруду. Это не просто тревожило его. Джеймс не понимал, что с ним происходит, а когда он чего-то не понимал, это выводило его из себя. Он мог сколько угодно убеждать себя в том, что пришел сюда просто, чтобы узнать, понравился ли мисс МакАлистер его подарок, но факт оставался фактом. Он не расстроится, даже если Маргрете не выполнила его просьбу. Не за этим он пришел.
Едва слышный стук закрываемой двери утонул в окружающей морозной тишине и остался без эха. Джеймс напрягся и, выпрямившись, стал всматриваться в темноту. Туда, откуда раздался этот звук. Показавшаяся вскоре легконогая тень была легко узнаваема. Несмотря на то, что прозрачного света луны, отраженного от снега было едва достаточно, Джеймс узнал Джоанну. Ее рост, ее походка, ее манера придерживать подол платья. Как же много отпечаталось в его памяти о ней. Когда девушка миновала освещенный участок и нырнула в темноту под заснеженной яблоней, оказавшись совсем рядом с ним, он узнал еще и ее запах. Кажется, Джеймс все еще не верил в то, что она пришла, потому что молчал и не в силах заставить себя произнести хоть слово. Будто сомневаясь, что это действительно она, а не призрачный морок, который растает, стоит только попытаться к нему прикоснуться или нарушить тишину. И его молчание стало испытанием, которое мисс МакАлистер не выдержала. Она торопливо заговорила. Громко и звонко, словно боялась, что ее прервут, и в волнении, а может просто забывшись снова обратилась к нему на "вы". Слабого отсвета лунного света, отражающегося от снега, было едва ли достаточно, чтобы различить хоть что-то, но Джеймс, привычный к темноте, разглядел сложное выражение на ее лице. Она вроде бы и требовала, но по лицу было видно, что она просит. Просит и ждет.
Капитан Эванс молча протянул руку ладонью вверх, но глаза закрывать не стал. Странная убежденность, что она может исчезнуть, стоит ему перестать смотреть на нее и видеть ее, всерьез мешала. Впрочем, это требование оказалось совершенно не обязательным. Совсем немного помявшись, Джоанна все же вложила в его ладонь свои прохладные пальцы. Не сразу, но Джеймс все же почувствовал, что она что-то ему передала. Он хотел задержать ее руку в своей, но девушка успела выскользнуть из его хватки, оставив в руке небольшой бархатный мешочек.
— Что это? — охрипшим после долгого молчания голосом спросил Джеймс, но ответ уже был у него. Нужно было только его узнать. Открыв мешочек, капитан вытряхнул на ладонь что-то похожее на медальон на цепочке. Благородное серебро тускло поблескивало в темноте. Присмотревшись, он опознал в медальоне лик какого-то святого, но пришлось хорошенько присмотреться, чтобы разобрать, кто именно это был.
— Святой Николай? — Джеймс поднял на Джоанну слегка озадаченный взгляд. — Но как ты...
Он не закончил и, прикусив губу, снова уставился на неожиданный подарок, лежащий на его ладони. Джоанна не знала и потому не могла помнить, что Джеймс родился в День святого Николая, покровителя путешественников и моряков. Возможно, именно поэтому ему никогда не сиделось на месте. Помолчав еще немного в раздумьях, Джеймс слегка поддел цепочку и, взвесив ее на пальце, протянул медальон мисс МакАлистер. Могло показаться, что он так отказывается от подарка, но у него и в мыслях этого не было.
— Ты должна сама его на меня надеть, — сказал он и подошел ближе. Чуть склонившись, чтобы Джоанне не пришлось тянуться, Джеймс замер, разглядывая ее лицо. Все, о чем он думал до этого самого момента, теперь казалось совершенно не важным. Действительно важное происходило здесь и сейчас.
[status]lost soul[/status][sign]It is in moments of exhaustion that men lose all their reserves of civilization.[/sign][icon]http://forumfiles.ru/files/0012/5c/b4/66466.jpg[/icon][info]<br><hr>30 лет, пират и контрабандист
капитан фрегата "Илима"<hr>[/info]

Отредактировано James Evans (2018-04-11 19:26:47)

+2

30

[status]Мы живем лишь для того, чтобы действовать[/status][icon]http://s4.uploads.ru/udx8s.jpg[/icon][sign]The heart wants what it wants. There’s no logic to these things. You meet someone and you fall in love and that’s that[/sign][info]<br><hr>24 года, леди на выданье<hr>[/info][ank]
[/ank][indent] Той томительной секунды, что протянулась в ожидании реакции капитана Эванса на просьбу Джоанны, с лихвой хватило на раскаяние в своем поступке. До боли сжимая бархатный мешочек в бесчувственных от волнения пальцах, девушка мысленно умоляла мужчину протянуть ладонь. Иначе она будет выглядеть очень глупо.
[indent] Закрывать глаза Джеймс не стал, но это и не было столь важно. Растерявшаяся и смутившаяся еще больше в первый миг мисс МакАлистер немного замешкалась, стесняясь своего поступка. У неё промелькнула близкая к панической мысль, что в глазах капитана Эванса она со своим подарком будет выглядеть нелепо и смешно. Верит ли он еще? Тихонько выдохнув, словно перед прыжком в неизвестность, Джоанна торопливо вложила в протянутую к ней раскрытую ладонь мешочек и резко отдернула руку, будто от огня. Но все равно она задержала ее дольше необходимого.
[indent] - Откройте, - необычайно ломким и звонким от волнения голосом сказала мисс МакАлистер. Тон снова вышел просительным. Незаметно прикусив в волнении губу, девушка ждала, пока капитан Эванс откроет мешочек. Казалось бы, прошло лишь несколько секунд, но Джоанне они показались вечностью. Их хватило легко на то, чтобы вообразить, как Джеймс возвращает подарок или того хуже - даже не открывает его, и внутренне похолодеть. В волнении девушка сама не поняла, как вернулась к отстраненному Вы. Все то, что происходило сейчас, было невозможно, до интимного близко и доверительно, и в смущении и страхе мисс МакАлистер пыталась воздвигнуть хотя бы иллюзию расстояния между ней и капитаном Эвансом. Хотя бы на словах от него отсраниться. Потому что из головы этот мужчина с нахальным упрямством истинного пирата отказывался уходить.
[indent] - Вам не нравится? - едва слышно выдохнула Джоанна, широко распахнутыми глазами глядя в лицо Джеймсу. В темноте нельзя было рассмотреть его выражения, но прозвеневшая в голосе сложная смесь эмоций, включавшая и пораженное недоверие, и растерянность, и еще какие-то чувства, не могла не насторожить. Поэтому когда капитан Эванс после долгого молчания, взвесив цепочку на указательном пальце, протянул ее обратно, она даже не удивилась. Она была готова к этому. Готова даже раньше, чем положила свой подарок на ладонь Джеймса. Но горькая обида все равно обожгла глаза непрошенными слезами и сжала грудь и горло стальными тисками, мешая сделать вдох. Мисс МакАлистер хлопнула влажными ресницами, не понимая, что говорит капитан Эванс. Наверное, извиняется за отказ от подарка. Гулкий ток крови в висках лишил Джоанну возможности слышать его слова, а жгучая обида на себя за эту глупую сцену выпила все силы. Коленки вдруг начали подкашиваться.
[indent] Истинный смысл жеста капитана Эванса дошел до объятого расстройством и паникой сознания только тогда, когда мужчина подошел вдруг совсем близко и неожиданно наклонился. Джоанна нерешительно подняла на него глаза, которые последние несколько секунд прятала, скрывая предательские слезы. Моргнув, она посмотрела на Джеймса в недоумении, мучительно долго соображая и решаясь. На то, чтобы справиться с затопившим душу восторгом от того, что подарок все же был принят, и отважиться, нужно было еще немного времени. Только сейчас стало понятно, как важно, чтобы эта иконка висела на шее капитана Эванса. Важно для нее.
[indent] Робко сделав еще шажок вперед, мисс МакАлистер оказалась неподобающе близко к Джеймсу. Затаив дыхание, она дрожащими от волнения руками надела цепочку ему через голову. До дрожи в коленках хотелось абсолютно по-детски обнять капитана Эванса, трогательно уткнувшись носом ему в шею. Подавить это странное желание оказалось так сложно, что, даже повесив цепочку на шею Джеймсу, Джоанна продолжала оставаться неоправданно близко к нему. Можно было сделать все по-другому. Можно было не льнуть доверчиво так близко, не касаться ненароком теплой кожи на шее, надевая медальон. Но удержаться и не поддаться чувствам, смущавшим разум с самой первой встречи здесь, на острове, оказалось невозможно. Встретившись взглядом с пристально рассматривающим ее лицо мужчиной, мисс МакАлистер вздохнула, чувствуя, как ее щеки начинают пылать.
[indent] - Он будет тебя хранить, - уверенно прошептала девушка, с трудом набравшись сил, чтобы не отвести глаза. Ее рука на мгновение прижалась к груди мужчины, к тому месту, где под одеждой угадывалось мощное биение сердца. Джоанна замерла, боясь пошевелиться. Ей стоило бы сделать шаг назад и разорвать малое до неприличия расстояние между ними, но ставшие ватными ноги отказывались верой и правдой служить своей хозяйке. Не давая себе вообразить невесть что, девушка задала тот вопрос, что мучил ее с самого начала. - Почему ты пришел сюда сегодня? - сорвалось тихое с губ. Пытливо заглядывая Джеймсу в лицо, мисс МакАлистер ждала ответа. У него не было причин приходить в этот дом, если только... Поверить в то, что капитан Эванс мог бы захотеть увидеть её, девушке было слишком страшно. Разочарование, когда окажется, что она себе на пустом месте кучу всякого навыдумывала, начитавшись романов, разбило бы ей сердечко.

Отредактировано Joanna McAlister (2018-04-12 15:37:43)

+2


Вы здесь » North Solway » Летопись » Во спасение твоей души


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC